30.12.2016 в 21:00

Пишет  N.K.V.D.:

Окрошка из террористов

Как снимали фильм "В осаде"

«Крепкий орешек» был столь успешен, что подарил Голливуду новый рецепт хитов: «Крепкий орешек в…». «Крепкий орешек в тюрьме», «Крепкий орешек на самолете», «Крепкий орешек в автобусе»… Некоторые из снятых по этому рецепту картин оказались столь популярны, что их выход тоже имел существенные последствия. Так, появившийся в 1992 году «Крепкий орешек на корабле» на время сделал большой звездой Стивена Сигала. Этот лучший в карьере актера фильм назывался «В осаде».

ЧИТАТЬ
Стивен Сигал любит рассказывать о себе небылицы. Поэтому в его ранней жизни разобраться нелегко. Ведь, пока человек не становится знаменитостью и не начинает жить под медиа-микроскопом, мало кто следит за его жизнью и может упрекнуть во лжи, когда тот завирается.

Одно можно сказать со всей определенностью. Хотя Сигал провел детство в Калифорнии (его семья переехала на Западное побережье, когда Стивену было пять лет), он не собирался становиться голливудцем. Нет никаких свидетельств хотя бы о том, что он играл в школьном театре. Вместо этого он в определенный момент занялся боевыми искусствами, благо что из-за обилия в Калифорнии иммигрантов с Дальнего Востока учителей было найти несложно.

Сигал начинал как каратист, но постепенно переключился на айкидо, в то время не слишком известное в Америке. Вскоре после окончания школы он перебрался в Японию и начал заниматься с тамошними мастерами. Сигал не преувеличивает, когда говорит, что стал первым в Японии неяпонским руководителем школы айкидо, но ясно, что это случилось не потому, что он был великим мастером, а потому, что он женился на дочери владельца школы в Осаке. Япония – страна традиционная, и семейные связи там имеют особое значение. Кстати, когда Сигал вернулся в Америку, он оставил жену и детей в Японии и заключил второй брак еще до того, как развелся с японкой.

В США Сигал открыл новую школу айкидо и начал тренировать людей, связанных с шоу-бизнесом. В результате его стали привлекать как консультанта и преподавателя для подготовки актеров к экшен-съемкам. Известно, что Сигал тренировал Шона Коннери для съемок в «Никогда не говори “никогда”» и случайно сломал ему запястье. Это правда, поскольку эту историю рассказывает в интервью не только Сигал, но и сам Коннери, у которого с тех пор ограничена подвижность руки. В частности, ему трудно залезать в карман брюк.

Дело было в 1980-х, когда в Голливуде и вообще в мировом кино было немало звезд боевиков, пришедших не с театральных подмостков, а из спортивных залов. Титулы и звания актеров-спортсменов – порой реальные, а иногда вымышленные – убеждали публику, что ей показывают настоящих мастеров и «крутых парней», которые в самом деле могут проделать хотя бы часть того, что они демонстрируют на экране. Но, конечно, шансы стать по-настоящему известными были только у тех, кто сочетал известность в спортивном мире с экранной харизмой. Поэтому голливудские продюсеры и агенты обращали особое внимание на колоритных мастеров.

Сигал был как раз таким – рослым, крепким, мужественно выглядящим американцем, который изучал боевые искусства в Японии и преподавал их в США. У него не было ни актерской подготовки, ни явного актерского таланта, но для героя боевиков это считалось необязательным. Наоборот, «деревянность» исполнителя подчеркивала, что на экране мастер, снизошедший для съемок в кино, а не актер, наспех освоивший пару несложных движений и в основном полагающийся на дублеров.
Поэтому знаменитый в то время голливудский агент Майкл Овиц, знавший Сигала по занятиям айкидо, сосватал своего протеже студии Warner как готового главного героя. Никаких подготовительных ролей второго-третьего плана. Того, что Сигал умел, и того, как он выглядел, было достаточно, чтобы сделать его главным героем среднебюджетного полицейского боевика 1988 года «Над законом».

Постановщиком «Над законом» был Эндрю Дэвис, ранее снявший один из лучших фильмов Чака Норриса «Кодекс молчания».

