Чем прославились знаменитые сыщики дореволюционного Киева

Любая работа лишь тогда хороша, когда ты сможешь, уходя на пенсию, сказать: это сделал я. Такая себе именная "метка". Служба следователя особенная, ты все время на грани, между добром и злом, между жизнью и смертью. Если ты настоящий сыщик, конечно. В истории Киева и Украины есть имена людей, которые не только раскрыли громкие преступления, но и, пусть и со скрежетом, изменившие жизнь этого города. Оставив свою "метку".

Читать дальше

Георгий Судейкин - гениальный "сердцевед"

Его принято сравнивать с героем романов Бориса Акунина - Эрастом Фандориным. Хотя что-то близкое есть и с генералом Пожарским (все тот же Акунин и его "Статский советник"). Частично соглашаемся. Очень яркий и многогранный персонаж.

Впрочем, по совокупности не похож ни на одного, ни на другого. Шел 1877 год. Георгию Судейкину было всего 27 лет, и на тот момент он был простым, ничем не выделяющимся из общей массы жандармским офицером. Нужно было кого-то послать в проблемный Киев. Выбрали его. Послали.
Почему проблемный? Радикалы из "Народной воли", "взятые в кольцо" после серии терактов в Москве и в Питере, обосновались в Киеве. Чувствовали здесь себя вполне комфортно. Способствовали тому наше традиционное разгильдяйство и пресловутая коррупция. Мало кто ожидал от молодого штабс-капитана жандармерии, пусть и с особыми правами, в статусе всего лишь помощника начальника управления, каких-то кардинальных решений и действий. А зря. Судейкин взялся за дело быстро и жестко.

Этому способствовал и природный талант. Его называли "сердцеведом". Умел человек найти ту струнку в собеседнике, которая позволяла сыграть на эмоциях, на чувствах. Судейкина называют первым, кто мастерски использовал систему двойных агентов как определяющий инструмент в оперативной работе. У него получилось. Всего за пару лет он смог обуздать киевский терроризм. Громкие аресты на Жилянской, Паньковской и Тарасовской улицах практически обезглавили "Народную волю". И сделали так, что об этой заразе здесь забыли до безумных революционных 1917-1920 годов.

Судьба самого Судейкина сложилась трагически. После Киева его заметили, оценили и перевели в Санкт-Петербург. Для 33-летнего полковника даже учредили независимый пост инспектора секретной полиции. К его мнению прислушивался даже император Александр III (кто не помнит - "Миротворец"). Смертельный "привет" из Киева настиг Судейкина на конспиративной квартире в Санкт-Петербурге. Приехавшие из Украины "народовольцы" Каношевич и Стародворский и двойной агент Дегаев смогли заманить сыщика на конспиративную квартиру, где его и убили.

Сначала стреляли в спину, потом добивали ломами в туалете. И если первых двух убийц арестовали быстро, то за Дегаевым охотились по всему миру, от Австралии до Канады. В итоге он смог спастись. Отдышавшись от гонки, он обосновался в США и до самой смерти в 1913 году преподавал математику в Иллинойском технологическом институте.

Николай Красовский - сыщик, пошедший против общественного мнения

В январе 1907 года Киев содрогнулся от жестокого массового убийства. В центре города в двухэтажном особняке на углу нынешних улиц Саксаганского и Льва Толстого (тогда Караваевской и Благовещенско-Мариинской) были найдены зарезанными 5 человек. Чиновник-железнодорожник Александр Островский с женой и домочадцами. Среди жертв была и беременная молодая женщина.

"Это убийство произвело страшное впечатление в Киеве. Целых две недели город был как бы под влиянием какой-то черной тучи, которая повисла над ним. Толпы людей долго еще стояли перед этим домом и, угрюмые, расстроенные, смотрели на эти стены", - писал в мемуарах политик и известный публицист Василий Шульгин.

Ситуация действительно была взрывоопасной и грозящей перерасти в общественные протесты. Властям нужно было что-то предпринимать. К счастью, на высоте оказался возглавлявший в те годы киевский сыск Николай Красовский.

И хотя следствие растянулось на долгие два года, он смог выйти на след и найти убийц. Современники вспоминали: полковник обладал уникальным умением "разговорить" фигуранта и обладал обширными связями в криминальном мире. Четверо преступников были повешены, еще троих отправили на каторгу. Народ в городе успокоился… а самого Красовского за слишком ершистый и неуступчивый характер отправили дослуживать в провинцию.

Впрочем, ему суждено было вернуться. В качестве независимого эксперта Красовский принимал участие в расследовании громкого дела Бейлиса. Тогда, несмотря на настроения горожан, в один голос обвинявших Менделя Бейлиса в ритуальном убийстве 12-летнего Андрея Ющинского, он смог доказать обратное. После этого Красовского стали уважительно называть "киевским Шерлоком Холмсом".

Георгий Рудой - от кинологии до оперативного чемоданчика

Его называли киевским Пуаро. Постфактум. Эркюль Пуаро исторически показался в медиапространстве где-то в 20-е годы прошлого века, Рудой гораздо раньше. В 1901 году он возглавил сыскную часть киевской полиции. В отличие от Судейкина на счету у Рудого нет громких раскрытых дел.

Но по системности равных ему нет и сегодня. Он умел увидеть и раскрыть очень запутанные схемы, идеальные с точки зрения мошенников. Рудого зачастую отправляли в командировки, будь то во Львов, Париж или Лондон. Благоволящий к сыщику генерал-губернатор Федор Трепов был склонен к внедрению всякого рода инноваций и разрешал Рудому буквально все. Тот такими возможностями пользовался сполна. И надо отдать ему должное - делал это очень продуктивно. Первая картотека потенциальных преступников была создана именно Рудым. Так же, как и первая дактилоскопическая база бандитов.

Склонный к новшествам сыщик, вернувшись из командировки из Англии, создал первую в Российской империи кинологическую службу. Покупка в Германии пяти овчарок по безумным для Киева ценам вызвала широкий резонанс. Пресса изошлась в упреках и подозрениях на возможную коррупцию, намекая на дружеские отношения Трепова и Рудого. А потом собаки начали работать. Находить след убийц, воров, наркоторговцев. Ими начали гордиться, ставить в пример Москве. Статус Рудого как суперсыщика вырос почти до легендарного.

Долгое время считалось, что после революции Георгий Рудой смог потеряться в том смутном времени. Благо все возможности у него были. Деньги (несколько помещичьих угодий), документы (паспорта на разные имена). Но нет, в 1918 году тело сыщика нашли в центре Киева на Крещатике. Несколько дней труп пролежал в морге, и лишь случайно (надпись на внутренней стороне обручального кольца) его смогли опознать. Не исключено, что убийцей был кто-то из бандитов, выпущенный из тюрьмы по революционной амнистии и случайно встретивший сыщика на

улице.
Источник