Когда происходит революция, на поверхность выплескивается давнее подспудное недовольство. Более того, люди, которых в общем устраивал старый режим, поддерживают новый, чтобы не прослыть потенциальными контрреволюционерами и не подвергнуться за это гонениям. Они делают вид, что их поддержка старого порядка никогда не была искренней, что она была обусловлена фальсификацией предпочтений в целях самосохранения. Из-за этого свергнутый режим начинает казаться еще более непрочным, чем он был на самом деле. Кроме того, подобные действия вдвойне облегчают ученым поиск вероятных объяснений свершившимся фактам. Поэтому обществоведы постоянно «выдают на гора» множество объяснений революциям, которые никто не смог предвидеть. Признаю: данный парадокс основан на феномене фальсификации предпочтений. До революции эта фальсификация скрывает предпосылки ее успеха, а после нее затушевывает факторы, работавшие против перемен.
www.inliberty.ru/library/435-neizbezhnost-revol...

Текст изначально 93-го года, очень важный сейчас, в условиях 86? 89? процентов поддержки чего-то там. В первую очередь он был направлен на феномен развала соцблока и СССР, которые для подавляющего большинства наблюдателей, как внутренних, так и внешних, оказался совершенно неожиданным.

Совершенно очевидно, что нынешняя ситуация в России отличается от ЧССР или ПНР. Главным образом из-за того, что у нас принципиально иное государство. В целом ряде стран соцблока власть партийного главы была чрезвычайно сильной. Но сравнивать её с теми рычагами, которые есть у Путина, некорректно.

Главы социалистических государств были партийными лидерами, предводителями огромной структуры, спаянной множеством связей, обязанностей, регламентов и институций. Внутри этих партий происходили политические процессы, влиявшие на принятие решений. Многим лидерам удавалось подмять всё под себя, но они всё же оставались партийными деятелями. При этом устройство соцстран было таким, что все государственные структуры были партийными. Недовольство граждан обращалось на партию и её членов (включая лидера) совершенно закономерным образом.

читать дальшеВ России нет правящей партии. Несмотря на то, что большинство чиновников, особенно на местах, члены "Единой России". Потому что ЕР — это не партия в политическом смысле. У неё нет идеологии, нет структур, принимающих решения, да вообще внутри ЕР ничего не происходит, никаких процессов, событий. Она лишь реагирует на заявления Путина с выражением поддержки, иногда формулируя её в виде законопроектов.

Наконец, сам Путин беспартийный. Люди прекрасно понимают эту структуру и знают, что если на местах кто-то им не нравится (губернатор, мэр, директор школы), то нет никакой связи с "Единой Россией", членом которой неудобный господин является. Нет никакой связи в глазах большинства людей и с Путиным. Поддерживая Путина искренне (даже без всяких упомянутых в статье фальсификаций предпочтений), граждане РФ выражают недовольство более низкоранговыми чиновниками, не видя в этом никакого противоречия.

Между тем оно, разумеется, есть, поскольку в РФ существует "вертикаль власти". Губернатор региона назначается аппаратом Президента и подотчётен ему, выполняя указания Администрации Президента и получая там рекомендации, советы и т.п. Губернатор назначается сообразно с целями, которые Администрация Президента намерена решить в том или ином регионе. Личность губернатора имеет важное значение для проведения задуманной клерками со Старой Площади политики.

Точно так же губернатор назначает людей, которые будут ему нужны для выполнения указаний из Администрации Президента. Других задач у губернатора нет и быть не может, поскольку именно АП его назначила, АП с него спросит и уволит если он не справится. Таким образом вся региональная власть, вплоть до директора школы и начальника ЖЭКа занимается реализацией планов, утверждённых в Москве в Администрации Президента.

Само собой, не всё так просто и чем ниже мы спускаемся по "вертикали власти", тем явнее эффект испорченного телефона и тем больше реальных земных задач появляется перед носом руководящего работника. Главное здесь другое: требования людей сменить того или иного персонажа прямым образом воздействуют на политику, проводимую Президентом. Замена мэра или губернатора будет являться форс-мажором, поскольку в сжатые сроки будет необходимо найти замену, столь же лояльную, столь же подготовленную, способную продолжить работу, которую вёл предшественник.

Собственно, ту самую работу, которая вызвала недовольство населения. Возникает вилка: либо надеяться на то, что новая рожа успокоит людей на какое-то время, либо придётся продавливать вверх по инстанциям Администрации Президента (вплоть до Путина) пересмотр предыдущих указаний. Наблюдать такое мы можем в реальном масштабе времени с самым громким и публичным московским приказом, так называемыми "майскими указами". Необходимость отмены или смягчения требований указов губернаторы и другие высокопоставленные чиновники объясняют именно грядущими либо уже имеющимися проблемами с недовольством населения.

То есть к безусловно имеющейся в России фальсификации предпочтений относительно целого ряда политических процессов, добавляется ещё одна опасность: связь между пользующимся популярностью Путиным и его подчинёнными многими гражданами не замечается вовсе. Граждане могут пребывать в заблуждении о том, что "майдан" (считающийся опасным для государства) — это исключительно московский протест конкретно против Путина (или "Единой России"), либо вовсе "против России", "за США", согласно пропаганде из телевизора.

В то время как протест против местного руководителя, основанный не на эфемерных требованиях "демократизации", "честных выборов", а вполне конкретных, приземлённых запросах, не сможет восприниматься участниками и наблюдателями как инспирированный Западом из-за довольно чёткого понимания его причин и чётко сформулированных простых и понятных требований. Это обстоятельство значительно понижает стабильность российской государственной системы.