Дэвис знал, как работать со звездами, которые не умеют и не очень-то хотят учиться играть, поскольку их реноме лежит совсем в другой области. Режиссер умел грамотно подавать таких людей, выпячивая их сильные стороны и скрывая слабые. И его умение принесло желаемый результат.

Конечно, «Над законом» не был конкурентом вышедшему в том же году «Крепкому орешку», который при бюджете в 28 миллионов долларов собрал в прокате более 140 миллионов. Но сборы в 19 миллионов долларов при бюджете в 7,5 миллиона были достойным результатом для фильма с голливудским новичком, где самым известным человеком в кадре была Пэм Гриер, бывшая звезда «черных» боевиков 1970-х и будущая героиня «Джеки Браун» Квентина Тарантино. Кстати, к сценарию «Над законом» приложил руку Рональд Шусетт, соавтор «Чужого» и «Вспомнить все».

Воодушевленная успехом студия Warner оплатила еще три полицейских боевика с участием Сигала: «Смерти вопреки», «Помеченный смертью» и «Во имя справедливости». Все три ленты были финансово успешны, хотя ни одну из них не поддержали критики.

Можно только представить, как тогда раздулось самомнение Сигала. Он и прежде не был особенно скромным, и он еще до начала кинокарьеры начал рассказывать о себе байки вроде того, что ЦРУ поручало ему тайные задания, когда он жил в Японии. Когда же к вымышленным достижениям добавились реальные, его голова так раздулась, что перестала проходить в двери. Работать с ним было не особенно приятно, особенно женщинам-актрисам. Так, дебютировавшая в «Во имя справедливости» будущая звезда сериала «Скорая помощь» Джулианна Маргулис вспоминает свою первую роль без всякой ностальгии – именно из-за того, как хамски Сигал с ней общался. Но, конечно, для студии было важно только то, какие сборы делают фильмы актера. Так что неприятные закулисные истории спускались на тормозах.

Тем временем сценарист Джонатан Лоутон сочинял свой очередной проект. В начале карьеры Лоутон несколько лет работал в стол, перебиваясь случайными и разнообразными заработками.

Его карьера пошла в гору, когда продюсер Гэри Голдштайн нанял его настроить свой персональный компьютер. Это была долгая работа (личные компьютеры тогда, в начале 1980-х, были в новинку), и Голдштайн и Лоутон успели познакомиться, обсудить голливудские нравы и стать ментором и учеником. Сперва Голдштайн посоветовал Лоутону написать сценарий, на основе которого был создан фильм «Красотка», а затем, годы спустя, он порекомендовал написать что-нибудь увлекательное о военно-морском флоте, поскольку сценарист был резервистом Береговой охраны.

После успеха «Крепкого орешка» идея сочинить «Крепкий орешек на корабле» лежала на поверхности. Лоутону эта идея пришла в голову, когда он прочел, что ВМФ готовится перевести в резерв линкор «Миссури», который был введен в строй в 1944 году. Это было то самое судно, на борту которого был подписан Акт о капитуляции Японии.

«Миссури» уже был в резерве после Корейской войны, но его модернизировали и вернули в строй в 1986 году, когда американцы решили усилить свой флот на случай войны с СССР. После распада Союза линкор вновь стал не нужен, хотя его и задействовали во время войны в Персидском заливе для обстрела иракских войск. В настоящее время «Миссури» используется как корабль-музей.

Когда в 1984 году в Лос-Анджелесе проводилась летняя Олимпиада, Лоутон участвовал в тренировках и маневрах на случай террористических актов. Предполагалось, что враги могут захватить американский военный корабль и применить его мощное оружие.

Сценарии, которые отрабатывались на тех учениях, запомнились Лоутону, и он решил использовать их в сценарии, получившем рабочее название «Дредноут». Так именовались самые первые британские линкоры, строившиеся в начале XX века. Буквально «дредноут» переводится как «неустрашимый».

