Рассказ про гордыню
Как-то в морозный январский вечерок зашел ко мне в гости наш местный батюшка, отец Николай. Ну, со мной то все понятно, я атеист из староверческой семьи, так и батюшка в курсе этого, но он вполне-себе нормальный мужик, да и христанутые его, наверно, малость достали. В общем, соседствуем мы с ним мирно. Ну так вот, зашел он в гости. Моя любимая жена сообразила на стол и, не скупясь, выкатила пузатый графин с напитком собственного сочинения. Должен отметить, что хотя моя жен...читать дальше (еще 12352 символов) >>а крепкие спиртные напитки не любит совсем, они ей очень даже поклоняются. В графине был замешан небывалый коктейль из яркого южного солнца, горячего ветра, синего-синего неба и сонной силы рыжих пшеничных колосьев. Все то, что с радостью раздает нам Ростовская земля, плотненько уместилось в литровом графинчике. При таком раскладе и не поговорить, да грех это великий.

Выпили по третьей. Отец Николай огладил бороду рукой и весело посмотрел на меня. Напиток явно его сильно радовал. «Хатяич, а расскажи историю» - попросил он. Каюсь, грешен, рассказывать истории я очень люблю, причем рассказывать люблю гораздо больше, чем потом переводить их в печатный формат, потому как чукча не писатель. Ну да ладно.

К тому моменту мою душу так же грел веселый костерок, да и сан собеседника не давал мне покоя.
- А как у вас, у батюшек, вопрос с гордыней обстоит, - спросил я.
- Всяко бывает…
- Ну ладно, слушай историю.

У моей жены есть брат, на 5 лет моложе ее, зовут его Артем. Нормальный такой мужик, окончил Истфак МГУ, но работать пошел по страховому делу. Ну, это Россия, что тут сказать. Я сам, будучи дипломированным музыкантом, 20 лет водил карету Скорой помощи и ничего, нормально я себя чувствую.

Работал Артем в страховой средней степени паршивости и вполне там процветал. На дворе были «тучные нулевые», денег хватало. Взял однушку в ипотеку и выплатил, купил Х5 в кредит и тоже расплатился. В промежутке между хатой и машиной Артем женился. Он первый и последний раз появился у нас на подстанции, заехал то на 5 минут, ключи от гаража у меня взять, а влюбился накрепко в Ирину, фельдшера нашей бригады. Та ответила взаимностью и уже через три месяца играли мы свадьбу.

Прошло два года. Артем и Ирина жили душа в душу. Дети, вот только, не получались. Медицина утверждала, что все хорошо, но результата не было. И тут померла бабушка Артема и моей жены, соответственно. И оставила любимому внуку дом ажно за 600 км к югу от Москвы.

Артем был явно смущен, когда прочитал завещание. Но мы его успокоили. Ну что поделать, такая воля. Мы не побираемся и жить есть где. Езжай, принимай наследство. Он поехал.

Была весна. В Москве деревья только распускались, а там уже все было зелено. Дом был построен после войны, но был еще бодр и крепок. Стоял он в окружении плодовых деревьев на большом участке земли. Сзади виднелись хозпостройки. И вдруг Артем понял, что реально хочет тут жить. Вот хочет и все тут.

Вернувшись в Москву, Артем поведал о своих мыслях жене. Его очень это волновало. Ирина была весьма изящной барышней, стройной и худощавой, дочкой очень интеллигентных родителей. Представить ее на крестьянском подворье было так же сложно, как и Артемов Х5 с полным багажником навоза. Однако Ира восприняла рассказ мужа абсолютно спокойно. Посмотрела фотки и углубилась в дебри Интернета в поисках сельскохозяйственных знаний.

Артем уволился с работы и начал готовиться к переезду. С собой он прихватил своего другана, с которым в школе еще учился. Друган на тот момент развелся и нехило бухал с горя. Ему было пофиг куда ехать. Никто его нигде не ждал. Звали его Иван, но и за глаза, и в лицо, иначе как Ваниш, его никто не именовал. Он охотно откликался.

Не следует путать турпоездку с эмиграцией. Деревня встретила Артема не особо ласково. Была куча проблем, и надо было их решать. Тем более, что опыта было ноль целых и хрен десятых. Хорошо хоть Ваниш был парень очень рукастый. Лето прошло в трудах и заботах. Ремонтировали дом, поднимали подворье. Заготовили дрова, сделали, ну не сами понятно, но и им делов хватило, скважину для воды. Работы по уши. Хорошо хоть кое-какие деньги у Артема были. Помимо дома и участка, Артем оформил в собственность еще и огород в 40 соток, который бабушка с родней всю жизнь обрабатывала и не задумывалась о бумажках.

