Внезапный штрих к мечтам "потомственно успешных" о кнуте голода
wyradhe.livejournal.com/426962.html

"529-530: Ни одного я не выдал верного друга-товарища, и нет в моей душе рабского ничего.

535-538: Рабская голова никогда пряма не бывает, вечно склонена, пригнута шея - из лука морского ни роза не вырастет, ни гиацинт, у рабыни свободное не родится дитя.

Однако тут же выясняется, что дело вовсе не в том, что это сами рабы какие-то подлые, нет - это тяжелые обстоятельства их статуса и жизни определяют их свойства, калеча поневоле их души, и точно так же калечит души свободным бедность - лишь самые доблестные и в бедности сохраняют полное достоинство, а большинство тоже поневоле начинают вести себя "вечно пригнутыми" - а иных она настолько сокрушает, что и всякому злу их учит, хоть так-то были они честными и доблестными людьми, и сам Феогнид не исключение:

384-392: ... добивающимся правды бедность, мать безысходности, дана в удел, та, что мысль мужей уловляет, суровой нуждой уродуя душу в груди, и вот они против желания отваживаются позор сносить, уступая безденежью, что всякому злу научит - лжи и обманам, разорам губительным; хоть против желанья, а уж не кажется дурным – столь тяжкую рождает она, бедность, безысходность.

649-654: Подлая бедность, что [ж ты], усевшись на захребетье, и тело мое позорным делаешь, и мысли? Ты против воли пакости любой насильно научишь,- а ведь я-то знаю, что красно и достойно! Было бы благо да дружба богов бессмертных, - иной, Кирн, доблести я [уже и] не жажду… (Смысл стихотворения – самообличительный. Феогнид ловит себя на том, что бедность доводит его до того, что он, - хотя и знает, что прекрасно и достойно, - уже стремится не к доблести, а лтшь к благам и удаче, посылаемой богами. Это Феогнид и называет «позором», в который его мысли погружает бедность, подталкивающая его таким образом к «пакостям»).

И еще о том, как бедность подтачивает душу и ее достоинства: 1129-1134:
Напьюсь – и мало мне дела до бедности душегубной...; 155-158: Никогда [никого] не кори бедностью, пожирающей душу...

То есть разговоры о "рабском в душе" и о том, что "у раба постоянно склонена голова" - это разговор не о том, что вот свойственно рабам как персонам такое-то качество души, а о том, что тяжкий, растлевающий душу статус рабства учит их тому-то и тому-то скверному, точно так же, как учит тому же и свободного своей тяжестью нищета, и сам автор, как и вообще люди, от такого воздействия не неуязвим..."


Древние греки уже понимали, что нищета безысходна и мучительна, и не произрастает из нее ничего хорошего.

А наши юные и не очень долбодятлы и долбодятлицы из "потомственно успешных" - не понимают.

То ли мозгов вне хватает, то ли эмпатии, то ли того и другого вместе.