Эх, к Самайну опоздали

Обсуждали сегодня на научном семинаре по коммуникативной семантике, почему фраза из «Евгения Онегина» «Там мужички-то всё богаты, гребут лопатой серебро…» такая страшненькая и почему от неё сквозит потусторонним холодком, как будто приоткрылась очень некстати дверь в иной мир. (На Самайн это было бы совсем в струю, но мы припозднились).
читать дальше«Там» реализует здесь свой параметр дистанцированности и невовлечённости. То есть сразу обрисовано пространство, от которого мы дистанцированы в своей обычной жизни и куда не вовлекаемся. (Спойлер: это потусторонний мир). Но средство «там» работает, естественно, не одно, а вкупе со всеми остальными средствами. «То» («мужички-то») сообщает, что «там» реализована ситуация, не соответствующая нашим представлениям о норме (покойники на том свете, оказывается, хорошо живут, а мы и не подозревали) и в то же время не соответствующая нашим целям и интересам (то есть нам туда не надо, нам лучше оттуда подальше). Такое «-то» контрастирует с номинативным содержанием («богаты, гребут лопатой серебро…»), пытается его погасить: хоть и богаты, а не надо нам туда. Диминутив («мужички», а не «мужики») говорит о том, что вся эта история может как-то затронуть нашу личную сферу, по-видимому, неблагоприятным образом. Множественное число при этом («мужички», «богаты», гребут») кричит: ‘не моя норма’. «Всё» – тоже оказывается здесь малоприятной единицей. «Всё» («всё сплошь», как мы говорим) – это исчерпанный, финальный вариант в цепи вариантов-стадий, то есть они там все в монолит уже спрессовались, в гомогенную массу, на том свете, все под одну гребёнку, зомби. Страшноватый этот вариант трудно оценить с точки зрения бенефактивности («богаты» – это вроде для них самих бенефактивно, но нас другие, соседние единицы уже насчёт этой «бенефактивности» предупредили). А третий параметр «всё» вещает: «И твои интересы, слушающий, сказанное затрагивает». Холодок бежит за ворот, короче.
А самое неприятное начинается потом. «Там», диминутив и «-то», про которые я вроде как выше всё сказала, вдруг, на наших глазах, начинают развёртываться антонимически, они прямо раскручиваются в другую сторону, обнаруживают свою двойственность.
Посмотрите на «-то». Ну, для примера. Некто отговаривает приятеля переезжать в другой город:
- Жильё-то тебе там дадут… [Но работа ведь совсем не для тебя, тяжёлая, не творческая. Загнёшься ты там].
А теперь некто, наоборот, советует приятелю переехать в другой город:
- Жильё-то тебе там дадут… [А уж должность-то – обзавидоваться можно. И работа-то по специальности! Чем не жизнь?]
В первом случае «-то» означает ‘реализована ситуация, которая твоим целям соответствует (жильё действительно дадут), но будет реализована также и другая ситуация, расходящаяся с твоим представлением о норме и твоим целям и интересам не соответствующая (работа тебе будет не по душе)’.
А во втором случае все три «-то» означают ‘будет реализована ситуация, соответствующая моим представлениям о норме и твоим интересам’ (то есть я тебя так и подталкиваю к переезду туда).
Две эти, по сути, противоположные реализации в звучащей речи разводятся интонацией. Но в письменной речи, у Пушкина, они никак не разводятся и начинают работать обе одновременно. И это жутко. Вылезают два одновременно явленных смысла: «Там мужички-то всё богаты, [вот только не стоит туда стремиться]» и одновременно НАС НАЧИНАЮТ ТУДА ЗАМАНИВАТЬ, ЗАТЯГИВАТЬ: «Там мужички-то всё богаты [и всё-то у них там хорошо и распрекрасно, давай, давай к ним поскорей!]». Это как Каменный Цветок: вроде бы и ‘держись от него подальше, пропадёшь’, а в то же время ‘те, кто его видел, каким-то особым образом счастливы’. «Там» под влиянием этого тоже начинает демонстрировать свои возможности антонимической реализации и НАЧИНАЕТ НАС ВОВЛЕКАТЬ. А диминутив («мужички») приобретает параллельный смысл ‘эта информация затронет твою личную сферу самым бенефактивным образом’. Нас начинает засасывать туда. А-а-а-а-а! Нафиг идите!
Я не знаю, Пушкин реально слышал такую подблюдную песню, народную, и прямо её взял или он её подправил и улучшил, но даже если взял готовую, ‒ значит, он оценил её мощный коммуникативный потенциал (пять коммуникативных единиц на две номинативных), прикинул, как адская штуковина «выстрелит». Вообще это очень в духе Пушкина – такая игра с многослойностью коммуникативных смыслов. Он постоянно это делает. willie-wonka.livejournal.com/693769.html