Надо сказать, что Ирина, которая до этого момента имела о сельской жизни весьма смутное представление, отлично прижилась в деревне. Есть такая категория женщин, на которых рабочий комбинезон и резиновые сапоги смотрятся ничуть не менее хорошо, нежели вечернее платье. Целыми днями Ира тусила в огороде, что-то перекапывала и сажала, после чего успевала готовить еду мужикам и ни на что не жаловалась. В деревне быстро прослышали, что она фельдшер, к ней потянулся народ с хворями, ибо до больнички в райцентре было 25 километров. Ирина никому не отказывала.

Пришла первая зима. Снежные заносы, бездорожье. Хорошо, хоть баню успели наладить. По весне Артем все проанализировал и сделал выводы. Х5 был продан, вместо него была куплена Шеви Нива и трактор МТЗ 82. К тому моменту Ваниш уже откочевал от Артема на два дома дальше по улице. Он сошелся с местной разведенной девахой, тесть Ваниша был трактористом и понимал в тракторном вопросе с детства. Трактор купили вполне хороший и начали работать. Все, что надо, распахали, закультивировали и посадили. Завели кое-какую живность. Работали сообща.

Впервые Артем понял, что он сделал все правильно, когда жена сообщила ему, что беременна. Ирина отлично отходила положенный срок и родила прекрасную дочку. Вот тут Артем и познакомился в сельским батюшкой. Я не знаю его имени и буду его именовать именно так: Батюшка.

Батюшка в сельской церкви был молодой, энергичный, с явными миссионерскими наклонностями. Через две недели после рождения дочки Артема он заявился без приглашения к ним домой и спросил, а какого, собственно, вы ребенка не крестите? Ирина, сдвинув на нос очки, ответила Батюшке, что они сами не особо религиозны, и дают право ребенку, когда она вырастет, самой решить, к какой религии прислониться. Батюшка прочел им целую лекцию, но понят не был и ушел.

Второй раз Артем столкнулся с ним на пасху. Сельский магазин располагался прямо через дорогу от церквушки. Звенели колокола, у церкви толпились бабки. Когда Артем вышел из магазинчика, Батюшка, который, видать, уже малость разговелся и толкался возле церкви вместе с бабками, громогласно обозвал Артема и его жену богохульниками и вероотступниками и начал стыдить, пугая разными страшными карами. Как то так само-собой вышло, что Артем коротко и беззлобно послал Батюшку нахуй, сел в машину и уехал.

Весна и лето прошли в заботах. Огород, скотина и стройка. Летом Артем, помятуя о зимних непредсказуемых дорогах, купил сильно подержанный армейский Урал. В шесть рук, Артем, Ваниш и Сергей, тесть Ваниша, два месяца возились с ним, но привели в полный порядок. Потом пришла осень. Собрали урожай, решили вопросы со скотиной, сделали заготовки. Тут и зима пришла.

В один из февральских дней небо начало затягивать уже с утра. В три часа было почти темно, а к вечеру разразился настоящий буран. В тех местах привыкли к ветрам, но в этот раз уже задуло, так задуло. Ветер свистел, скрипел ветками деревьев и гремел кровельным железом. Снег летел почти непроницаемой стеной. Спать легли рано. В доме было тепло и уютно, ветер тут еле слышался. Ирина сладко посапывала, завернувшись в одеяло. Только Артему не спалось. Он зашел в соседнюю комнату, глянул на дочку, спит себе, сны видит. Потом вышел в коридор и запустил в дом собаку. В такую погоду от будки толку мало. Пошел на кухню и налил себе чаю. На душе было тревожно. Артем решил, что тревожится он из-за Аньки, падчерицы Ваниша. Та уже третий день болела. Он решил позвонить и достал телефон. Связь в деревне и так была хреновая, а уж в такой буран телефон и вовсе написал «Нет сети». Тревога не унималась и Артем решил сходить к Ванишу. Натянув куртку и шапку, он вышел во двор.

Во дворе ветер был не так силен, кругом стены и забор, но снег валил знатно. Под навесом темнел силуэт Урала. «Хрен знает, а вдруг в больницу везти, ходи туда-сюда в такую погоду» - подумал Артем. Он направился к машине. Еще с вечера он включил электроподогрев, собираясь утром в райцентр. Так что двигатель теплый. Перебранный «для себя» ЯМЗ-236, сыто фыркнул и завел свою басовитую песню. Накачав воздух в тормоза, Артем выехал со двора.

Когда Артем выехал из проулка на улицу, он осознал, какой природный катаклизм творится на его глазах. Ветер бросал в стекло целые охапки снега, в лучах фар была невообразимая снежная круговерть. Проехав два дома, он увидел у калитки коренастую фигуру друга. Ваниш стоял в мохнатой шапке и явно его ждал. Кое-как отряхнувшись, он залез в кабину.