В сценарии Лоутона рассказывалось, как отряд наемников захватывает готовящийся к выводу в резерв «Миссури». Поскольку судно идет к своему последнему причалу, его команда не столь многочисленна, как обычно на кораблях такого размера («Миссури» 270 метров в длину и 33 метра в ширину). Тем не менее на борту есть мощные ракеты «Томагавк» с атомными боеголовками, и наемники планируют снять эти ракеты и продать их тем, кто больше заплатит. Злодеи быстро обезоруживают экипаж и сажают моряков под замок.

Однако они не знают, что корабельный кок – бывший морской пехотинец, который трудится на камбузе, потому что однажды ударил командира после проваленной операции. Так что кок оказывается в положении Джона МакКлейна из «Крепкого орешка» и задает злодеям жару.

Что это за злодеи? Прогремевший во второй половине 1980-х скандал «Иран-контрас», во время которого ЦРУ и члены администрации президента Рейгана были уличены в участии в противозаконных и опасных для страны операциях, изрядно подорвал возникшее было в рейгановские времена уважение к спецслужбам.
А так как советские враги в то время приказали долго жить вместе с Советским Союзом, то Лоутон сделал злодеями ленты бывших цэрэушников, которые в Управлении научились плохому, а затем бросили службу и стали использовать свои навыки против страны, которая их взрастила и подготовила. Сравните такое изображение людей из спецслужб с главным героем «Коммандо», и вы почувствуете разительный контраст. Причем в фильме Лоутона ЦРУ прямо ставят на вид, что управление готовит психопатов, а потом не может с ними справиться, когда они выходят из-под контроля.

Также злодеем картины оказывался старпом «Миссури», действующий заодно с захватчиками. Лоутон слишком уважал американский флот, чтобы допустить, что судно может быть захвачено без предателя в команде, даже если линкор атакуют отлично подготовленные цэрэушники. Злодеи использовали день рождения капитана, чтобы проникнуть на борт под видом устроителей торжества.

«Дредноут» не был написан по студийному заказу, но он сразу понравился Warner. Это был компетентный, занимательный, сочиненный с чувством юмора и со знанием морского дела боевик. Единственным камнем преткновения могла стать необходимость провести хотя бы часть съемок на борту военного корабля. Но студийные продюсеры полагали, что смогут заручиться поддержкой ВМФ. Правда, военные не любят, когда их в кино показывают уязвимыми, однако в «Дредноуте» проблемы возникали из-за ЦРУ, а положение спасал доблестный морпех. Так что в целом картина была комплиментом для флотских.

Так как главный герой «Дредноута» был крутым, а не уязвимым или душевным парнем, сценарий был приобретен в расчете на Сигала. Актеру его несколько раз предлагали, и он несколько раз отказывался, пока наконец не сдался на уговоры продюсеров. Что двигало Сигалом? Сам он позднее утверждал, что не хотел сниматься в «Дредноуте», поскольку его не устаивало, что главная героиня фильма – модель «Плейбоя», которую злодеи для достоверности привозят с собой на вечеринку, – была изображена тупой и бесполезной.

Мол, именно по его настоянию Джордан Тейт была сделана более умной и полезной для сюжета девушкой. Лоутон, однако, как-то заметил, что Сигал, наоборот, потребовал, чтобы Джордан Тейт была превращена в модель «Плейбоя», поскольку в исходном сценарии она была офицером Береговой охраны, сражающимся со злодеями вместе с главным героем. Актер якобы не хотел делиться героизмом с «какой-то девчонкой».

Учитывая привязанность Лоутона к Береговой охране и сложные отношения Сигала с женщинами, вторая версия кажется более достоверной. Также актера могло раздражать то, что в сценарии «Дредноута» множество персонажей и его потенциальный герой, главный старшина Кейси Райбек, отчасти теряется среди них, а не солирует в почти каждой сцене, как это обычно бывает в боевиках. Как бы то ни было, сценарий был переписан, а Сигал согласился сниматься.

