«Котлета по-киевски»" от Буша-старшего

1 августа 1991 года в стенах нынешней Верховной Рады Украины, а тогда еще Верховного Совета УССР народные депутаты республики во главе с председателем Леонидом Кравчуком слушали высокого гостя – 41 президента США Джорджа Герберта Уокера Буша, выступавшего в поддержку «зарождающейся демократии».

В историю речь Президента США Джорджа Буша-старшего вошла под шуточным названием "Речь «Котлета по-киевски»" ( "Chicken Kiev speech"). В этой речи Буш предостерегал украинцев от «суицидального национализма». Речь была написана Кондолизой Райс (позже стала Государственным секретарём США при Президенте Джордже Буше-младшем), когда она занимала должность директора отдела по делам СССР и Восточной Европы Совета национальной безопасности США. Эта речь возмутила украинских националистов и американских консерваторов настолько, что журналист-консерватор Уильям Сафир, редактор газеты The New York Times, обозвал эту речь «котлетой по-киевски», обвинив Буша в колоссальном просчёте.

САМА РЕЧЬ

«Прежде всего, позвольте мне воспользоваться этой возможностью, чтобы поблагодарить всю Украину, которая устроила нам столь теплый прием, столь сердечную встречу. Каждый американец в этой длинной автоколонне – и, поверьте мне, она была длинной – был глубоко тронут теплотой этого приема со стороны народа Украины. Мы никогда этого не забудем.

Благодарю вас, Председатель Кравчук, и депутатов. Позвольте мне приветствовать Верховный Совет, представителей духовенства, присутствующих здесь членов дипломатического корпуса, представителей американских фармацевтических и медицинских корпораций, которые находятся здесь с нами сегодня, и всех уважаемых гостей.

Барбара и я очень рады находиться здесь. Мы сожалеем лишь об одном – о том, что в четверг вечером я должен отправиться домой. Тем не менее, это придется сделать. Причина в том, что завтра наш конгресс завершает работу, и я счел важным быть там в последний день работы сессии.

В вашем замечательном городе вспоминаешь слова Александра Довженко о том, что Киев – это цветущий сад, Киев – это поэт, Киев – это эпоха, Киев – это история, Киев – это искусство.

Много веков назад ваши предки нарекли эту страну Украиной, то есть «границей», потому что ваши степи связывают Европу и Азию. Однако украинцы стали пограничниками иного рода. Сегодня вы открываете границы и контуры свободы. Хотя, как я уже говорил, мое пребывание здесь слишком непродолжительно, я прибыл сюда, чтобы поговорить с вами и поучиться. Для тех, кто любит свободу, каждый эксперимент в строительстве открытого общества дает новые уроки и возможности понять суть вещей. Вам предстоит решать особенно грандиозную задачу.

На протяжении многих лет люди в этой стране ощущали себя бессильными, находясь в тени огромного правительственного аппарата, будучи связанными силами, которые пытались контролировать каждый аспект их жизни. Сегодня ваш народ испытывает надежду на свободу. В городах, республиках, на фермах, на предприятиях, вокруг университетских городков вы обсуждаете основополагающий вопрос свободы – самоуправление и свободное предпринимательство.

Понимаете, американцы глубоко привержены всем этим ценностям. Мы следим за вашим прогрессом с чувством восхищения, волнения и надежды. И только это имеет историческую ценность. В прошлом наши государства были вовлечены в дуэли пропагандистской чепухи и бравады, а ныне фейерверки конфронтации сверхдержав уступают дорогу более тихим и гораздо более обнадеживающим видам искусства сотрудничества.

Я прибыл сюда для того, чтобы сказать вам, что мы поддерживаем борьбу в этой великой стране за демократию и экономические реформы, и я бы хотел поговорить с вами сегодня о том, как относятся Соединенные Штаты к сложному и волнующему периоду вашей истории, каким образом мы намерены поддерживать отношения с центральным Советским правительством и с правительствами республик.

В Москве я изложил наш подход. Мы будем поддерживать тех в центре и в республиках, кто стремится к свободе, демократии и экономической свободе. Мы будем принимать решения в отношении нашей помощи, основываясь не на личностях, а на принципах. И мы не можем сказать вам, каким образом преобразовать ваше общество. Мы не будем пытаться определить победителей и побежденных в политическом соревновании между республиками и центром. Это – ваше дело; это дело не Соединенных Штатов Америки.

Однако не сомневайтесь в нашей подлинной приверженности реформам. Не думайте, что мы можем позволить себе решить ваши проблемы за вас. Теодор Рузвельт, один из наших великих президентов, когда-то написал: «Быть под покровительством – это столь же обидно, как и быть оскорбленным. Ни один из нас не стремится постоянно к тому, чтобы кто-нибудь другой добросовестно старался делать ему добро. Что мы хотим, так это работать с этим кем-нибудь другим на благо нас обоих». Вот что сказал наш бывший президент.

