Официальный аккаунт «Твиттер Южная Корея» опубликовал свои итоги года – хэштеги, которые стали самыми популярными в корейском Твиттере в 2018 году. Посмотреть на них повнимательнее стоит хотя бы для того, чтобы понять, что же волновало корейскую аудиторию в уходящем году и какие социальные, политические и экономические новости вызвали самый большой резонанс среди простого народа. Отдельно стоит упомянуть, разумеется, что Твиттер в Южной Корее – все же не самая популярная социальная сеть, пользуется ей, в основном, молодежь, поэтому полностью репрезентативной ее считать, конечно, сложно. Но, по моему личному мнению, общую атмосферу в стране этот список все же отражает относительно адекватно, поэтому давайте посмотрим на него попристальней.
2. 페미니즘(Феминизм) и 1. 스쿨미투(Школьное #metoo). Второе и первое места – явления одного и того же порядка, поэтому смело объединяем их в одну категорию. В этом году американское движение против сексуального насилия шагнуло в Корее еще дальше – в школы. И оттуда посыпались признания в том, как учителя трогали девушек за мягкие места, говорили всякие непристойности и прочая, и прочая. Скандалов было много, как я уже отмечал вышел, Твиттером пользуется в основном молодежь, поэтому то, что этот хэштег вышел на первое место, совершенно не удивительно. Все это (причем включая пункты 4 и 3 выше) проходит в рамках одной большой кампании под названием «Феминизм», флагманами которого стали интернет форумы «Мегалия» и его намного более резкий и сексистский собрат «Вомад». Тема современного феминизма в Южной Корее – сама по себе большая и довольно сложная, о ней можно написать докторскую диссертацию, такое это большое по объему и влиянию течение в современном обществе. Те причудливые формы, которое эта, в общем-то, правильная американская концепция приняла в Южной Корее, заслуживают, как минимум, академической статьи. Изначально движение за равноправие полов в Корее превратилось в концепцию превосходства женского пола над мужским. И если до определенного время войны бушевали исключительно на экранах мониторов, то в ноябре 2018 года боевые действия вышли и в реальный мир: я сейчас говорю о громком случае в пивнушке недалеко от станции Ису в Сеуле, которое всколыхнуло всю страну, заставив население разделиться по принципу пола.
Для тех, кто не знаком с инцидентом, в двух словах: в одном заведении сидели две компании, в одной были только парни, в другой – только девушки. Девушки вели себя чрезвычайно громко, и спустя какое-то время парни сделали им замечание. Девушки взъярились, завязалась перепалка, которая продолжилась у выхода из заведения, где одна из девушек перешла от слов к делу и ударила одного из парней по лицу. Свидетели вызвали полицию. Та провела расследование, и миролюбиво объявила, что победила дружба. Вся Корея разделилась на два лагеря. Женщины обвинили мужчин в том, что они не имеют права ограничивать свободу женщин, если им хочется праздновать, им должны были дать эту возможность, поэтому они начали первые, говорили непристойные вещи, и вообще, кто они такие, чтобы указывать женщинам, что им делать, и т.д. и т.п. Мужчины обвинили женщин, что они специально провоцировали парней, потому что прекрасно знали, что в нынешней нездоровой ситуации отношений между полами все равно все будут на стороне девушек, хотя это именно они начали первые, они начали применять нецензурную лексику, они первые применили физическую силу. Что, фактически, идет обратная дискриминация, и даже полиция пошла на попятный и не предъявила девушкам никаких обвинений, просто по факту того, что они девушки, чтобы их самих не обвинили в разжигании межполовой розни. Дебаты достигли настолько опасного уровня, что полиция вынуждена была обнародовать видео, которые свидетели с места событий записали на свои сотовые телефоны. В этих видео отчетливо видно, что вина лежит на девушках, они вели себя действительно неадекватно и вызывающе, но рот «феминисткам» этого не заткнуло, они сразу обвинили всех в нарушении права «на личную жизнь после работы», «использовании современных технологий в деле очернения угнетаемого класса (женщин, то бишь)» и далее по списку. Страсти поулеглись, но если эту битву девушки и проиграли, то основная война еще впереди. Вот такой вот у нас интересный феминизм.

10. 지방선거(Региональные выборы). На десятом месте по количеству упоминаний и твитов у нас региональные выборы, где корейцы выбирали мэров городов, губернаторов провинций и иных представителей регионального уровня. Они прошли в июне. Учитывая их специфику, а также результаты, о которых говорилось довольно много, ничего удивительного в попадании данного слова в годовой хит-парад нет. Напомню, что по результатам региональных выборов Демократическая Партия смела на своем пути почти все и всех, кто на этом пути стоял, ее представители выиграли практически везде, где только можно было. Американским демократам остается только локти кусать от зависти, глядя на такую «синюю волну». Подробнее об этих выборах писал, например, и я, вот тут.

9. 해경궁김씨(Хэгенгун Ким). Еще один политический скандал осени-зимы 2018. Шумиха разгорелась вокруг одного конкретного аккаунта в Твиттере, народ заподозрил, что этот аккаунт принадлежит супруге ныне избранного губернатора столичной провинции Кёнгидо г-на Ли Чже Мёна. Проблема тут в том, что сам Ли Чже Мён известен как ярый сторонник и поклонник нынешнего президента Мун Чже Ина, а в данном аккаунте большинство постов – как раз крайне антимуновские, что породило сразу серию слухов: Ли Чже Мён на самом деле не тот за кого себя выдает (и на самом деле он – ярый противник демократов и, соответственно, все это время всем лгал), что он раскалывает партию на фракции сторонников и противников Муна (этой ерундой сейчас страдает главная оппозиционная партия, там все четко разделились на два лагеря: сторонники и противники Пак Кын Хе, причем там раскол такой явный, что хоть ложкой ешь), и так далее. На все это накладываются и иные скандалы с губернатором: его якобы интрижка с вышедшей в тираж актрисой, темная история с его братом, который оказался в психушке, знаменитый аудио файл, на котором слышно как Ли Чже Мён в непечатных выражениях общается со своими тестем и тещей, и т.д. В целом же, общий настрой демократов (да и в целом всего общества) довольно простой: Ли Чже Мён – один из ярких представителей Демократической Партии, и многие предрекают ему президентство после Муна, особенно после того, как консерваторы подстроили историю с другим видным политиком Ан Хи Чжоном. Поэтому нападки оппозиции на него по поводу и без – вполне понятная тактика ликвидации будущего противника на президентских выборах 2022 года. Если удастся убрать и этого, мой личный прогноз, что дальше возьмутся на Ким Гён Су (губернатор провинции Южная Кёнсан, про него чуть ниже).

8. 최저임금(Минимальная оплата труда). Ну, тут все ясно. Резкое повышение минимальной заработной платы в этом году – горячая тема для разговоров как в онлайне, так и в реальной жизни. Повышение минималки служило одним из предвыборных обещаний нынешнего президента и одним из краеугольных камней всей его экономической программы, и обещание свое он честно сдержал: она выросла на 16.4% (с 6 470 вон в час до 7 530 вон в час) с 1 января 2018 года, и вырастет еще на 10.9% с 1 января 2019 года (с 7 530 вон до 8 350 вон). Подобное резкое повышение оплаты труда вызывало мощную критику со стороны консерваторов, традиционно выступающих за ослабление социальных обязательств государства, а также привело к структурным изменениям в малом и среднем бизнесе, что, разумеется, не могло не вызывать недовольство владельцев этого самого бизнеса. Эта мера наложилась на общий экономический спад в стране в силу объективных внешних причин, что привело к увеличению безработицы. Экономическая повестка сейчас – главная для нынешней администрации.

7. 남북정상회담(Межкорейские переговоры). Здесь, в принципе, тоже все ясно. Исторический межкорейский саммит в Пханмунчжоме в апреле, неожиданная встреча лидеров в конце мая, встреча Трампа и Кима в Сингапуре в июне и визит Мун Чже Ина в Пхеньян в сентябре стали громкими политическими событиями в Южной Корее, что отразилось и в Твиттере. О результатах всей этой политической активности можно очень много спорить, но тем не менее факт встречи уже не отменить, 2018 год запомнится именно этим и, скорей всего, войдет в историю ЮК как год наибольшего примирения между двумя Кореями. При всей критике и упреков оппозиции в отсутствии реальных шагов по продвижению вперед Муну объективно удалось сделать то, чего не удавалось никогда и никому до него: усадить за один стол лидеров Северной Кореи и США, реально демилитаризовать «демилитаризированную» зону, договориться о линии разграничения в Желтом море, соединить железные дороги. Как говорится, не переключайтесь и оставайтесь с нами, год грядущий нам явно готовит еще больше шагов по реальному и символическому сближению двух стран.

6. 미세먼지(Загрязнение воздуха). Я бы так и вообще поставил этот хэштег на первое место, честно говоря. Проблема грязного воздуха, который приносит нам ветер с Китая, настолько остра и актуальна, что даже теряешься с чего начинать вообще борьбу с ней. Внутри Кореи шаги предпринимаются, но вся проблема в том, что более 90% всей этой пыли и смога приходят к нам из Китая, поэтому проблему надо кардинальным образом решать у них там, а не у нас здесь. За всю мою жизнь в Корее никогда еще не было такой грязной зимы, как зима с 2017 на 2018 год; помню день, когда показатели загрязнения смогом достигли уровня «Апокалипсис» - более 450 милиграмм на кубический метр! Для справки, по стандартам международных мониторинговых организаций, допустимым считается показатель в 30 мг/м3, 80 мг/м3– это уже опасность, а все, что свыше 150 мг/м3– это крайне опасный уровень, при котором запрещено выходить на улицу. В Китае показатели еще выше, чем здесь, у нас хоть ветра дуют с Сибири и Тихого океана и тогда становится чисто, а они там вообще в эпицентре этого всего. Вот так и живем.

5. 드루킹(Друкинг). Скандал с блогером, который якобы искажал общественное мнение в интернете путем накрутки определенного вида комментариев в пользу Демократической партии по просьбе и за деньги ее же представителей, ярко разгорелся в начале года и закончился пшиком к его концу, поскольку, как выяснилось, ничего подобного там не было и во многом скандал был раздут искусственно консерваторами, чтобы отвлечь народ от их собственного провала. Даже феерическое шоу с голодающим Ким Сон Тхэ на пороге здания парламента (и втихомолку жующим пиццу за занавеской, это было, честно говоря, смешнее всего во всей этой истории) не принесло сюжету хоть сколько малого интереса со стороны публики, хотя и оставило след в Твиттере за 2018 год. Что же там произошло на самом деле, и отчего Друкинг требовал себе место консула в Осаке, мы узнаем, думаю, при следующем (или после него) президенте, когда начнется вскрытие «ошибок прошлого» (как сейчас про Ли Мён Бака, например). А пока констатируем этот скандал как одно из громких политических событий 2018 года. Фактом, который несомненно заслуживает того, чтобы его отметить, является избрание Ким Гён Су на пост губернатора провинции Южная Кёнсан, а ведь Ким Гён Су как раз и проходил как главный подозреваемый по делу Друкинга именно в период выборов. И то, что люди выбрали демократа под следствием на самой громкой фазе скандала в традиционно консервативной провинции очень ярко говорит о том, в какую лужу сели консерваторы и насколько плохо они отдают себе отчет о реальности, в которой оказались.

4. 혐오(Ненависть). А вот тут уже начинается интересно. Немного забегая вперед, сразу скажу, что больше политики в рейтинге хэштегов нет, все лидерские позиции занимают социальные проблемы, которые сильнее всего волнуют корейское общество в настоящий момент и оказывают на него огромное влияние. И ненависть тут, к сожалению, - ключевое слово 2018 года. Ненависть одного пола к другому (в нашем случае – женщин к мужчинам), ненависть к чужакам (кризис с йеменскими беженцами), ненависть к инакомыслящим («태극기부대» - сторонники Пак Кын Хе с их призывами убивать родителей детей, погибших во время крушения парома «Севоль», например) – вся эта социальная каша бурлит в котле южнокорейского общества весь год. Политическое обострение вызвало обострение социальное, хотя, по моему личному мнению, в следующем году на первый план выйдут все же экономические проблемы, и общество в целом успокоится. Свою долю ненависти получили и японцы своими резкими заявлениями относительно болезненных вопросов корейско-японской истории, очередными правками исторических учебников и протестами в международные организации против корейского правительства. У нынешней администрации, в отличие от прошлых лет, вполне здравый и адекватный подход к этим истерическим крикам с японских островов, что в зародыше купирует выплескивание ненависти к соседям из онлайна в офлайн, а все шаги корейского правительства, впервые за много лет, направлены на восстановление исторической справедливости, а не подхалимства и лизания определенных частей тела японского премьер-министра (что, собственно, и вызывает эти самые истерические крики со стороны японцев). У Ланькова недавно вышла неплохая статья о том, как японцы реагируют на нынешнего корейского президента. Кому интересно, почитайте, довольно занимательно.