У студии Warner в то время был пунктик по поводу названий фильмов с Сигалом. На английском языке все четыре его вышедшие к тому времени ленты назывались тремя словами (Above the Law, Hard to Kill, Marked for Death, Out for Justice), и пятую картину было решено переименовать в Last to Surrender, что буквально переводится «Последний из готовых сдаться». Лоутон был в шоке от такого переименования, поскольку вся суть картины была в том, что Кейси Райбек сдаваться не собирается. Сигалу новое название тоже не понравилось. Кроме того, ему надоели трехсловные названия, и он хотел разнообразия. В итоге удалось договориться на Under Siege («В осаде»), хотя это было довольно странное заглавие для фильма о захваченном в океане корабле. Кто кого и как осаждает?

На должность режиссера «В осаде» был нанят Эндрю Дэвис, знакомый с Сигалом по «Над законом». Он пришел не с пустыми руками. Вместе с собой он привел Томми Ли Джонса, злодея из его неудачного политического триллера 1989 года «Доставить по назначению». Позднее Дэвис снял Джонса в триллере «Беглец», который принес актеру «Оскар» за лучшую роль второго плана.

Отметим, что у Джонса к тому времени уже была в резюме главная положительная роль в боевике «Восход “Черной луны”» и главная мужская роль в драме-байопике «Дочь шахтера», но он все еще числился восходящей, а не взошедшей звездой. Так что приглашение его на роль злодея «В осаде» Билла Странникса было вполне закономерным. Хотя сейчас, после цикла «Люди в черном», странно видеть Джонса ниже по голливудскому статусу, чем Стивен Сигал.

Роль коммодора Крилла, старпома-предателя «Миссури», получил характерный актер Гэри Бьюзи, номинант «Оскара» за музыкальный байопик 1978 года «История Бадди Холли». До «В осаде» Бьюзи сыграл одного из злодеев в триллере «Смертельное оружие». Также он засветился в популярных картинах «Хищник 2» и «На гребне волны».

Разрабатывая своего психически нестабильного персонажа, Бьюзи придумал сцены, в которых Крилл для развлечения команды одевается женщиной, а затем прямо в платье и с накладной грудью начинает захват корабля. Не отставая от коллеги, Томми Ли Джонс предложил, что его злодей оденется рокером и откроет стрельбу по ходу концерта в честь дня рождения капитана.

Упомянутую выше модель «Плейбоя» Джордан Тейт, которая помогает главному герою, когда ее привозят на «Миссури» захватчики, сыграла Эрика Элениак, только что ушедшая из сериала «Спасатели Малибу». Элениак в самом деле была девушкой «Плейбоя» – «Мисс июль 1989 года». Ее кинодебют, однако, состоялся задолго до того, как она начала сниматься для мужских журналов. В 1982 году маленькая Элениак сыграла небольшую роль в «Инопланетянине».

Главного подручного Странникса по имени Даумер сыграл ирландец Колм Мини, положительный герой фантастических сериалов «Звездный путь: Новое поколение» и «Звездный путь: Глубокий космос 9». Капитана «Миссури» изобразил второстепенный актер и успешный ресторатор Патрик О’Нил. Директора ЦРУ сыграл канадский актер Ник Манкузо, злодей слэшера «Черное Рождество».
Высокопоставленного морпеха, который поручается за Кейси Райбека на военном совещании, где решается судьба захваченного «Миссури», изобразил Дейл Дай – ветеран Вьетнама и знаменитый американский консультант военных фильмов.

Его голливудская карьера началась с «Взвода» Оливера Стоуна. Также в картине в роли одного из злодеев засветился Рэймонд Крус, будущий злодей сериала «Во все тяжкие» и герой полицейских сериалов «Ищейка» и «Особо тяжкие преступления».

Как и надеялись продюсеры, американский ВМФ поддержал картину и позволил провести часть съемок на военно-морской базе «Аламида» в заливе Сан-Франциско. В основном, однако, голливудцы работали не в Калифорнии, а в штате Алабама. Там, в порту города Мобиль на побережье Мексиканского залива, стоят использовавшиеся для съемок военно-музейные суда – линкор «Алабама» и подводная лодка «Драм». «Алабама» сыграла «Миссури», а «Драм» – северокорейскую подводную лодку, которую Странникс захватил, чтобы вывезти на ней боеголовки с «Миссури».