Мы будем работать на благо нас обоих, а это означает, что мы не будем вмешиваться в ваши внутренние дела. Кое-кто призывает Соединенные Штаты сделать выбор между поддержкой Президента Горбачева и поддержкой стремящихся к независимости лидеров по всему СССР. Я считаю, что это неверный выбор.

Откровенно говоря, Президент Горбачев добился поразительных вещей и целями его политики гласности, перестройки и демократизации являются свобода, демократия и экономическая свобода. Мы будем поддерживать как можно более прочные отношения с советским правительством Президента Горбачева, однако мы также ценим и новые реалии в жизни в СССР. И поэтому мы, будучи сами федерацией, хотим хороших отношений, лучших отношений с республиками.

Итак, позвольте дополнить мои высказывания в Москве и более подробно описать то, что американцы имеют в виду, когда мы говорим о свободе, демократии и экономической свободе. Никакие другие термины не искажались более регулярно и более цинично, чем эти. На протяжении всего этого столетия деспоты рядились в демократов. Тюремщики выдавали себя за освободителей. И мы можем восстановить веру в правление лишь путем восстановления подлинного смысла этих концепций.

Я бы не хотел, чтобы мои слова воспринимали как нотацию, однако позвольте начать с широкого термина «свобода». Когда американцы говорят о свободе, мы имеем в виду возможности людей жить без страха перед попытками правительства вмешаться в их жизнь, без страха перед травлей со стороны своих же сограждан, без ограничений свободы других. Мы не относимся к свободе как к такой привилегии, которую необходимо скупо раздавать лишь тем, кто придерживается надлежащих политических взглядов, или принадлежит к определенным группам. Мы относимся к ней как к неотъемлемому, индивидуальному праву, которое даровано всем мужчинам и женщинам. Как заметил лорд Эктон, «самое надежное испытание, по которому мы судим о том, по-настоящему ли свободна любая страна, это то, насколько безопасно чувствуют себя меньшинства».

Свобода требует терпимости, концепции, закрепленной в открытости, гласности и в нашей Первой поправке, посвященной защите свободы слова, собрания и религии – всех религий.

Терпимость питает надежду. Один священнослужитель писал о гласности: «Сегодня, как никогда, актуальны слова апостола Павла, сказанные 2000 лет назад: «Они посчитали нас среди мертвых». Однако смотрите, мы – живы. На Украине, в России, в Армении, в Балтии расцветает дух свободы». Однако свобода не может выжить, если мы позволим процветать деспотам или, допустим, как, казалось бы, мелкие ограничения будут множиться до тех пор, пока не образуют цепи, до тех пор, пока не образуют оковы.

Позже сегодня я побываю у монумента в Бабьем Яре, который служит печальными напоминанием о том, что происходит, когда люди не могут сдерживать ужасную волну нетерпимости и тирании. И вместе с тем свобода – это не то же самое, что независимость. Американцы не будут поддерживать тех, кто стремится к независимости для того, чтобы сменить тиранию, навязываемую издалека, местным деспотизмом. Они не будут помогать тем, кто поощряет самоубийственный национализм, порождаемый на межнациональной ненависти.

Мы будем поддерживать тех, кто хочет построить демократию. И под демократией мы подразумеваем такую систему правления, в которой люди могут открыто состязаться, чтобы завоевать сердца и, конечно, же, голоса общественности.
Мы имеем в виду такую систему правления, которая черпает свою основанную на справедливости власть из согласия управляемых, которая сохраняет свою законность, умеряя жажду власти.

На протяжении многих лет у вас были выборы с бюллетенями, однако у вас не было демократии. А теперь демократия стала пускать глубокие корни в советской земле. Ключ к ее успеху – в понимании надлежащей роли правительства и ее предков. Демократия не является техническим прогрессом, движимым сухой статистикой. Это – самое человечное устремление, направленное на сохранение свободы с тем, чтобы мы могли делать по-настоящему важные вещи – растить семьи, проявлять свои творческие возможности, строить хорошую и плодотворную жизнь.

В современных обществах свобода и демократия основываются на экономической свободе. Свободная экономика – это не что иное, как система общения. Она просто не может функционировать без индивидуальных прав или такого стремления получить прибыль, которая дает людям стимул отправляться на работу, стимул производить. И, разумеется, она не может функционировать без торжества закона, без честных и выполняемых контрактов; без законов, которые защищают права собственности и наказывают за мошенничество.

Свободные экономики зависят от свободы волеизъявления, от того, имеют ли люди возможность обмениваться идеями и испытывать новые теории. Советский Союз годами ослаблял себя, ограничивая поток информации, запрещая устройства, жизненно важные для современных коммуникаций, такие, как компьютеры и копировальные аппараты. И когда вы ограничиваете свободу передвижения, даже туристические поездки, вы мешаете своим людям максимально использовать свой талант. Вы не можете что-то улучшать, если вы не имеете права общаться.

