Кошка Ночной Луны. Morgenmuffel
06.05.2017 в 00:42
Пишет Даумантас:...но потом все равно сжечь! (с)URL записи
Любопытный документ из истории исчезнувшего балтского племени пруссов, к сожалению, редко привлекаемый у нас в качестве источника. Хотя дружинная культура Древней Руси времен первых князей (Олега и Игоря) несомненно имела немало параллелей с прусской традицией — достаточно вспомнить известия ибн Фадлана да и отдельные сообщения наших же летописей. «Семнадцать заповедей Вайдевута» — своеобразная помесь Кодекса строителя коммунизма и Русской Правды. Ну и немного «Молота ведьм» Генриха Крамера. Текст «Заповедей» впервые был опубликован в 1529 г. прусским монахом Симоном Грунау в его «Прусской хронике» и использовавшим, по его утверждению, не дошедшее до нас сочинение цистерцианца Кристиана из Оливы, первого христианского епископа на земле будущей Пруссии и собственно инициатора христианизации пруссов. И хотя попытка Грунау приписать создание данного священного свода законов легендарным князьям Вайдевуту и Брутене, жившим якобы еще в VI веке, приплывшим из Ютландии с дружиной «скандиан»-кимвров и возглавившим диких пруссов («Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами», как говорится), выглядит совершенно неубедительно, по мнению ряда современных исследователей «Заповеди» все же восходят по меньшей мере к рубежу VII-VIII столетий, когда предки пруссов разгромили славян-мазовшан, взяв под полный контроль основной район добычи янтаря в междуречье Вислы и Немана и заложив основы прусской конфедерации племен. Именно тогда, как считает, например, В. И. Кулаков, пруссы первыми из балтов оказались на пороге создания ранней варварской государственности... но вместо этого пошли по совершенно иному пути. Вместо повышения роли военных вождей, княжеских дружин и разрушения родоплеменной структуры, пруссы избрали путь возвышения жречества и консервации традиционного уклада. В итоге социальное развитие пруссов практически замерло на целых пять столетий, покуда в начале XIII века на их землю не пришел Тевтонский орден и не сказал «Ша!»
Источник интересен в первую очередь своим оригинальным решением большинства проблем, которое он предлагает: когда не знаешь, что делать — сожги кого-нибудь на хер! Можно даже самого себя. Примечательно, что и мифические создатели «Заповедей», братья Вайдевут и Брутене, якобы ушли из жизни с помощью добровольного самосожжения. Этот миф должен был символизировать подчиненное положение военных вождей племени по отношению к жречеству. Впрочем, главенство верховного жреца (криве-кривейто) во всех без исключения вопросах фиксируется уже во второй же «статье» этой своеобразной Конституции древней Пруссии.
Еще один интересный момент — положение женщины в прусском обществе. И тут я лучше прямо процитирую Кулакова, когда он пишет о прусских могильниках конца VII века:
Плюс официально закрепляемое «Заповедями» многоженство.
Что это нам дает? А это дает нам некоторое дополнительное представление об образе жизни и, самое главное, мышлении, социальной верхушки древнерусского государства начала X века, тех самых «варягов-руси». О том мире, который в 945 году буквально об колено переломила княгиня Ольга, не пожелавшая покорно взойти на погребальный костер своего незадачливого мужа, а вместо этого отправившая в огонь тех, кто требовал от нее соблюдения древней традиции. Да и в землю она, вполне возможно, закапывала вовсе не древлянских «лучших мужей» (каковые, древляне в смысле, опять же, возможно, и не убивали Игоря), а как раз «варягов-русь», потомков дружинников Олега Вещего и ревнителей дружинной старины. То есть сделала то, что должны были еще в VIII столетии сделать пруссы, чтобы пять веков спустя не быть стертыми с лица земли и из истории ластиком немецкого Drang nach Osten.
Триада прусских божеств: (слева направо) Пиколас (Патолс), Перкунас и Потримпас (Свайстикс).
Собственно «Заповеди» под катом. Далеко не факт, разумеется, что их и в самом деле было всего семнадцать — нет никаких оснований считать, что это число как-то особо почиталось древними пруссами. Вполне возможно, что в действительности они содержали куда больше пунктов и давали более полный охват различных сфер жизни племени. Но то ли информатор Кристиана из Оливы, со слов которого тот и записал их, счел, что с иноземца хватит и того. То ли сам цистерцианец не удосужился записать больше. То ли до Грунау его текст дошел не полностью. Тут уж нам остается только гадать.+++