Поскольку оба корабля нельзя было вывести в море, команда Дэвиса использовала визуальные эффекты и хитроумную операторскую работу, чтобы скрыть от зрителей побережье. В некоторых случаях причал и Мобиль попросту закрывали огромными черными щитами.

Интерьерные студийные съемки проходили в городе Фэрхоп неподалеку от Мобиля. Там для строительства декораций был арендован огромный авиационный ангар. Вообще, авиационные ангары постоянно используются кинематографистами, поскольку они предоставляют огромное закрытое пространство под крышей, где легко сооружать сложные и обширные конструкции.

Если во время съемок «Над законом» Дэвису было легко работать с Сигалом, то к «В осаде» актер поймал такую звезду, что работа с ним стала превращаться в пытку. Поэтому режиссер, который не хотел подлаживаться под все капризы Сигала, сделал ставку на злодеев картины и ужал до минимума присутствие в кадре главной звезды.
Позднее он говорил, что для него «В осаде» – картина Томми Ли Джонса и что он не видит ничего плохого в том, что Сигал участвует лишь в 40 минутах экранного времени. Хотя по голливудским меркам это, разумеется, нелепо. После «В осаде» Дэвис и Сигал больше никогда вместе не работали.

Судя по сборам «В осаде», Дэвис был прав. Сигала действительно было лучше принимать в малых дозах. Картина, которая обошлась в 25 миллионов долларов, вышла в прокат 9 октября 1992 года и собрала 157 миллионов. Это было почти в четыре раза больше, чем 40-миллионные сборы предшествующего полотна Сигала «Во имя справедливости». При этом критики в первую очередь хвалили Джонса и Бьюзи, а не исполнителя главной роли.

Также они отмечали, что картина не принимает себя слишком всерьез, и это позволяет зрителям наслаждаться экшеном и юмором, не задумываясь о сюжетных нелепостях и ограниченности актерских способностей Сигала. Впрочем, как и в предыдущих лентах, внушительной харизмы звезды было достаточно, чтобы считать Сигала полноценным экшен-героем и не высмеивать его исполнительский талант.

Прокатный успех «В осаде» был отмечен голливудскими киноакадемиками, которые номинировали ленту на «Оскар» в блокбастерных «технических» категориях «лучший звук» и «лучший монтаж звука». По сей день это единственный фильм Сигала, претендовавший на высшую американскую кинонаграду.

В дальнейшем «В осаде» стал еще и хитом на видео, причем не только в США. Warner снимала боевики специально для того, чтобы покорить мировую аудиторию (экшен проще переводится на иностранные языки, чем шутки и драматичные сцены), и «В осаде» ожиданий студии не обманул. Хотя, конечно, например, от продаж фильма в России на пиратских кассетах Warner ничего не получила.

В 1995 году в прокат вышел сиквел «В осаде», который назывался «В осаде 2: Темная территория». Фильм стал одной из первых больших работ Кэтрин Хейгл, будущей звезды романтических комедий и сериала «Анатомия страсти». Лента не столь удачно прошла в прокате, как ее предшественница, и у критиков она пользовалась меньшим успехом, но сборы в 104 миллиона долларов при бюджете в 60 миллионов долларов тогда считались довольно удачными. Тем не менее именно с этой картины начался закат короткой карьеры Сигала как экшен-звезды первой величины, и уже в конце 1990-х актер переключился на съемки лент, не прокатывавшихся в кино и сразу выходивших на видео.

К счастью, творческие злоключения Сигала не повлияли на отношение публики к его самой успешной картине. «В осаде» все еще любим поклонниками боевиков, и он остается одним из самых удачных клонов «Крепкого орешка». Да, это не столь безукоризненное кино, как лента Джона МакТирнана, но его все еще стоит посмотреть или пересмотреть, если вам нравятся истории про крутых парней. Потому что, при всех его недостатках как актера и человека, крутость Сигал в конце 1980-х и начале 1990-х изображал отменно. За что его тогда и ценили.

Источник

URL записи

Кстати, если кому интересно то вот вам ссылка на тот самый выпуск Плейбоя 1989 года - valse-boston.livejournal.com/749769.html