Амбойн: Большой процесс а ля 17 век
  Взято с Удела Могултая.
Пишет Antrekot:

  В 1619 англичане с голландцами заключили договор о старых Индиях. По этому договору английской Ост-Индской компании досталась треть торгового оборота, а за это англичане должны были на треть вкупиться в поддержку голландской военной инфраструктуры (у англичан ведь тогда на суше принципиально не было своей). Англичан такой договор более чем устраивал, а вот голландцев — не очень. Дело в том, что англичане их тогда сильно обходили по налаживанию местных контактов — и голландская Ост-Индская компания очень боялась, что их просто выживут с островов. А одним из главных бревен в глазу был тот самый изобретательный Габриэль Тауэрсон, который придумал праздновать день рождения королевы. Кстати, он был вторым браком женат на Дженнифер, она же Гоар, Хоукинс (см. историю женитьбы Вильяма Х). Когда сэр Вильям умер, его жена вернулась на восток и очень скоро вышла замуж за Тауэрсона. Так сказать, осталась в рамках компании. Миссис Хоукинс она же миссис Тауэрсон говорила на восьми языках, не считая английского, очень неплохо разбиралась в делах и явно была "полезным горшочком" — ее пытались удержать на службе компании в каком-нибудь качестве даже после смерти второго мужа.
  Так вот, Тауэрсон после договора угнездился в Амбойне (Амбоне) — и, если верить корреспонденции, непосредственно во внутренних органах губернатора ван Спелта.
  И тут вышла следующая история. В голландском форту служило несколько японцев. Это тогда было нормой по всей Юго-Восточной Азии. И один из этих японцев проявлял неумеренное любопытство. Его арестовали и начали допрашивать. Он ответил, что ему было просто интересно. Его начали пытать и, как замечательно выразился протокол, "пытали довольно долго".
   На какой-то стадии японец признался, что его соотечественники хотели поднять мятеж и захватить форт. Ему опять не поверили. Тогда он сказал, что на самом деле форт хотели захватить англичане.
  Всех японских солдат арестовали. Арестовали и одного англичанина — хирурга компании — по "подозрению в поджоге". Как опять-так сказано в протоколе "практически без пыток", хирург мгновенно признал, что, да, есть заговор, да, захват форта, да, Тауэрсон. Тут же был отдан приказ арестовать всех англичан на Молуккских островах. Все 17 штук, mind you.
  Следствие шло неделю. Применялись в основном огонь и вода. Две трети согласились со следствием. Двое — с издевательской формулой "что будет угодно обвинению". Губернатор решил счесть вину доказанной. При этом, согласовать выбитые показания никто и не подумал, равно как и привести позицию голландской стороны в соответствие логикой. Так в приговоре и остались стоять рядком обвинения и в попытке совершить мятеж "воспользовавшись отсутствием губернатора", и в намерении зарезать губернатора темной ночкой.
  Кого-то, не то одного, не то двоих из 17 помиловали. Остальным отрубили головы во дворе форта. Перед казнью кто-то — кажется, Тауэрсон, но уверенности у очевидцев не было, не в том обвиняемые были виде — зачитал по бумажке заявление о невиновности, что остальные подтвердили клятвой.
  Следует отметить, что за два дня до этого представления в Амбойн пришел корабль и привез письмо, в котором Тауэрсона и всю его команду отзывали в Индию.
  Когда новости об "Амбойнской резне" — иначе ее в Англии не называли — дошли до дома, общественное мнение встало на дыбы. Тут сошлось все — и то, что голландцев до сей поры считали союзниками, и то, что на применение пыток во всех делах, кроме гос. измены, на острове смотрели очень косо, и то, что в тогдашней Англии прямое убийство считалось вещью куда менее предосудительной, чем судебное. Как писал Чемберлен "Даже те, кто желал голландцам всяческого добра, не могут слышать или говорить об этом деле без возмущения." Но на троне — Карл I. Монарх побуйствовал-побуйствовал словесно, но ничего делать не стал.
  А история эта не умирала — Драйден о ней пьесу написал, стихотворные листки ходили табунами.
  В общем, уже после окончания гражданской войны, при подписании очередного мирного договора, Кромвель потребовал от голландцев 300000 золотых в качестве возмещения семьям погибших в Амбойне. И — Нол есть Нол — канцелярия потом еще долго разыскивала всех членов семей и даже пыталась найти в Индии родню миссис Тауэрсон.