Кошка Ночной Луны. Morgenmuffel
10.07.2015 в 09:28
Пишет lightning:Из интервью Тэффта МК
— Позвольте ответить откровенностью на откровенность. Америка — страна, созданная не в последнюю очередь за счет аннексии чужих территорий — например, мексиканских. Не является ли в этой связи лицемерием с вашей стороны обвинять Россию в том, что она что-то там аннексировала?
— Я отвергаю аргумент о наличии в данном случае моральной равнозначности...
Больше прекрасного— И все-таки где же проходит та временная граница, по одну сторону которой захват чужих территорий — это очень даже правильно, а по другую — абсолютно непозволительно и аморально?
— Я не хотел бы сейчас заниматься историческими изысканиями....
— А вот только почему в Крыму и Донецке случилось то, что там случилось? Может быть, у США все-таки есть основания для самокритики? Может, США в чем-то перегнули палку и вынудили Россию действовать именно таким образом, как она действовала, а не иначе?
— Я не согласен с аргументом о том, что США сделали что-то неправильно. Я категорически отметаю утверждения, что события на Майдане привели к государственному перевороту на Украине. Многие авторитетные люди детально изучали подобные утверждения и их опровергли. Повторяю: нынешний кризис вызван исключительно аннексией Крыма и продолжением российской агрессии на востоке Украины.
— В России господствует специфическая точка зрения о вашем «вкладе» в международную политику. Вы наверняка в курсе, что у вас репутация организатора «цветных революций», государственных переворотов, не так ли?
— Я профессиональный дипломат. (Смеется.) Профессиональный дипломат — это тот, кто представляет свою страну и проводит в жизнь политику президента и народа США. И я всегда придерживаюсь этого принципа. В 1980-х годах я провел два трехлетних срока, работая в советском отделе государственного департамента. Я занимался контролем над вооружениями и российской внешней политикой. В 1996 году я прибыл в Москву в качестве заместителя посла. В общей сложности я занимался Россией — здесь или в Вашингтоне — как минимум 10 лет. Кроме этого я работал послом на Украине, в Литве и в Грузии. И на всех этих должностях я представлял в меру своих способностей политику тогдашних президентов США.
Является ли продвижение демократии, прав человека, гражданского общества частью нашей политики? Безусловно. Это было частью нашей политики как минимум с 1948 года — с момента принятия Генассамблеей ООН Всеобщей декларации прав человека. И мы, и Россия проголосовали за принятие такой декларации. В 1975 году в Хельсинки и мы, и Россия поставили свои подписи под заключительным актом совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. На тот момент я уже начал работать на дипломатической службе США и находился тогда на Ближнем Востоке. Тогда Россия дала гарантии выполнения всех частей этих договоренностей. Америка, Европа и Россия взяли на себя обязательство поддерживать дело демократии. В силу всего этого мне кажется, что тема «цветных революций» несколько раздута...
— Не совсем понятно: вы отрицаете, что Саакашвили начал войну первым?
— Я думаю, вам стоит прочитать доклады и исследования, а есть большое количество исследований, которые ясно указывают, что массовое сосредоточение российских войск на границе с Грузией произошло еще до принятия решения о вводе грузинских войск в Южную Осетию. Но это долгая дискуссия, которая легко может занять все время, отведенное на наш разговор.
— Выше вы упомянули про Хельсинкский акт 1975 года. Разве участие США в расчленении Сербии — в войне за тысячу километров от американских границ — не было нарушением его принципов?
— Ситуация в Косове была абсолютно уникальной. Я не готов сегодня возвращаться к истории и говорить о причинах уникальности той ситуации. Вы можете прочитать заявления США по этому поводу. Я здесь для того, чтобы говорить о России и о нашей политике.
— А разве ситуация в Крыму не уникальна?
