Памяти Кассиуса Марселлуса Клея...

Мохаммед Али в СССР, 1978 год.

В мае 1978 года Москва уже вовсю готовилась к Олимпиаде-80. Спортивные связи были интенсивными, везде мы старались приобрести друзей, партнеров. Именно в это время поступила высокая просьба посла СССР в США Добрынина. Суть дела заключалась в пожелании посла принять в СССР известного спортсмена и общественного деятеля, олимпийского чемпиона и чемпиона мира по боксу среди профессионалов Мохаммеда Али.
читать дальше
Пожелание Добрынина нашло поддержку и в июне 1978 года боксер прилетел в «Шереметьево». Прибыл он не один — его сопровождала целая команда — тренер-менеджер, адвокат. Ну а центральной фигурой из сопровождающих была очаровательная молодая Вероника Порше. Мохаммед, сходя по трапу самолета, поискал глазами толпу своих почитателей — дело привычное, но не у нас, а увидел лишь группу представителей Спорткомитета СССР во главе с председателем С. П. Павловым. Встретили у трапа, вручили цветы и через депутатский зал вышли на улицу.

Разместили гостей в «Метрополе». Мохаммеду Али и его жене выделили приличный «люкс». В номере Али медленно обвел глазами апартаменты, затем подумал и попытался сдвинуть две разделенные тумбочкой кровати. Не тут-то было, они были прибиты к полу.

Вечером того же дня Али пошел в цирк. Юрий Никулин представил его зрителям и подарил ему букет роз; во время антракта Али раздавал автографы, и потребовалось вмешательство милиции, чтобы все расселись по местам и представление могло продолжиться.

Утро следующего дня принесло не совсем приятные новости. Случилось так, что наш гость решил начать свой первый день в Москве с пробежки. Встал в 5.30. Благо утро было ясное, безветренное — выбежал на площадь Революции в спортивных трусах и кроссовках. Не спеша пробежал по проспекту Маркса, миновал Манеж, Библиотеку имени Ленина, повернул в обратном направлении и через Александровский сад выбежал на Красную площадь. Здесь он сбросил темп, трусцой приблизился к Мавзолею, остановился и долго с любопытством смотрел на караульных у входа. Затем пытался обойти Мавзолей слева, справа, покружил немного и потрусил к «Метрополю».

Представьте, в те времена… В самом сердце Москвы, у Мавзолея В. И. Ленина, прохаживается полуголый чернокожий гигант мрачноватого вида. Кое-кто очень забеспокоился. Забегали люди-невидимки, посыпались звонки в разные инстанции…

Утром, где-то около 8.30, когда в «Метрополе» собрались все ответственные за американскую делегацию лица, прозвучали грозные вопросы: кто выпустил Али из-под контроля, почему ему не объяснили, что такое Красная площадь?
«Позор, а если бы он на площади что-то сделал поутру?..»

Одним словом, наволновались. Потом успокоились, приняли решение — обязать сопровождающего переводчика ночевать в гостинице и быть готовым к разного рода неожиданностям со стороны высокого гостя.

На второй день пребывания утром около «Метрополя» собрались мальчишки и публика постарше. Выходит на улицу — и вот он в кольце своих болельщиков. Правда, позже он сказал, что такие масштабы популярности кажутся ему несколько скромными.

В США, в других странах его сопровождают огромные толпы. Ему ответили, что народ у нас серьезный, сдержанный, к звездам относится спокойно.

День третий. Встреча в Центральном институте физкультуры. Огромный актовый зал до отказа заполнен студентами, преподавателями. Мохаммед Али готов ответить на любой вопрос.

Из зала переходят на кафедру бокса. Встречает гостей Игорь Дегтярев, отличный в прошлом боксер, кандидат педагогических наук, заведующий кафедрой. В зале уютно, чисто. На ринге студенты, идет тренировка. Мохаммед не может устоять, поднимается на ринг, мягко передвигается, имитирует удары.

Очень красиво, ничего не скажешь. Ему аплодируют. Встреча в институте вообще прошла как-то тепло, раскованно.

На следующий день отправились в аэропорт и вылетели в Ташкент с Мохаммедом Али. Гость, принявший мусульманскую веру, изъявил желание побывать в Узбекистане и все посмотреть своими глазами.

Приземлились. В лицо ударила нестерпимая жара. Гости, не раздумывая, сняли пиджаки. Сопровождавшим Али, согласно неофициальному предписанию, пришлось терпеть и потеть.

Садятся в машины — побыстрей в прохладную гостиницу «Ташкент». В номерах расставлены холодные напитки, вазы с черешней. Она ему пришлась явно по вкусу. Хозяева быстро среагировали, и отныне везде и всюду его ладонь была полна свежих ягод.

Гостеприимные узбеки, видимо, решили испытать всех на выносливость, если не сказать больше — на выживаемость. Программа оказалась просто необъятной. Кроме Ташкента, планировались экскурсии в Самарканд и Бухару.

И всюду — обильные столы. На любой встрече, начиная с правительственного уровня и кончая домашней обстановкой, все начиналось с черешни, шербетов, а затем — вино, коньяк, закуски, плов…

Мохаммед не злоупотреблял едой, но и по-настоящему сдержать себя не мог. Позже, в Москве, он скажет, что из Ташкента привез четыре килограмма лишнего веса.

В Москву гости вернулись изрядно уставшие. Но Али сразу же объявил, что хотел бы выступить в показательных поединках с советскими тяжеловесами. Удалось быстро решить организационные вопросы, и поединки состоялись. Ажиотаж поднялся невероятный. Тогда такое было а диковинку. В тренировочном зале ЦСКА на Ленинградском проспекте был установлен ринг, трибуны для зрителей на 2 тысячи человек. Билеты не продавались, вход — только по приглашениям. Али, как и положено чемпиону мира, попросил две комнаты в разминочном зале — раздевалку и массажный кабинет.

Боксерская форма Али — длинные трусы с его инициалами, пояс «Эверласт», высокие белые боксерки, красные перчатки, яркий халат. Подготовка к бою заняла не менее часа, все делалось с расчетом на телевидение, представители которого находились прямо в раздевалке.

А в соседней комнате готовились к бою наши советские тяжеловесы — Петр Заев, Игорь Высоцкий, Евгений Горстков. Все — сильнейшие в ту пору. Перед боем по правилам профессионального бокса состоялась встреча соперников. Она была короткой. Мохаммед сказал, что предпочел бы закончить встречу без нокаутов. Он также пригласил каждого из советских бойцов провести с ним по одному трехминутному раунду. Наши согласились.

Ждали боя с нетерпением. Ждали спектакля на ринге. Первым против него поднялся Горстков. Раунд с ним оказался самым невыразительным. Али демонстрировал изумительную работу ног, отфыркивался после каждого резкого движения, но ничего существенного он не добился. Как, впрочем, и наш скромный чемпион. Это было довольно красивое «фехтование на кулаках», и только.

По-иному вышло с Заевым. Невысокого роста, бесстрашный и цепкий, Петя твердо пошел на знаменитость и, знаете, достал Али. В зале заулыбались:
«Ну, это фокстерьер, «повис» на американце, не отпустит».

Спустя два года Петр Заев отважно «повиснет» на олимпийском чемпионе Теофило Стивенсоне, продержится с ним все три раунда и проиграет по очкам.

Последним на ринг поднялся Игорь Высоцкий, боец со сложной спортивной судьбой. Дважды он нокаутировал Стивенсона, но и Игорю очень и очень доставалось от соперников. Вот и с ним Али схватился всерьез.
После говорили, что Игорь чем-то не понравился американцу. Скорей всего дело в другом. К этому моменту Мохаммед Али просто понял, что он выдержит испытание, и в раунде с Высоцким отдал все оставшиеся силы. Ничего страшного не произошло, но два-три его резких удара достигли цели.

Али еще ждала встреча в Кремле — американского боксера принял Л. И. Брежнев. Спустя минут 15-20 они вышли. Али без пиджака, одна рука в кармане, в другой — «Малая земля», часы.

Вот фрагмент газеты «Комсомольской правды» номер за 22 июня 1978 года, в котором под заголовком «Мохаммед Али: «Все, что я видел — хорошо» опубликовано интервью с боксером, в котором тот делится своими впечатлениями от СССР.
«Я нахожусь под огромным впечатлением от встречи с Л.И. Брежневым. Мне трудно найти слова… Я простой американский боксер, но мне была оказана высокая честь быть принятым господином Брежневым. Я привык слышать, что русские всегда угрожают американцам, но я убедился, что это не так. Брежнев горячий сторонник мира. Я это понял, беседуя с ним 35 минут».

«М. Али рассказал журналистам, что Л. И. Брежнев, который во время войны сражался с фашизмом, подарил ему книгу «Малая земля». Он назвал этот подарок самым дорогим за всю его жизнь. «Я попрошу своего друга посла Советского Союза в США Добрынина перевести для меня эту книгу», — сказал он».

Сразу же поехали на пресс-конференцию — на Скатертный. На пресс-конференции очарованный СССР Али заявил:
— Трудно поверить, что такая мирная страна хочет войны. И Брежнев – я никогда не думал, что он такой тихий и спокойный человек. Сложно представить, что он может быть зачинщиком войны.

— Я здесь ни разу не видел человека, голосующего на дороге, и я не видел ни одного нищего или просящего милостыню. Я никогда себя не чувствовал в такой безопасности, никакого риска быть ограбленным. Мне сказали, что в этой стране нет свободы вероисповедания, но здесь свободно молятся мусульмане, христиане и евреи; я думаю, что отношения между нашими народами плохи лишь из-за лживой пропаганды.

На вопрос корреспондента «Нью-Йорк таймс» о том, как М. Али нашел здоровье Л.И. Брежнева, американский атлет ответил:
«Не беспокойтесь! Вы много лет будете слышать его. Он в хорошей форме»

Американский боксер показал участникам пресс-конференции эту книгу с автографом, а также подаренные ему Л. И. Брежневым часы на память с именной надписью и сказал, что «эти часы всегда будут при мне».

21 июня Али прилетел самолетом «Аэрофлота» в Нью-Йорк. На пресс-конференции он сказал:
— Я немного нервничал, когда приземлился в России. Я думал, что, возможно, увижу задрипанную страну с толпой мрачных людей, мыслящих, как роботы, и агентами спецслужб, прослушивающими мою комнату. Я увидел страну ста национальностей, живущих вместе в гармонии.

— Я видел только одного полицейского. Никакого оружия. Никакой преступности. Никаких проституток. И ни одного гомосексуалиста.

Источник