"Секреты дома Йорков"/2
Продолжим путешествие "по мирам Мерилинн Салмон".

Итак, странность номер два в жизни Эдварда IV - это постоянно всплывающие слухи о его незаконнорожденности.

читать дальшеГ-жа Салмон считает доказательством того, что Жакетта Люксембургская была матерью Эдварда и Эдмунда, "манеру их воспитания". Известно, что парни не были устроены на ученичество ни к одному аристократу, а обучались отдельно, в Ладлоу. Отдельно от остальной семьи, подчеркивает автор. И обучались людьми, стоявшими гораздо ниже Йорков в социальной иерархии.

Далее, она обращает внимение на странный, с её точки зрения, оборот "...as lowely with all oure herts as we youre trewe and naturell sonnes can or may..." в сохранившемся письме Эдварда и Эдмунда их отцу. Г-жа Салмон приводит несколько примеров, в которых выражение "naturell" по отношению к детям, означало "рождённый вне брака", то есть было более мягкой формой слова "бастард".

Следующим указующим на Жакетту документом, г-жа Салмон считает описание недовольства английской аристократии "вудвилловским" браком Эдварда IV, которое сделал бургундец Жан де Варин. "Во-первых, она не была дочерью герцога, или даже графа, а также она была замужем раньше за молодым рыцарем, от которого имела двоих детей". То есть, так перевела пассаж Варина Линда Пиджен, писавшая историю семьи Вудвиллов. Но г-жа Салмон сделала вывод, что, на самом деле, речь в этом пассаже идёт не только о дочери, но и о матери. О Жакетте. Что это она была замужем за рыцарем, от которого имела двух детей до замужества.

Варин писал на современном ему французском языке. Линда Пиджен, насколько можно судить из её подробных описаний помарок в копии документа, видела хотя бы эту копию. Г-жа Салмон, как понимаю, делает свои выводы на основании именно описаний Линды Пиджен. "Подчистки", - заявляет она уверенно. Подчистки, имеющие целью скрыть, кем была мать Эдварда IV.

Что касается Жакетты, то г-жа Салмон делает её матерью Эдварда Марша и Эдмунда Рутленда на основании того, что дама жила во Франции в тот же момент, когда там находился Ричард Йорк.

Если кто-то спросит, а как же быть с Сесилией Невилл, на которой, как известно, Ричард Йорк был женат с 1429 года, когда она начинает упоминаться в регистрах как герцогиня. А обручена пара была и вовсе с 1424 года.

"Политическая ситуация может объяснить, почему они физически не скрепили свой брак той весной, и почему Йорк считал себя свободным жениться на другой женщине", - утверждает г-жа Салмон. С чего бы это? А с того, что "в конце 1420-х годов" герцог Бургундии, Филипп Добрый, стал искать себе новую жену. В качестве кандидаток рассматривалась и "благородная английская леди", имени которой источники не называют.

Это могла быть Сесилия Невилл, восклицает г-жа Салмон. Ведь, в конце концов, Филипп Добрый женился на другой родственнице кардинала Бьюфорта, на Изабелле Португальской. Все ведь знают, что кардинал был добрым другом герцога, и всегда продвигал политические браки своей родни. Несомненно, семейство решило попробовать выдать Сесилию за герцога Бургундии, отложив завершающую стадию брака с герцом Йорком, и поэтому тот счёл себя свободным. Более того, брак с Жакеттой ему могли предложить в качестве компенсации, ведь для бургундцев Йорк был бы важным союзником. Иначе почему, спрашивается, молодая, красивая, здоровая вдова из благородного семейства не объявляла о своём замужестве до самого 1433-го годы?! Конечно же потому, что она была замужем - за Йорком. А потом все вдруг передумали, брак аннулировали, а отпрысков от этого брака объявили незаконными.

__________________

Относительно того, что среди баронов английского королевства существовал обычай отсылать своих детей расти при дворах друг друга, г-жа Салмон абсолютно права. Что она упускает, так это важную деталь: правило не касалось наследников титула при живом отце. Единственным исключением были наследники-заложники, как, например, Генри Монмунт был при Ричарде II. А наследников воспитывали именно в одном из замков рода, достаточно укреплённом от неожиданностей, и, с раннего подросткового возраста, наследники становились главами своего собственного двора. Но люди смертны, поэтому предусмотрительные магнаты, по возможности, старались иметь "запасного" наследника - Эдмунд Рутдленд, в данном случае. Заметьте, что и в семье Ричарда Йорка, Джордж Плантагенет никогда не отдавался на обучение в чужой дом. После смерти Эдмунда, "запасным наследником" остался он. А когда у его брата появился сын-наследник, Джордж уже был взрослым, женатым человеком.

Выражение "naturell sonnes", по-моему, не использовалось для смягчения термина "бастард" в пятнадцатом веке. Во всяком случае, даже короли и герцоги не стеснялись употреблять в завещаниях и распоряжениях оборот "наш возлюбленный сын-бастард". К тому же, письмо совершенно явно написано в соответствии с протоколом обращения сыновей к отцу, принятым в то время. Г-жа Салмон использовала для ознакомления с текстом письма сборник Эллиса "Original letters, illustrative of English history", который является копией документов из архивов Британского музея. Не могу сказать, на каком языке был написан подлинник (и был ли это подлинник, или копия), и является ли образец в сборнике переводом. Выражение "naturell sonnes" могло появиться в качестве толкования какого-то другого оборота. Ну не обходили в 15 веке вопросы незаконных детей стыдливо. Бастардов называли бастардами.

Что качается фантазий о ранней стадии брака Сесилии невилл и Ричарда Йорка, с приплетением к ней Филиппа Доброго и Жакетты Люксембургской, то критически осмысливать их просто не меет смысла. Можно только немо восхищаться ретивости воображения г-жа Салмон.