- Ты куда в ночь рванул?
- Да не спалось, прям хрень какая-то. Подумал, мож у тебя что, а связи нет. Решил проверить. Как Анька?
- Да нормально. Температура спала, сироп пьет, вроде и кашель легче стал. Ирка же смотрела ее вечером, ты забыл?
- А… Ну да… А ты тогда чего не спишь?
- Да я кино смотрел, а потом слышу, вроде как мотор завелся. Ну я и подумал про тебя и вышел. Снег такой, что и сигарету не закуришь.

Артем и Ваниш закурили. Чтобы развернуться, Артем поехал по деревне, дальше, возле трансформатора, был пятак, вполне пригодный для разворота. Доехали до места, дальше дорога шла вниз, в лощину. За ней была окраина деревни. Вдруг глазастый Ваниш увидел в лощине свет фар.Что за черт, кто там может быть в такое время и такую погоду??? Артем направил грузовик вниз по дороге.

В лощине снег вообще сошел с ума. Казалось, что ветер сметает его сюда со всей области.
Артем щелкнул тумблером и на крыше Урала вспыхнули мощные прожектора. Яркие лучи легко пробивали снежную карусель. Артем увидел хорошо ему знакомую красную пятидверную Ниву Батюшки. Она зарылась в снег по самое некуда. Тут же был и Батюшка. Он с остервенением размахивал лопатой, откапывая машину, но ветер и снег были сильнее. В ярких, жестких лучах прожекторов, Артем заметил жену Батюшки на переднем сидении Нивы. Хоть они и не общались, но в деревне секретов нет, Артем знал, что матушка беременна, но носит плохо. Была угроза выкидыша. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, матушке очень и очень хреново сейчас.

Артем встряхнул головой, отгоняя от себя эту картину, и повернулся к другу. В руках у Ваниша был трос. Дорогущий буржуйский трос «динамическая стропа», мягкий и очень прочный. Его Артему подарил еще в той, прошлой жизни, коллега по работе, когда Артем покупал Х5. Обладатель экспедиционного Крузака, объездивший почти все российские буераки, коллега свысока смотрел на паркетники и трос дарил с подколом, типа в поле он тебе пригодится. Внезапно Артему стало весело. Хоть какой то есть толк от «креативного класса», подумал он и выругался.

Пока Артем разворачивал Урал, Ваниш уже зацепил тросом Ниву. Батюшка отбросил лопату и полез за руль. Увидев, что судьба лопаты больше не волнует владельца, хозяйственный Ваниш закинул ее в кузов Урала. Армейский грузовик, как морковку из грядки, выдернул Ниву из снежного плена и повлек за собой в горку. На горе расцепились. Дальше дорога шла верхами и ветер хорошо ее продувал. Когда огни Нивы скрылись из виду, Артем вдруг понял, что за все время они не сказали друг другу ни слова.

Высадив Ваниша у его калитки, Артем поставил машину под навес, вошел в дом и уснул, едва коснувшись щекой подушки.

Утром вышло яркое солнце. От туч не осталось и следа. Артем и Ваниш ликвидировали последствия бурана, завели трактор и разгребали снег. Тут подтянулась теща Батюшки. Извиняясь, она попросила вернуть лопату. Артем с непониманием глянул на нее, но Ваниш быстренько залез в кузов и притащил ей лопату. Она поблагодарила и пошла к выходу. Увидев, что на нее не смотрят, она тихонько перекрестила их обоих и ушла.

Батюшка успел вовремя, доктора спасли и матушку и ребенка. Она родила в итоге в срок и мальчик был здоров. Батюшка тоже здоров и по сей день служит в храме. Артем от него не услышал даже спасибо, да ему оно и не надо. Только вот, как-то раз, едучи рано утром по делам, он подвез до остановки трех деревенских старух. На вопрос, куда их несет в такую рань, бабушки ответили, что едут на службу в храм, что в соседней деревне, в десяти километрах…

Закончив рассказ, я разлил еще по одной. Отец Николай, ловким, отточенным движением, четкости которого позавидовал бы сам поручик Мышлаевский, отправил содержимое стопки в бороду, далее везде… Закусив, он посмотрел на меня. Было видно, что он подбирает слова.

-Знаешь, Сань, тут в общем без разницы, веришь ты в Бога или нет… Главное, чтобы он в тебя верил. Если он знает, что когда это нужно, на тебя можно рассчитывать, это хорошо. Потому, что без этого очень трудно быть Богом. Ну а что до Батюшки этого… Ну что же… Все мы люди. Больше мне сказать нечего.