21 марта (2 апреля) 1876 года закончила свою работу Комиссия для рассмотрения медиумических явлений. Создать эту комиссию при Санкт-Петербургском Физическом обществе предложил Дмитрий Иванович Менделеев 6 мая 1875 года. Предложение в научном мире было поддержано, комиссия была образована, и в ее состав вошли 12 человек. Большинство ее членов были учеными-физиками и механиками, представлявшими цвет тогдашней российской науки – Д.К. Бобылев, И.И. Боргман, Н.А. Гезехус, К.Д. Краевич, Ф.Ф. Петрушевский, Н.П. Петров, П.П. Фан-дер-Флит. Ну и, конечно же, сам Д.И. Менделеев.

Всего комиссия провела 19 заседаний, 7 из которых были посвящены исследованию спиритических явлений. Итоги ее деятельности подведены в последнем протоколе от 21 марта 1876 года: «Спиритические явления происходят от бессознательных движений или от сознательного обмана, а спиритическое учение есть суеверие». Вполне закономерный вывод с той точки зрения, которую мы привыкли называть научной. Однако тогда это еще требовалось доказать. Вот с этой целью и была создана комиссия для изучения медиумических явлений.

Вот как обосновывал необходимость создания подобной комиссии сам Менделеев: «Кажется, пришло время обратить внимание на распространение занятий, так называемыми, спиритическими или медиумическими явлениями».
Почему пришло время? Да потому что к 70-м годам XIX века спиритизм, или медиумизм, стал не только модным мистическим увлечением, но и вызовом тогдашней науке. И науке предстояло ответить на вопрос: являются ли с ее точки зрения «медиумические явления» фактами или нет. Собственно это и предполагал выяснить Менделеев: «точно рассмотреть, т.е. узнать, что в них принадлежит к области всем известных естественных явлений, что к вымыслам и галлюцинации, что к числу постыдных обманов».

читать дальшеНо при этом он допускал, что может обнаружиться и то, что не принадлежит «к разряду ныне необъяснимых явлений, совершающихся по неизвестным еще законам природы». В главном же Менделеев оставался непреклонен: «Занятия столоверчением, разговором с невидимыми существами при помощи стуков, опытами уменьшения веса тел и вызовом человеческих фигур при посредстве медиумов – грозят распространением мистицизма, могущего оторвать многих от здравого взгляда на предметы и усилить суеверие».

Надо сказать, что к числу адептов спиритизма также принадлежали видные ученые того времени, например, зоолог Н.П. Вагнер и химик А.М. Бутлеров. Самозабвенным пропагандистом и испытателем медиумических явлений был литератор А.Н. Аксаков, племянник известного писателя и общественного деятеля С.Т. Аксакова. В 1871 году А.Н. Аксаков опубликовал книгу «Спиритизм и наука», в которой представил свой взгляд на спиритизм как на terra incognita для научных исследований.

В начале 1870-х годов в Россию зачастил с визитами шотландец Дэниел Данглас Хьюм, пожалуй, самый известный «ясновидец» того времени. Почитателями талантов Хьюма были не только французский император Наполеон III и его супруга Евгения, кайзер Германии Вильгельм I, но и российский император Александр II. Русский монарх со своими приближенными неоднократно участвовал в медиумических сеансах удивительного шотландца. Приезды Хьюма во многом стимулировали развитие спиритического движения в России. Именно ему был обязан своим «спиритическим обращением» химик Бутлеров, а «факты», полученные во время нескольких сеансов с Хьюмом, представил в своей статье зоолог Вагнер. Эта статья, опубликованная в апрельском номере «Вестника Европы» за 1875 год, спровоцировала широкую дискуссию по поводу медиумических явлений, и в результате русское образованное общество раскололось на сторонников и противников спиритизма. Н.П. Вагнер, конечно же, не был доверчивым адептом спиритуалистической доктрины, он решительно открещивался от всего того, что называл «совершенно ложными, мистическими воззрениями». И в этой неизведанной области он пытался оставаться ученым-исследователем: «Все эти явления, бесспорно, имеют начало в общих физических законах и подчиняются физическим законам».

Статья Н.П. Вагнера вызвала бурную полемику в прессе. Скептики как только не называли знаменитого профессора-натуралиста: и «новым карточным фокусником», и «стологоворителем», и «духовызывателем», и «увеселительным рассказчиком». Однако именно его выступления в печати и стали той непосредственной причиной, по которой по инициативе Д.И. Менделеева была создана специальная научная комиссия. В работе комиссии «свидетелями защиты» спиритизма выступали Вагнер и Бутлеров.

