личная охрана


Сун Шу-Тан "В личной охране тов. Ленина": ...Вскоре после победы Октябрьской революции, в начале 1918 года, я вступил в ряды Красной Армии. Прошло несколько дней, и меня назначили в охрану вместе с 70 китайцами и многими русскими бойцами.

На красивой улице, тянувшейся вдоль Невы, стоял двухэтажный кирпичный дом. Его мы и охраняли. Командиром китайских бойцов был переводчик Чжао Пу-сюань. Он поддерживал связь с руководством и определял время и порядок смены караулов. Обычно у ограды несли вахту двое, и один дежурил у входа в здание. Смена караулов происходила через каждые 2—3 часа.

С самого начала нам, китайским бойцам, было известно, что мы охраняем какое-то важное лицо, но кого именно, не знали. Как-то наши бойцы играли в шахматы в комнате отдыха. Вошел человек, который ничем не привлек нашего внимания. Он молча стал в стороне и наблюдал за игрой.

читать дальшеВ комнату вошел Чжао Пу-сюань. Увидев незнакомца, он сразу его поприветствовал, а затем тихо сказал нам: «Это товарищ Ленин, его мы охраняем».

(...)

За 30—40 дней нашей службы в охране мы ближе узнали Ленина. Товарищ Ленин проявлял большую заботу о китайских бойцах. Он много раз заходил в наше общежитие. Однажды он заметил, что у некоторых наших красноармейцев потрепанные одеяла и велел заменить их новыми. Его забота о нас чувствовалась во всем. Питались мы даже лучше русских товарищей. Несколько раз в месяц специально для китайцев готовили рис.

Ли Фу-Цин "Я был бойцом личной охраны Ленина": После Октябрьской революции наш партизанский отряд, в который я вступил в 1917 году и который действовал на юге России, влился в ряды Красной Армии. В начале 1918 года более 70 китайцев в составе отряда из 200 человек перебросили в Петроград. Прибыв туда, мы и не думали, что будем назначены в охрану Смольного, где работал Ленин. Это — самое важное, навек незабываемое событие в моей жизни.

В Смольном был ряд постов. Я с несколькими товарищами был назначен на третий. Мы должны были проверять пропуска у всех входящих и выходящих.

(...) При следующей встрече Ленин спросил нас, откуда мы родом. Мы ответили: из Китая. Ленин же принял нас за монголов. Потом он спросил: «Ну, а как привыкаете? Как кормят, как живете?».

«Очень хорошо. Сейчас мы живем намного лучше, чем прежде», — отвечали мы.

Ленин сказал, что жизнь пока, конечно, еще не совсем хорошая, вот когда прогоним всех белогвардейцев и интервентов, построим цветущее государство, тогда и заживем как следует. Он сказал еще, что в Китае тоже революция. Настанет день, когда китайцы прогонят империалистов, капиталистов и помещиков. Тогда и Китай станет могучей страной.

В другой раз Ленин говорил нам, что мы неплохо говорим по-русски. Но надо много учиться, чтобы хорошенько изучить русский язык. На следующий же день после этой беседы каждый китаец получил ручку и учебник. Ясно было, что об этом позаботился Ленин.

Иногда Ленин заходил к нам в столовую и в общежитие посмотреть, как мы живем, как питаемся. Как-то раз он пришел в общежитие охраны, пощупал постели, одеяла и спросил товарищей, не холодно ли спать. Все, конечно, ответили, что не мерзнут. Только один бросил фразу: «Не холодно, но все же не рискуем раздеваться». Ленин рассмеялся. Вскоре после этого нам привезли дрова. Тогда с дровами было очень плохо. Как нам потом рассказали, эти дрова специально для Ленина прислали русские крестьяне, а он передал их нам. Сам он работал в своем кабинете, бывало, не снимая пальто. Мы были очень тронуты вниманием Ленина к нам и вместе с тем беспокоились за него.

Мы охраняли Смольный около двух месяцев. Затем нас направили в охрану Московского кремля. Здесь у нас было меньше возможности встречаться с Лениным.

Осенью 1918 года меня с другими бойцами охраны отправили на Южный фронт. После этого я Ленина больше не видел.

via