— Я работал на Украине, и я много раз был в Крыму. Я знаю историю Крыма. Я знаю о решении Никиты Хрущева 1954 года. Но вот что в наших глазах является абсолютно фундаментальным. Бывший государственный секретарь США Генри Киссинджер, который часто критикует нынешнюю американскую внешнюю политику, как-то раз сказал: «Нельзя просто взять и откусить кусок территории другой страны». При цивилизованном мировом порядке вы просто не можете этого сделать! Проблема заключается именно в этом — в способе включения Крыма в состав России.
Одной из первых вещей, которую сделал Янукович на посту президента — я, кстати, тогда был в Украине, — была договоренность с Россией о продлении пребывания Черноморского флота в Крыму в обмен на сделку по нефти. Многим людям на Украине это не понравилось. Но в тот момент президент Янукович был законно избранным руководителем страны. Он принял решение, и США вместе с большинством европейских стран признали это решение. Но захват чужих территорий — это совсем другое дело. Это нарушение международного права! Это просто неправильно!
— Почему, с точки зрения США, жители Косова имеют право на самоопределение, а жители Крыма нет?
— Мы не согласны с тем голосованием, которое имело место в Крыму. Мы не уверены, что оно отражает волеизъявление жителей. Вам стоит прочитать заявление США по этому поводу. Проведенный в Крыму референдум не соответствовал международным нормам. Процесс волеизъявления жителей Крыма не был проконтролирован международными наблюдателями.
— До свержения Януковича было множество американских заявлений о том, что киевские власти не имеют права применять силу против мирных протестов на Майдане. Но мы не видели американских заявлений с осуждением жестокости украинских силовиков в отношении мирного населения Донбасса. Мы что-то пропустили?
— Я думаю, что вы должны поднять архивы и прочитать заявления, сделанные президентом Обамой и другими. У меня сегодня нет с собой текстов этих заявлений и, соответственно, я не могу их вам процитировать. Но мы абсолютно четко выразили свою позицию. Мы считаем, что насилие в Донбассе подстегивалось людьми, проникавшими туда из России. Мы не верили в версию о гражданском противостоянии. Вы, я уверен, помните про знаменитых «зеленых человечков»?
Могу вас заверить: во всех случаях, когда мы считаем, что украинцы чрезмерно применяют силу, мы открыто об этом заявляем. Вы можете найти и прочитать эти заявления. На протяжении значительной части периода, о котором вы спрашиваете, я не работал на государственной службе. Но я внимательно следил за ситуацией. Почти всегда звучали заявления Белого дома или Госдепартамента. Конечно, об этих заявлениях вовсе не обязательно сообщалось в российских СМИ. Но они точно были сделаны.
— И все-таки не совсем понятен ваш предыдущий ответ. Вы отрицаете наличие фактов насилия украинских войск по отношению к мирному населению Донбасса?
— Я не посол на Украине. Я не буду отвечать на этот вопрос. Я не знаю ответа. Мы можем попытаться получить для вас эту информацию, так как я не знаю конкретных деталей. Я знаю, что мы критиковали правительство Украины за отдельные эксцессы. Больше в данный момент я сказать не могу. Если вы зададите мне более конкретный вопрос, я постараюсь на него ответить.
— Хорошо, попытаемся быть более конкретными. Я помню фото детей, убитых в результате артобстрелов территории, контролируемой повстанцами. Я помню, как я после этого не мог спать несколько ночей. А вы, господин посол, пытаетесь избежать ответа на вопрос.
— Но как вы можете быть уверенными в том, что эти люди были убиты украинской армией, а не сепаратистами? Откуда вы знаете? Вы лично присутствовали при этом?
— Почему еще даже до начала международного расследования гибели малазийского «Боинга» в Америке заявили, что самолет сбили либо сами русские, либо пророссийские повстанцы?
— Мы знаем. Мы просто об этом знаем. Я не могу говорить о деталях. Но мы точно знаем, кто сбил этот самолет. Нам все предельно ясно. И я думаю, что большинство стран мира тоже знает, кто сбил самолет. Но сейчас мы ждем окончания расследования, в рамках которого каждый аспект этой трагедии тщательно изучается. Посмотрим, каковы будут результаты.
