День, когда умер янг-эдалт

Еще итоги десятилетия: на Buzzfeed выбирают 30 лучших книжек young adult. Больше половины имен и названий ничего русскому читателю не скажут, поэтому лучше взгляните на статью Лоры Миллер в Slate о том, почему жанр young adult, бодро стартовавший в начале десятилетия, к его концу начал пожирать сам себя. Казалось бы, у жанра все хорошо: выросшее на «Гарри Поттере» поколение решило, что «взрослая» литература ему неинтересна, а тут «много действия, финалы на самом интересном месте, сверхъестественные существа, крутящие ус злодеи и настоящая любовь». Стефани Майер и Сьюзан Коллинз показали, что на подростковых франшизах можно заработать большие деньги, особенно если на горизонте экранизация. Выяснилось, что антиутопию тоже можно сделать модной: школьники между молотом (родительским контролем) и наковальней (социальными сетями) принялись читать об «обществах, где людям не позволяют выбирать партнеров, где их сегрегируют по темпераментам, где им делают операции по удалению способности любить».

Тревожные звоночки (повторяем, что речь идет только о выживании жанра, так-то от тревожных звоночков тут разрывается буквально все) начались уже в первой половине 2010-х. В это время предприимчивые конторы начали нанимать амбициозных подростков, чтобы те коллективно писали хиты для последующей продюсерской обработки; платили этим подросткам сущие гроши. О качестве прозы не вспоминали: нужно было зарабатывать деньги на «рабочих» сюжетных схемах. Трилогия Вероники Рот «Дивергент» разошлась тиражом 6,7 млн экземпляров, причем все больше таких книг покупали adults без эпитета young — платежеспособная аудитория.

Ну а дальше начались кампании за diversity, книги, написанные для читателей из разных социальных, этнических, гендерных групп, — с соответствующими героями. И эта вымощенная благими намерениями дорога привела если не в ад, то в токсичное болото: в твиттере начались YA-войны, появились критики, прямо-таки специализирующиеся на обвинениях в расизме, сексизме и прочих неприятных -измах (часто выясняется, что они не читали книгу, против которой объявили крестовый поход); о двух таких скандалах — с книгами «Черная ведьма» и «Наследница крови» — «Горький» рассказывал. За этими баталиями, продолжает Миллер, мало кто удосужился написать, что «Черная ведьма» и иже с ними — непоправимо скучная, предсказуемая литература. И, может быть, поэтому продажи YA в этом году оказались на минимуме за 11 лет (что вызвало у британских YAвторов панику) — а в списках детских бестселлеров поселились франшизы, рассчитанные на читателей помладше и не претендующие на то, чтобы решать судьбы мира: «Капитан Трусы» Дейва Пилки и «Дневник слабака» Джеффа Кинни.

Лев Оборин
gorky.media/context/den-kogda-umer-yang-edalt/