Сам себе враг
А тем временем, в Англии королевская семья сосредоточилась на том, что англосаксонские короли умели лучше всего – на родственных распрях. Эмма Нормандская была второй женой Этельреда, и изначально была выдана замуж в Англию с одной единственной целью – вовлечь островное королевство в орбиту влияния Нормандии. Эмме было около семнадцати лет на момент замужества. Этельред был на семнадцать лет старше её. Не старик, отнюдь, но вряд ли он был весёлым и любезным мужем для своей жены – не до того было. Тем не менее, ему брак с сестрой герцога Нормандии тоже был политически выгоден. Так что как-то они ладили, конечно, даже если великой любви там и не было.



читать дальшеПроблема была в том, что на момент брака Этельред был вдовцом с шестью сыновьями в анамнезе. Что касается Эммы, то на её поведение не мог не оказать влияния пример её матушки, Гуннор. Та была ещё жива и активна в политике, и имела беспрецендентное влияние на внешнюю и внутреннюю политику Нормандии. Не может быть сомнений, что её дочь не колебалась определить жизненной задачей подобную власть для себя в Англии. Как минимум, через двух сыновей, которых она родила Этельреду. И это разделило королевскую семью.



Гуннор Нормандская

Старшим сыном и наследником Этельреда был Этельстан, которого вырастила, собственно, мать короля Этельреда, Эльфрида. В том смысле, что он вырос при её дворе. И, кстати, о том, насколько это было нормально, говорит завещание Этельстана, в котором он упоминает, помимо друзей и родных братьев, отца, бабушку, и женщину, которая конкретно его вырастила. Но не мать. Конечно, Элифгифу Йоркская была к тому моменту уже мертва, но мертва была и Эльфрида. Этельстан просто выделил из своих немалых владений кое-что в пользу церкви, чтобы о душах его бабушки и воспитательницы молились. Но он не упомянул о матери. И, разумеется, не нашёл ни слова для мачехи и сводных братьев.

Поскольку следующий по старшинству сын Этельреда умер раньше Этельстана, наследником престола стал третий сын, Эдмунд. От брата он унаследовал меч, некогда принадлежавший Оффе Мерсийскому, титул наследника престола, земли и прочие богатства, и двух близких друзей – братьев Зигфорта и Моркара. Кстати сказать, сыновья короля Этельреда от первого брака (их к 1013-му году оставалось трое: Этельстан, Эдмунд и Эдвиг) остались в Англии, когда их папочка с новой семьёй удалились в Нормандию. Что любопытно, Эдвиг, пятый сын, до того момента не был близок со своими старшими братьями. Этельстан и Эдмунд были родственными душами – обожали сражения и оружие, и вращались даже территориально в одном месте. Но Эдвиг в этот круг не входил. Тем не менее, он примкнул к братьям в тот момент, когда их отец оставил трон, страну и корону пришельцу-викингу. То есть, три сына Этельреда от первого брака, плюс два знатных тана Пяти округов, Зигфорт и Моркар, находились, во время короткого правления Свена Вилобородого, именно в тех краях, которые ассоциировали себя с завоевателем. Готовились ли они к войне за трон, или каким-то образом находились, хотя бы временно, в союзе с датской династией – неизвестно. Во всяком случае, выданная за Кнута Эльфгифу Нортхемптонская была родственницей Зигфорта и Моркара, и именно они предложили этот союз Свену.



После смерти Свена и отплытия Кнута в Данию, до самого 1015-года, Англо-Саксонские Хроники не пишут ни об одном событии. Этельред и Эмма вернулись из Нормандии, и уже тогда прозвучала установка, что наследником престола станет их старший сын, Эдвард, в обход сыновей от первого брака. Возможно, это было условием, под которое Этельред получил помощь от герцога Нормандии. Вряд ли для сыновей Этельреда от первого брака данный манёвр оказался неожиданным, ведь уже тот факт, что договариваться с витаном был послан малолетний Эдвард из Нормандии, а не уполномочен тот же Эдмунд, находившийся в Англии наследник престола, говорило о многом. Обо всём. Эдмунд явно стал центром оппозиции намерениям короля, и имел широкую поддержку в районе Данелага: Лестер, Дерби, Линкольн, Ноттингем, Стамфорд, Торкси и Йорк.

И Этельред отреагировал. Отреагировал настолько быстро и кроваво, насколько это было свойственно его расе. Во время Великой Ассамблеи в Оксфорде, Зигфорт и Моркар были убиты зятем Этельреда, Эдриком Стреоной, элдерменом Мерсии. Эдрик пробился в королевские зятья довольно оригинальным способом – убив, по приказу короля, Эльфхельма Йоркского, элдермена, и ослепив его сыновей. К слову сказать, речь идёт об отце и братьях Эльфгифу Нортхемптонской, которая стала женой принца Кнута. Эдрик Стреона («Стяжатель») был, похоже, редкостным мерзавцем даже по меркам своего времени, но он был энергичным и сильным мерзавцем, и потому – преуспевал.



Убийство Зигфорта и Моркара ввергло аристократию королевства в полный хаос. Оксфорд тогда был пограничным городом между Уэссексом и Мерсией, и ассамблея имела целью воссоединение страны под эгидой Этельреда. Но вышло так, что два могущественных тана были убиты там, где их должен был защищать закон гостеприимства. Собственно, не имей они агендой мир с Этельредом, они бы вообще не приехали в Оксфорд. Очевидно, Этельред рассчитывал на неожиданность и быстроту. Он объявил о конфискации собственности убитых танов, а жену Зигфорта, Эдит, велел схватить и заключить в аббатство. Но он недооценил своего сына. Эдмунд скоропалительно женился на вдове, и вступил, таким образом, в роль хозяина всего, что принадлежало Зигфорту.

Тем не менее, Этельред был достаточно умён для того, чтобы не выступить против своего сына. Но он оказался недостаточно умён для того, чтобы не потерять поддержку Торкелла Длинного. Как известно, Торкелл был вполне доволен жизнью на службе Этельреда, и сообщил, после смерти короля Свена, принцу Кнуту, что собирается остаться в Англии и жить с миром. Хотя, предположительно, обещал поддержку на будущее. Известно, что Кнут, в своей беседе с братом, упомянул обещание Торкелла, но тут же прибавил, что не верит наёмнику, который продал их отца. И вдруг, согласно многочисленным хроникам, летом 1015-го года сам Торкелл объявляется в Дании. Что произошло?