— Вы были не правы по поводу наличия оружия массового поражения в Ираке, хотя и тогда у вас была «абсолютная уверенность в своей правоте». Почему мы сейчас должны серьезно относиться к вашей нынешней «абсолютной уверенности»?
— Потому, что мы сказали, что совершили ошибку, и признали ее. Президент Обама недавно сделал очень хорошее заявление по поводу Ирака. Одной из главных тем его первой президентской предвыборной кампании была необходимость нашего ухода из Ирака. Обама выступал против войны в Ираке. Но, несмотря на все свои разногласия с президентом Бушем по поводу Ирака, Обама заявил: Америка зашла в Ирак не для того, чтобы захватить его земли и контролировать их. Мы зашли в Ирак, потому что президент Буш и государственный секретарь Пауэлл были убеждены в наличии в Ираке оружия массового поражения. Такого оружия там не оказалось, и мы это признали.
— А не получится ли так, что и нынешняя уверенность президента Обамы в правильности его политики по отношению к России через какое-то время не будет признана ошибкой?
— Я думаю, что политика президента Обамы по отношению к России является очень взвешенной. Если вы следите за американскими внутриполитическими дискуссиями, то вы должны знать: Обама постоянно подвергается критике, например, из-за того что не дает согласие на поставки оборонительного оружия на Украину. Критикуют и по другим поводам. Обама действует очень осторожно. Он находится в очень плотном контакте с канцлером Меркель и президентом Олландом. Он пытается поддерживать то, что они делают, и добиться скоординированности американской и европейской политики в этом направлении. Кстати, и Обама, и государственный секретарь Керри не раз заявляли — публично и во время разговоров с президентом Путиным: США готовы отменить санкции против России и попытаться вернуться к прежнему порядку вещей. (с)www.mk.ru/politics/2015/07/08/posol-ssha-dzhon-...
Мерзкая жирная свинья, представляющая мерзкий режим и мерзкую идеологию.
URL записи— Позвольте ответить откровенностью на откровенность. Америка — страна, созданная не в последнюю очередь за счет аннексии чужих территорий — например, мексиканских. Не является ли в этой связи лицемерием с вашей стороны обвинять Россию в том, что она что-то там аннексировала?
— Я отвергаю аргумент о наличии в данном случае моральной равнозначности...
Больше прекрасного— И все-таки где же проходит та временная граница, по одну сторону которой захват чужих территорий — это очень даже правильно, а по другую — абсолютно непозволительно и аморально?
— Я не хотел бы сейчас заниматься историческими изысканиями....
— А вот только почему в Крыму и Донецке случилось то, что там случилось? Может быть, у США все-таки есть основания для самокритики? Может, США в чем-то перегнули палку и вынудили Россию действовать именно таким образом, как она действовала, а не иначе?
— Я не согласен с аргументом о том, что США сделали что-то неправильно. Я категорически отметаю утверждения, что события на Майдане привели к государственному перевороту на Украине. Многие авторитетные люди детально изучали подобные утверждения и их опровергли. Повторяю: нынешний кризис вызван исключительно аннексией Крыма и продолжением российской агрессии на востоке Украины.
— В России господствует специфическая точка зрения о вашем «вкладе» в международную политику. Вы наверняка в курсе, что у вас репутация организатора «цветных революций», государственных переворотов, не так ли?
— Я профессиональный дипломат. (Смеется.) Профессиональный дипломат — это тот, кто представляет свою страну и проводит в жизнь политику президента и народа США. И я всегда придерживаюсь этого принципа. В 1980-х годах я провел два трехлетних срока, работая в советском отделе государственного департамента. Я занимался контролем над вооружениями и российской внешней политикой. В 1996 году я прибыл в Москву в качестве заместителя посла. В общей сложности я занимался Россией — здесь или в Вашингтоне — как минимум 10 лет. Кроме этого я работал послом на Украине, в Литве и в Грузии. И на всех этих должностях я представлял в меру своих способностей политику тогдашних президентов США.