И, наконец, свободная экономика требует подключения к основному экономическому процессу. Адам Смит заметил два столетия назад: «Торговля обогащает всех, кто в ней участвует». Изоляция и протекционизм обрекают тех, кто их практикует, на деградацию и нужду. Сегодня я обращаю на это внимание, потому что некоторые советские города, регионы и даже республики оказались вовлеченными в губительные торговые войны. Республики этой страны имеют обширные торговые связи, которые никто не может отменить одним росчерком пера или новым законом. Несравненно большая часть торговли, осуществляемой советскими компаниями, будь то импорт или экспорт, приходиться на торговлю между республиками, и это вам известно лучше, чем мне. Соглашение «девять плюс один» вселяет надежду на то, что республики будут сочетать большую автономию с более активным добровольным взаимодействием – политическим, социальным, культурным и экономическим – вместо того, чтобы ступать на безнадежный путь изоляции.

Поэтому американские инвесторы и бизнесмены стремятся к тому, чтобы заниматься бизнесом в Советском Союзе, включая Украину. На этой неделе мы подписали такие соглашения, которые будут способствовать дальнейшему взаимодействию на всех уровнях между Соединенными Штатами и Советским Союзом. Однако, в конечном счете, наши торговые отношения будут зависеть от того, сумеем ли мы выработать общий язык, общий язык торговли – валюты, которые общаются друг с другом, законы, защищающие новаторов и предпринимателей, узы понимания и доверия.

Должно быть, очевидно, что связи между нашими странами становятся все более прочными день ото дня. Я выдвинул президентскую инициативу, согласно которой Советскому Союзу оказывается крайне необходимая медицинская помощь. И эта помощь является проявлением американской солидарности с советскими народами во времена лишений и страданий. В рамках этой помощи в Киев было поставлено оборудование, при помощи которого лечат людей, пострадавших от Чернобыля. Вы должны знать, что сердце Америки, сердца всех были с людьми здесь во время Чернобыля. Мы направили группы, чтобы помочь вам улучшить безопасность украинских атомных электростанций и угольных шахт. Мы также увеличили число культурных обменов с республиками, включая более широкие обмены с юристами, учеными, деятелями культуры Америки и Украины.

Мы понимаем, что вы не можете преобразовать свою систему за один день. Первая система правления в Америке – Континентальный конгресс – потерпела неудачу из-за того, что штаты были слишком подозрительно настроены по отношению друг к другу, а центральное правительство было слишком слабым, чтобы защищать торговлю и права личности. За 200 лет мы научились тому, что свобода, демократия и экономическая свобода значат гораздо больше, нежели просто объекты для вдохновения. Они значат больше, чем слова. Они являют собой вызовы. Ваш великий поэт Шевченко заметил: «Лишь в собственном доме вы можете обрести свою правду, свою силу и свободу». Ни одно общество никогда не достигало совершенства в том, что касается демократии, свободы и предпринимательства. Если оно в полной мере использует достоинства и способности своих народов, оно может использовать эти цели в качестве ориентиров на пути к лучшей жизни.

Старинная украинская пословица гласит: «Когда вы начинаете великое дело, освободите вашу душу от слабости». (?!!!!) Народы СССР приступили к великому делу, полные мужества и энергии, и я прибыл сегодня сюда, чтобы сказать, что мы поддерживаем тех, кто открывает границы свободы. Мы присоединяемся к этим реформаторам на пути к тому, что мы уместно называем новым мировым порядком.

Вы являетесь лидерами, участниками политического процесса. А я отправляюсь домой для участия в активном политическом процессе, поэтому если вам довелось увидеть меня, слишком энергично размахивающего руками из лимузина, это было, когда подумалось, что, может быть, некоторые из этих людей, стоящих вдоль улиц, были из Филадельфии, или Питсбурга, или Детройта, где живет так много американцев украинского происхождения, были вместе со мной, когда я произносил эти слова здесь сегодня.

Для Барбары и меня находиться здесь было великим событием. Мы приветствуем вас. Мы приветствуем те перемены, которые видим. Я вспоминаю французскую фразу: «Вив ла диферанс!» - Да здравствуют различия! – и я наблюдаю различные мнения в этом парламенте, и именно так это и должно быть. Один хочет этого, другой – того, именно так идет процесс, когда вы свободны и открыты, соревнуясь при помощи идей, чтобы увидеть, кто окажется правым и кто может дальше больше народу Украины. Что касается нас, то это была замечательная поездка, хотя и слишком непродолжительная. Позвольте мне просто сказать: «Да благословит Господь народ Украины!»