3. 몰카(Скрытая камера). Еще одна острая социальная проблема, типичная для Южной Кореи и совершенно странная и непонятная для большинства населения других стран - распространение скрытых камер в женских туалетах или фотографирование женского нижнего белья (тайком, снизу) в общественных местах (в первую очередь, в общественном транспорте и на лестницах). При всей смехотворности, проблема довольно серьезная. Мало того, что она доставляет большой психологический дискомфорт любой девушке в стране (потому что никогда не знаешь, кто, с какого ракурса и в какой позе тебя фотографирует в данный момент), она явно служит признаком нездорового отношения полов друг другу и, в целом, покосившейся сексуальной культуры общества: извращенцев намного больше, чем кажется на первый взгляд. Меры со стороны властей принимаются постоянно, начиная от всем известного неотключающегося звука затвора в камерах смартфонов и вплоть до осмотров на предмет наличия скрытых камер в женских туалетах вручную полицейскими, не говоря уже о запретах на продажу съемочного оборудования определенного вида и типа без специального разрешения. Масштабы проблемы это, конечно, снижает, но полностью ее этими мерами не решить, тут необходимы глубинные изменения в самом сознании людей. А это значит, что борьба со скрытыми камерами и последующим вывешиванием снятых роликов в интернет продолжится еще некоторое время.

2. 페미니즘(Феминизм) и 1. 스쿨미투(Школьное #metoo). Второе и первое места – явления одного и того же порядка, поэтому смело объединяем их в одну категорию. В этом году американское движение против сексуального насилия шагнуло в Корее еще дальше – в школы. И оттуда посыпались признания в том, как учителя трогали девушек за мягкие места, говорили всякие непристойности и прочая, и прочая. Скандалов было много, как я уже отмечал вышел, Твиттером пользуется в основном молодежь, поэтому то, что этот хэштег вышел на первое место, совершенно не удивительно. Все это (причем включая пункты 4 и 3 выше) проходит в рамках одной большой кампании под названием «Феминизм», флагманами которого стали интернет форумы «Мегалия» и его намного более резкий и сексистский собрат «Вомад». Тема современного феминизма в Южной Корее – сама по себе большая и довольно сложная, о ней можно написать докторскую диссертацию, такое это большое по объему и влиянию течение в современном обществе. Те причудливые формы, которое эта, в общем-то, правильная американская концепция приняла в Южной Корее, заслуживают, как минимум, академической статьи. Изначально движение за равноправие полов в Корее превратилось в концепцию превосходства женского пола над мужским. И если до определенного время войны бушевали исключительно на экранах мониторов, то в ноябре 2018 года боевые действия вышли и в реальный мир: я сейчас говорю о громком случае в пивнушке недалеко от станции Ису в Сеуле, которое всколыхнуло всю страну, заставив население разделиться по принципу пола.
Для тех, кто не знаком с инцидентом, в двух словах: в одном заведении сидели две компании, в одной были только парни, в другой – только девушки. Девушки вели себя чрезвычайно громко, и спустя какое-то время парни сделали им замечание. Девушки взъярились, завязалась перепалка, которая продолжилась у выхода из заведения, где одна из девушек перешла от слов к делу и ударила одного из парней по лицу. Свидетели вызвали полицию. Та провела расследование, и миролюбиво объявила, что победила дружба. Вся Корея разделилась на два лагеря. Женщины обвинили мужчин в том, что они не имеют права ограничивать свободу женщин, если им хочется праздновать, им должны были дать эту возможность, поэтому они начали первые, говорили непристойные вещи, и вообще, кто они такие, чтобы указывать женщинам, что им делать, и т.д. и т.п. Мужчины обвинили женщин, что они специально провоцировали парней, потому что прекрасно знали, что в нынешней нездоровой ситуации отношений между полами все равно все будут на стороне девушек, хотя это именно они начали первые, они начали применять нецензурную лексику, они первые применили физическую силу. Что, фактически, идет обратная дискриминация, и даже полиция пошла на попятный и не предъявила девушкам никаких обвинений, просто по факту того, что они девушки, чтобы их самих не обвинили в разжигании межполовой розни. Дебаты достигли настолько опасного уровня, что полиция вынуждена была обнародовать видео, которые свидетели с места событий записали на свои сотовые телефоны. В этих видео отчетливо видно, что вина лежит на девушках, они вели себя действительно неадекватно и вызывающе, но рот «феминисткам» этого не заткнуло, они сразу обвинили всех в нарушении права «на личную жизнь после работы», «использовании современных технологий в деле очернения угнетаемого класса (женщин, то бишь)» и далее по списку. Страсти поулеглись, но если эту битву девушки и проиграли, то основная война еще впереди. Вот такой вот у нас интересный феминизм.

Вот такая вот картина Южной Кореи за 2018 год в десяти хэштегах.
(с)astra-wizard.livejournal.com/55504.html