Является ли продвижение демократии, прав человека, гражданского общества частью нашей политики? Безусловно. Это было частью нашей политики как минимум с 1948 года — с момента принятия Генассамблеей ООН Всеобщей декларации прав человека. И мы, и Россия проголосовали за принятие такой декларации. В 1975 году в Хельсинки и мы, и Россия поставили свои подписи под заключительным актом совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе. На тот момент я уже начал работать на дипломатической службе США и находился тогда на Ближнем Востоке. Тогда Россия дала гарантии выполнения всех частей этих договоренностей. Америка, Европа и Россия взяли на себя обязательство поддерживать дело демократии. В силу всего этого мне кажется, что тема «цветных революций» несколько раздута...
— Не совсем понятно: вы отрицаете, что Саакашвили начал войну первым?
— Я думаю, вам стоит прочитать доклады и исследования, а есть большое количество исследований, которые ясно указывают, что массовое сосредоточение российских войск на границе с Грузией произошло еще до принятия решения о вводе грузинских войск в Южную Осетию. Но это долгая дискуссия, которая легко может занять все время, отведенное на наш разговор.
— Выше вы упомянули про Хельсинкский акт 1975 года. Разве участие США в расчленении Сербии — в войне за тысячу километров от американских границ — не было нарушением его принципов?
— Ситуация в Косове была абсолютно уникальной. Я не готов сегодня возвращаться к истории и говорить о причинах уникальности той ситуации. Вы можете прочитать заявления США по этому поводу. Я здесь для того, чтобы говорить о России и о нашей политике.
— А разве ситуация в Крыму не уникальна?
— Я работал на Украине, и я много раз был в Крыму. Я знаю историю Крыма. Я знаю о решении Никиты Хрущева 1954 года. Но вот что в наших глазах является абсолютно фундаментальным. Бывший государственный секретарь США Генри Киссинджер, который часто критикует нынешнюю американскую внешнюю политику, как-то раз сказал: «Нельзя просто взять и откусить кусок территории другой страны». При цивилизованном мировом порядке вы просто не можете этого сделать! Проблема заключается именно в этом — в способе включения Крыма в состав России.
Одной из первых вещей, которую сделал Янукович на посту президента — я, кстати, тогда был в Украине, — была договоренность с Россией о продлении пребывания Черноморского флота в Крыму в обмен на сделку по нефти. Многим людям на Украине это не понравилось. Но в тот момент президент Янукович был законно избранным руководителем страны. Он принял решение, и США вместе с большинством европейских стран признали это решение. Но захват чужих территорий — это совсем другое дело. Это нарушение международного права! Это просто неправильно!
— Почему, с точки зрения США, жители Косова имеют право на самоопределение, а жители Крыма нет?
— Мы не согласны с тем голосованием, которое имело место в Крыму. Мы не уверены, что оно отражает волеизъявление жителей. Вам стоит прочитать заявление США по этому поводу. Проведенный в Крыму референдум не соответствовал международным нормам. Процесс волеизъявления жителей Крыма не был проконтролирован международными наблюдателями.
— До свержения Януковича было множество американских заявлений о том, что киевские власти не имеют права применять силу против мирных протестов на Майдане. Но мы не видели американских заявлений с осуждением жестокости украинских силовиков в отношении мирного населения Донбасса. Мы что-то пропустили?
— Я думаю, что вы должны поднять архивы и прочитать заявления, сделанные президентом Обамой и другими. У меня сегодня нет с собой текстов этих заявлений и, соответственно, я не могу их вам процитировать. Но мы абсолютно четко выразили свою позицию. Мы считаем, что насилие в Донбассе подстегивалось людьми, проникавшими туда из России. Мы не верили в версию о гражданском противостоянии. Вы, я уверен, помните про знаменитых «зеленых человечков»?
Могу вас заверить: во всех случаях, когда мы считаем, что украинцы чрезмерно применяют силу, мы открыто об этом заявляем. Вы можете найти и прочитать эти заявления. На протяжении значительной части периода, о котором вы спрашиваете, я не работал на государственной службе. Но я внимательно следил за ситуацией. Почти всегда звучали заявления Белого дома или Госдепартамента. Конечно, об этих заявлениях вовсе не обязательно сообщалось в российских СМИ. Но они точно были сделаны.
— И все-таки не совсем понятен ваш предыдущий ответ. Вы отрицаете наличие фактов насилия украинских войск по отношению к мирному населению Донбасса?
— Я не посол на Украине. Я не буду отвечать на этот вопрос. Я не знаю ответа. Мы можем попытаться получить для вас эту информацию, так как я не знаю конкретных деталей. Я знаю, что мы критиковали правительство Украины за отдельные эксцессы. Больше в данный момент я сказать не могу. Если вы зададите мне более конкретный вопрос, я постараюсь на него ответить.
— Хорошо, попытаемся быть более конкретными. Я помню фото детей, убитых в результате артобстрелов территории, контролируемой повстанцами. Я помню, как я после этого не мог спать несколько ночей. А вы, господин посол, пытаетесь избежать ответа на вопрос.
— Но как вы можете быть уверенными в том, что эти люди были убиты украинской армией, а не сепаратистами? Откуда вы знаете? Вы лично присутствовали при этом?
— Почему еще даже до начала международного расследования гибели малазийского «Боинга» в Америке заявили, что самолет сбили либо сами русские, либо пророссийские повстанцы?
— Мы знаем. Мы просто об этом знаем. Я не могу говорить о деталях. Но мы точно знаем, кто сбил этот самолет. Нам все предельно ясно. И я думаю, что большинство стран мира тоже знает, кто сбил самолет. Но сейчас мы ждем окончания расследования, в рамках которого каждый аспект этой трагедии тщательно изучается. Посмотрим, каковы будут результаты.
— Вы были не правы по поводу наличия оружия массового поражения в Ираке, хотя и тогда у вас была «абсолютная уверенность в своей правоте». Почему мы сейчас должны серьезно относиться к вашей нынешней «абсолютной уверенности»?
— Потому, что мы сказали, что совершили ошибку, и признали ее. Президент Обама недавно сделал очень хорошее заявление по поводу Ирака. Одной из главных тем его первой президентской предвыборной кампании была необходимость нашего ухода из Ирака. Обама выступал против войны в Ираке. Но, несмотря на все свои разногласия с президентом Бушем по поводу Ирака, Обама заявил: Америка зашла в Ирак не для того, чтобы захватить его земли и контролировать их. Мы зашли в Ирак, потому что президент Буш и государственный секретарь Пауэлл были убеждены в наличии в Ираке оружия массового поражения. Такого оружия там не оказалось, и мы это признали.
— А не получится ли так, что и нынешняя уверенность президента Обамы в правильности его политики по отношению к России через какое-то время не будет признана ошибкой?
— Я думаю, что политика президента Обамы по отношению к России является очень взвешенной. Если вы следите за американскими внутриполитическими дискуссиями, то вы должны знать: Обама постоянно подвергается критике, например, из-за того что не дает согласие на поставки оборонительного оружия на Украину. Критикуют и по другим поводам. Обама действует очень осторожно. Он находится в очень плотном контакте с канцлером Меркель и президентом Олландом. Он пытается поддерживать то, что они делают, и добиться скоординированности американской и европейской политики в этом направлении. Кстати, и Обама, и государственный секретарь Керри не раз заявляли — публично и во время разговоров с президентом Путиным: США готовы отменить санкции против России и попытаться вернуться к прежнему порядку вещей. (с)www.mk.ru/politics/2015/07/08/posol-ssha-dzhon-...
Мерзкая жирная свинья, представляющая мерзкий режим и мерзкую идеологию.