А.Н. Аксаков, в свой черед, обратился за помощью к мировой спиритической общественности. Эта помощь пришла из Америки. Для спиритических экспериментов было предложено взять двух мальчиков Петти из Нью-Касла – Джозефа (13 лет) и Уильяма (17 лет). Мальчики прибыли в Россию и выдержали четыре сеанса перед членами комиссии. Однако результат был сочтен неудовлетворительным: «Все до одного так называемые спиритические факты у Петти оказались делом не хитрым, потому что самые простые меры, принятые на первый раз комиссиею, изобличили природу каждого из фактов, считаемых за медиумические». Потерпев неудачу с мальчиками Петти, Аксаков не успокоился. Он надеялся продемонстрировать взыскательной научной комиссии подлинные медиумические явления. Мальчиков Петти сменила медиум госпожа Клейер, с которой была проведена вторая серия опытов. Но и с ней дело не заладилось.
Сам Аксаков считал, что все «медиумические явления» были налицо – стол поднимался и двигался, постукивания раздавались, однако комиссия предпочла игнорировать эти очевидные факты. Поборник медиумизма негодовал, что комиссия избрала своей целью любым способом подловить медиумов на обмане. Сеансы с Клейер проходили со скандалами, раздавались требования тщательно осмотреть медиума. Кто-то высказал подозрение, что у нее в кринолинах спрятана особая пружина, с помощью которой Клейер и производила «стуки с того света».

Для чистоты эксперимента Менделеев предложил собственный прибор для определения силы давления рук медиума на поверхность – «манометрический стол». Но вскоре пыл «свидетелей защиты» иссяк, и после третьего сеанса с медиумом 27 января 1876 года Вагнер, Бутлеров и Аксаков прекратили свое участие в деятельности комиссии. А 21 марта того же года комиссия вынесла свой окончательный вердикт.

Однако общественная дискуссия на этом не закончилась. Н.П. Вагнер продолжал настаивать: «Мы в глазах членов комиссии не были равноправными с ними учеными. Мы были подсудимыми, к которым члены комиссии сочли возможным отнестись свысока, с известной долей снисхождения». По мнению Вагнера, в комиссии царствовал не простой, а «злостный скептицизм», он видит и говорит «не вижу», слышит и говорит «не слышу». Сам же профессор-натуралист оставался непоколебим в своих убеждениях и предрекал, что ученая комиссия станет посмешищем в глазах будущих поколений, которые будут судить о ней так: «сумели разрешить мировой вопрос человечества самообманом, фокусничеством и шарлатанством».
В ответ Менделеев выступал с лекциями и подготовил разоблачительную книгу «Материалы для суждения о спиритизме». По его мнению, своей популярностью спиритизм обязан связью с «давними суевериями» – магией и колдовством: «помирили сказку с наукой – это увлекательно, и спириты свое сделали – заставили говорить и разбирать их учение». Цель деятельности комиссии, как считал Менделеев, была достигнута: «теперь, что бы там ни было, одного спириты сказать не могут, что их фактов боится наука, что оттого-то никто и не хочет их изучать. Эта часть – покрова таинственности – навсегда свалилась в Лету».
Однако с ним не согласились многие, в том числе и Ф.М. Достоевский, который сам неоднократно принимал участие в спиритических сеансах. Комиссия, считал Достоевский, не разоблачила «мистической» составляющей спиритизма, а потому не достигла свой цели: «в нашем возникающем спиритизме, – клянусь, на первом плане, лишь идея мистическая, и – что же вы с нею можете сделать? Вера и математические доказательства – две вещи несовместимые. Кто захочет поверить – того не остановите».

Дошло дело и до общественных протестов. 4 мая 1876 года петербургская газета «Голос» опубликовала коллективное письмо, которое подписали 130 человек, в том числе известные писатели Н.С. Лесков и Д.В. Григорович. Подписанты заявляли, что комиссия «не собрала достаточных данных ни для того, чтобы признать существование медиумических явлений, ни для того, чтобы отвергнуть их». Даже народнические «Отечественные записки», которые трудно было заподозрить в симпатиях к спиритизму, посчитали, что комиссия Физического общества носит судебно-полицейский характер, а цель ее состояла в осуждении, а не в исследовании медиумических явлений. Видимо, это было сделано из духа противоречия всему официальному. А в свою очередь журнал «Ребус», ставший органом спиритизма и медиумизма, дразнил Д.И. Менделеева «Иваном Ивановичем Бренделеевым». Конечно, спиритизм не умер от решений, принятых решений комиссией Менделеева. Но с научной репутацией ему пришлось распрощаться.
argumenti.ru/history/2015/04/394986