наша служба и опасна и трудна!
К дню мили... то есть поли... то есть сотрудников правоохранительных органов у Пенского знатное такое дело времен Вдовствующего царства. Особенно прошу заметить то, как оно раскрывает всю тяжесть нелегкой службы сотрудников правоохранительных органов того времени, а именно — пристава Булгака Семенова сына, которому пришлось даже принять бой с бандой терроризировавшего крестьян князя-беспредельщика, когда тот попытался отбить у органов своего задержанного подельника. Один из сотрудников ФСИН понятых пристава даже лишился в этой схватке ноги!


"Из одного судного списка.

«Тягался Троецкого монастыря слуга Софонко Кирилов сын с Карпиком с Климовым сыном, да с Дулепкою с поваром со князь Ивановыми людми Лапина…», а тяжба началась из-за дела, бывшего осенью 1534 г., на Покров Пресвятой Богородицы, на Каширщине. Сей Софонко бил челом на оных Карпика, да Дулепку и еще с полтора десятка человек (среди которых был некто по имени Дурак) князя Ивана Андреевича Лапина (из Оболенских князей – вот что любопытно, потомства Иван Лапин не оставил. Почему?).

Оный князь со своими hommes набижали на праздник на «Троицкую деревню на Наумково, на монастырский двор разбоем», да во время онаго разбою взяли на деревне «монастырских 10 конев, да 8 меринов (далее перечисляются масти взятых с разбою конев и меринов – Thor); да у приказчика у монастырского Демидковых взяли мерин гнед, да мерин (масть неведома – Thor)», да «однорядченко зелено, да с меня (с Софонко – Thor), г-не (наместник, которому бил челом Софонко – Thor)? сняли однорядку колтырскую лазареву (колтырь – род сукна, вот только происхождение его для пока загадка. А и модником и гулякой был, однако, Софонко – лазоревая однорядка, лазоревая! – Thor), да шубу белью облячну, да кафтан киндячен (гм, а не бедный, однако, Софонко-то, киндячный кафтан – из индийского киндяка, хлопчатобумажной ткани, импортной – Thor), да калита , а в калите, г-не, полтора рубли денег, да на 10 рублев кабал монастырских; а всего того, господине, у нас вязли на 50 рублев с полтиною; да на том же, г-не, разбое убили у нас до смерти монастырского слугу Иванка Головина…».

Побив да разбив монастырских служек и крестьян, князь и его hommes побижали обратно в свое укрывище, а побитые и ограбленные мужики «завопили в голос к себе людеи». И на вопли ограбленных и побитых набижали из соседней деревни «В. Князя псар Заня Игнатьев сын, да В. Князя крестьяне» общим числом 7 человек, «ис теми есмя, г-не, погонили людми за ними ( разбойниками – Thor) и угонили есмя, г-не, того Карпика недоехав Медведевской деревни; а он, г-не, бежит, а под ним, г-не, нашего розбою поличное мерни рыж лыс; а у него, г-не, в тороцех однорядченко зелено (небогая доля у Карпика оказалась – Thor)…». И поймали онаго Карпика Софонко со товарищи, и привели во ограбленную деревню во Наумково, да и привязали Карпика «к мертвому к Иванку к нозе», после чего Софонко отправился к судебному приставу Булгаку Семенову, и оный пристав с понятыми, сотцким Филатом Микулиным со товарищи, прибыл в деревню. Здесь ему показали убиенного служку Иванку, поличное и самого вора и разбойника Карпика. И с убиенным Иванком, и с привязанным к его ноге Карпиком пристав со товарищи в сопровождении Софонки и его товарищей отправился в Каширу к государеву наместнику.

По пути в Каширу у села Вознесенское князь-беспредельщик со своими hommes наехал на наших героев, да на пристава с понятыыми, «и учали бити и стреляти и саблями сечь; а хотели, г-не, того Карпика у нас выбити; и мы, г-не, у них … поимали того Дулепку на его коне и в саадаке…».

В общем, отбились от князя и его hommes наши герои (но победа далась им дорогой ценою – у «соцкого у Филата саблею ногу отсекли…»), и прибыли на суд к наместнику: «А се, г-не, наши погонные княж псар с товарищы, и пристав, и его понятые, и убитый Иванко и розбойниски наши Карпик да Дулепко перед тобою…».

В ходе следствия выяснились люопытные подробности житья-бытья князя –беспредельщика. Оказывается, на подворье княжеском жила целая шайка лихих людей: «Он (князь т.е. – Thor) держит у себя лихих людеи, озбойников: Митку Ноугородца осекли, а говорил на него княж Ондреев человек Медведь во Владычне розбое; уа Уляникова Волохово отца подворье ценили, продавал князь Василей Горчак да неделщик Гридя Фомин, говорил на нег отот же Медвед; а Саламаса да Истомку Федяевых детеи Дулова Туляк имал в розбое, в обыску Федор Вороной да Иван Низовцов и к Москве их водили; да оприч, г-рь, тех людеи, на которых есми, г-рь, искал, у них же живут лихие люди: Ивашко Мунт («братья Мунтяну, Гриша и Миша…» (с) – «Зеленый фургон», Thor), кажнен, да Кирилко Ноугородец выпущен их тюрмы; а того, г-рь, не ведают, по чему его ис тюрмы выпустили; а говорил, г-рь, на них тот же Медвед во Владычне розбое; а подворья, г-рь, их ценили ж и продавали княж Василей Горчак, да неделщик Гридя Фомин…».

В общем, вскрылись неприглядные дела князя Ивана и его hommes (кстати, князь своих hommes так и не выдал – сказав, что они в бегах, трижды отказывался представить их к суду), и присудил государев наместник князя Ивана к выплате за грабеж 50 рублев с полтиною за убиенного служку еще 4 рубля с выдачей денег Софонку, да судебные пошлины доправить на князе Иване (раз уж он своих людей не выдает), а князевых лихих людей сказал наместник в беглые, выдав Софонку грамоту с разрешением искать их повсюду и, поймав, представить перед лицом наместника на суд. Такие дела творились на Руси святой во времена овдовевшего царства..."


И что ведь характерно) Именно из таких вот Иванов Оболенских-Лапиных, как главный злодей сей истории, через несколько столетий и выкристаллизовались хрустящие французской булкой помещики и дворяне, вроде героя Дмитрия Билана из грядущего шедевра: