Кошка Ночной Луны. Morgenmuffel
04.06.2015 в 19:59
Пишет N.K.V.D.:Африканский Сталинград
Апофеозом гражданской войны в Анголе и Войны за независимость Намибии стала оборона ангольскими правительственными войсками, кубинскими воинами-интернационалистами и военными советниками из СССР посёлка Куито-Куанавале. С октября 1987 по июнь 1988 года здесь продолжалось крупное сражение с массированным использованием бронетехники, артиллерии и авиации.
Читать дальшеИстория Африки второй половины XX века полна кровавых конфликтов и жестоких войн. Особенно бурно события протекали на юге «Чёрного континента» – здесь в 70-е годы СССР начал оказывать поддержку молодой Ангольской республике, что шло вразрез с интересами ЮАР и Родезии. Это были последние африканские страны, управлявшиеся «белыми» правительствами, и на их территории процветала расовая сегрегация и дискриминация «чёрного» большинства.
«Советы» идут на «Чёрный континент»
Весной 1974 года в Португалии произошла «Революция гвоздик», после чего метрополия предоставила свободу всем своим колониям. 11 ноября 1975 года о своей независимости объявила Ангола. Первым президентом страны стал глава Народного движения за освобождение Анголы (порт. Movimento Popular de Libertação de Angola, далее – МПЛА) Агостиньо Нето. Его партия поддерживала тесный контакт с СССР и придерживалась марксистского курса.
На юге Ангола граничит с Намибией, которая ещё во время Первой мировой войны была оккупирована южноафриканскими войсками. В 60-е годы племенные вожди Намибии создали Народную организацию Юго-Западной Африки, (англ. South-West Africa’s Peoples Organization, далее – СВАПО), главной целью которой ставилось освобождение Намибии из-под гнёта захватчиков. Военное крыло СВАПО – Народно-освободительная армия Намибии (англ. People’s Liberation Army of Namibia, далее – ПЛАН) начало партизанскую войну против белых полицейских, и правительство ЮАР ввело в страну войска.
С обретением Анголой независимости и приходом там к власти партии марксистского толка в Претории осознали, что намибийские месторождения полезных ископаемых оказались под угрозой. Поэтому руководство ЮАР начало оказывать поддержку противникам МПЛА – военным группировкам Национального союза за полную независимость Анголы (порт. União Nacional para a Independência Total de Angola, далее – УНИТА) и Национального фронта освобождения Анголы (порт. Frente Nacional de Libertação de Angola, далее – ФНЛА). В результате в Анголе разразилась затяжная гражданская война, длившаяся долгих двадцать восемь лет – с 1975 по 2002 год. Одновременно с этим на территории Анголы и Намибии шла Война за независимость Намибии (другое название – Южноафриканская пограничная война), которая закончилась только в 1989 году.
Как Ангола «встречала Октябрь»
Апофеозом обоих конфликтов стала оборона правительственными войсками Анголы, кубинскими воинами-интернационалистами и военными советниками из СССР посёлка Квито-Кванавале (советские ветераны этой войны используют другую транскрипцию – Куито-Куанавале). С октября 1987 по июнь 1988 года здесь продолжалось крупнейшее сражение в новейшей истории юга Африки с массированным использованием бронетехники, артиллерии и авиации.
Очередная эскалация конфликта началась 14 августа 1987 года с проведения правительственными войсками Анголы боевой операции «Встречаем Октябрь», направленной против боевиков УНИТА, укрепившихся в юго-восточных провинциях страны и поддерживаемых армией ЮАР. Предполагалось уничтожить основной аэродром снабжения УНИТА в посёлке Мавинге, отрезать их подразделения от границы (чтобы предупредить возможность оказания помощи со стороны ВС ЮАР), а затем разгромить.
Операция была разработана военными советниками из СССР и не предусматривала использование кубинского военного контингента, который ещё в 1975 году прибыл в Анголу для оказания помощи в защите страны от интервенции южноафриканцев. Наступление ФАПЛА (эта аббревиатура общепринята для армии Анголы) в южном направлении началось в районе посёлка Куито-Куанавале силами 25-й бригады, к тому времени уже развёрнутой к востоку от реки Куито, а также бригад №№16, 21, 47, 59, 66, 8, и 13, которые также привлекались для участия в операции. Общая численность наступавшей группировки составляла примерно 10 000 человек и 150 танков.
В состав каждой ангольской пехотной бригады входила рота танков, состоявшая из семи машин Т-54/Т-55. Кроме того, моторизованные бригады имели на вооружении боевые машины пехоты. В наступлении участвовал первый в истории Анголы отдельный танковый батальон, состоявший из двадцати двух танков – три роты по семь машин плюс один командирский танк.
Т-55 преодолевает сложный участок дороги Ангольские войска начали медленное продвижение на юго-восток к Мавинге. Оно затруднялось большим количеством минных полей (остававшихся в этом районе Анголы со времён предыдущих боёв), а также густой растительностью и мягкими песками, в которых вязла гусеничная техника.
В среднем, ангольцы преодолевали 4 км ежедневно, делая остановки по 16 часов. В колоннах присутствовали военные советники из СССР, координировавшие действия ангольцев.
Для превращения нескольких тысяч африканцев в боевую единицу обычно хватало следующих советских специалистов:
- советника командира бригады;
- советника начальника политотдела бригады;
- советника начальника штаба бригады;
- советника начальника артиллерии бригады;
- одного или двоих советников командиров батальонов бригады;
- переводчика;
- специалиста-техника бригады.
Первоначально ангольским войскам противостояли 8 000 бойцов УНИТА, с которыми подразделения ФАПЛА вполне успешно справлялись. Большая часть подразделений по обе стороны фронта состояла из слабо мотивированных крестьян, мечтавших поскорее оказаться дома. И хотя эти люди относительно успешно воевали друг с другом, при виде вооружённых белых они испытывали настоящий страх. Зная о боевых качествах коренных африканцев, руководство ЮАР перебросило к Мавинге 4 000 солдат регулярной армии, бронетехнику и артиллерию (в дальнейшем этот военный контингент увеличивался). Данная операция южноафриканских сил носила кодовое название «Модулар».
Ангольские войска постепенно оттесняли боевиков УНИТА на юг, продвигаясь к реке Ломба, а те, в свою очередь, пытались прервать снабжение колонн противника, организовывая в их тылу засады, минируя дороги и наводя на наступавших южноафриканскую авиацию. 3 сентября произошло первое боестолкновение ангольцев с южноафриканскими силами – из зенитно-ракетного комплекса (далее – ЗРК) «Ромб» (экспортный вариант советского ЗРК «Оса» 9К33, по классификации НАТО – SA-8 Gecko) был сбит самолёт-разведчик ВВС ЮАР, при этом погибли два пилота.
Ангольская ЗРК «Оса» 9К33 с боевым расчётом на броне 10 сентября две тысячи ангольских солдат при поддержке шести танков Т-55 форсировали реку Ломба и атаковали 240 южноафриканцев и бойцов УНИТА, которых поддерживали 4 бронетранспортёра (далее – БТР) «Ратель» и 16 БТР «Касспир» модификаций Mk I, Мk II и Мk III. В этом бою ангольцы показали себя плохими вояками – все 6 их танков были уничтожены артиллерией, погибло около 100 солдат. Через три дня атака повторилась (в бою погибло 40 бойцов УНИТА и 200 солдат ФАПЛА). В этот раз на ангольском театре военных действий впервые произошло бронетанковое сражение – танки Т-55 сошлись в бою с южноафриканскими БТР «Ратель», хуже забронированными и вооружёнными пушками меньшего калибра, чем советские гусеничные машины, но более манёвренными на песчаных грунтах юго-восточной Анголы.
Стороны потеряли пять Т-55 и три «Рателя» соответственно, при этом у южноафриканцев погибли восемь и были ранены четыре человека. Экипажи «Рателей» применили тактику «закруживания» неповоротливых танков, используя свою высокую скорость и проходимость. Но чтобы подбить Т-55, им требовалось попасть в него несколько раз из своих 90-мм орудий, в то время как одного 100-мм снаряда танковой пушки было достаточно, чтобы уничтожить БТР.
«Ратели» 61-й танковой группы (в армии ЮАР эти тяжеловооружённые БТР считаются танками) В период с 14 по 23 сентября произошло ещё несколько боестолкновений – в первом случае тысяча бойцов ФАПЛА атаковала 250 южноафриканцев, а во втором «Ратели» не приняли бой с Т-55 и отступили. Общий счёт потерь правительственных сил Анголы достиг 382 человек. Потери бойцов УНИТА за этот период неизвестны (скорее всего, никто просто не озадачивался их подсчётом).
Пилоты «Острова свободы» против южноафриканских «гринго»
В сентябре 1987 года в небе над южной частью Анголы вспыхнула настоящая воздушная война. Южноафриканцы пытались вернуть себе господство в воздухе, чтобы обеспечить последующее наступление, однако кубинские пилоты нанесли им поражение в нескольких воздушных боях.
Сначала истребитель МиГ-23 сбил бомбардировщик Atlas Impala Mk 2 (южноафриканскую версию итальянского учебного самолёта Aermacchi MB.326М), а потом пилот Эдуардо Гонзалес Сарриа сбил Dassault Mirage F1. Бравые пилоты ВВС ЮАР жаждали реванша, но 10 сентября в двух воздушных боях кубинцам удалось избежать потерь, несмотря на ракеты, выпущенные по их самолётам.
Impala Mk 2 южноафриканских ВВС. 24 сентября был тяжело ранен советский переводчик Олег Снитко, служивший советником при 21-й ангольской пехотной бригаде. Во время утреннего обстрела осколком первого же снаряда ему оторвало руку. Культю стянули жгутом, раненого надо было доставить в госпиталь, но так как бригада находилась в оперативном окружении, под постоянными бомбёжками и обстрелами артиллерии, с эвакуацией возникали проблемы.
Два ангольских вертолёта, вылетевшие на помощь, из-за начавшегося обстрела приземлиться не смогли (точнее, побоялись пилоты), и, несмотря на все старания полевых медиков, ночью 26 сентября раненый умер.
27 сентября была проведена целая операция по эвакуации тела Олега Снитко, переросшая в воздушный бой. На рассвете два вертолёта (один из них пилотировал советский экипаж, второй – ангольский) под прикрытием пары МиГ-23 вылетели в точку, указанную советниками 21-й бригады. Пока вертолёты грузились, «миги» с кубинскими пилотами вступили в противоборство с парой «миражей». Дж. С. С. Годин на МиГ-23 повредил «Мираж» после того как увернулся от пущенной в него ракеты, а Альберто Лей Ривас подбил второй.
Кубинский пилот самолёта МиГ-23 Алберто Лей Ривас после очередной воздушной
победы над южноафриканским «Миражом». Аэродром Куито-Куанавале, 1987 год Южноафриканский пилот (капитан Артур Пирси) пытался дотянуть повреждённую машину до ближайшей авиабазы, но она рухнула вниз (Пирси успел катапультироваться). Таким образом, реванша за предыдущие поражения у южноафриканцев не вышло.
Вертолёт Aérospatiale SA 330 Puma южноафриканских ВВС В другом воздушном столкновении, произошедшем в этот же день, один из «мигов» сбил южноафриканский транспортный вертолёт «Пума».
Неудачи на пути к «Октябрю»
В это время армия ЮАР начала подтягивать к театру боевых действий более тяжёлое вооружение – танки Olifant Mk.1A (модернизированные на южноафриканских предприятиях британские машины Centurion). В ЮАР на них установили 105-мм пушки L7A1 (вместо 83-мм), лазерные дальномеры, баллистические вычислители, 81-мм дымовые гранатомёты, а также новейшие приборы наблюдения и наведения.
Английские двигатели «Метеор» заменили американскими дизелями AVDS-1750, установили гидромеханическую трансмиссию, увеличили ёмкость баков (в результате всех этих усовершенствований масса машин возросла с 51 до 56 тонн). При развёртывании подразделений «олифантов» два из них подорвались на минах, однако никто из танкистов не пострадал благодаря хорошему бронированию днища этих машин.
Колонна тяжёлых танков «Олифант» ВС ЮАР вступает в Анголу, 1988 год. 3 октября под давлением войск УНИТА и ЮАР началось массовое отступление ангольских бригад с южного берега реки Ломба. В этот день БТР с советниками из СССР попал в непростую ситуацию – большинство солдат из группы прикрытия в панике бежали, и с советскими специалистами остались только одиннадцать самых преданных бойцов охраны.
Водителю всё же удалось увести машину на другой берег Ломбы – она ушла предпоследней и уцелела чудом (спустя несколько минут на позицию, где ранее располагались советские специалисты, ворвался головной бронетранспортёр АМL-90 войск ЮАР).
Пока наседавшего противника сдерживали бойцы отдельного танкового батальона, по повреждённому мосту на северный берег Ломбы перебирались бросившие свою технику ангольцы и «спешенные» советники. Танковый батальон ФАПЛА полностью погиб – по информации южноафриканских СМИ, пленные танкисты были переданы «унитовцам», и через несколько дней лидер УНИТА Жонаш Мальейру Савимби лично принял участие в их казни.
Боевики УНИТА Ангольцы вынужденно оставили плацдармы, захваченные ранее на южном берегу реки Ломба, бросив там 127 единиц техники – танков, БМП, ЗРК и грузовиков, многие из которых просто застряли. Ангольские солдаты, спасая свои жизни, предпочитали быстро ретироваться с поля боя, не занимаясь спасением материальной части.
Южноафриканцы называют другие цифры потерь противника: 250 единиц уничтоженной, повреждённой и захваченной техники (3 ЗРК «Ромб», 2 ЗРК «Стрела-1», 18 танков, 3 инженерные машины, 16 БТР, 5 бронированных автомобилей, шесть 122-мм орудий, оборудование трёх лёгких батарей ПВО и 120 транспортных средств снабжения).
Точные потери самих южноафриканцев и бойцов УНИТА известны только им самим и явно не соответствуют опубликованным данным – 18 человек убитыми и 12 ранеными, 2 танка «Олифант», 4 БТР «Ратель» и один разведывательный самолёт. УНИТА потеряла 270 человек убитыми и значительное количество ранеными.
На переднем плане БТР (по другим классификациям – БМП) «Ратель» армии ЮАР Потери ангольской армии были большими, но не настолько катастрофическими, как того хотелось южноафриканцам – 525 человек убитыми плюс значительное количество раненых.
Посёлок в осаде
4 октября перешедшие реку Ломба южноафриканские войска продолжили теснить ангольские бригады на север и северо-запад. Чтобы затруднить снабжение военной группировки ФАПЛА, закрепившейся на северном берегу реки, в середине октября южноафриканцы подтянули к посёлку Куито-Куанавале (основной базе снабжения ангольской армии в этом регионе) дальнобойную артиллерию: буксируемые 155-мм пушки G-5 и унифицированные с ними 155-мм САУ G6 Rhino («Носорог»), 127-мм реактивные системы залпового огня (далее – РСЗО) Valkiri Mk 1.22. Артиллерия начала обстрел аэродрома, военных баз и самого посёлка.
Буксируемая 155-мм пушка G-5 и 155-мм САУ G-6 «Рино» армии ЮАР ведут огонь Однако в связи с угрозой обстрелов аэродром уже не использовался (последний борт (грузовой самолёт Ан-12) вылетел в Луанду ещё в конце сентября). При первых обстрелах были повреждены осколками семь из восьми самолётов МиГ-23, хранившиеся в эллингах аэродрома. Южноафриканцы поторопились записать все восемь самолётов на свой боевой счёт, однако пять «мигов» ангольцы залатали прямо на месте и перегнали на авиабазу в Менонге, а два остальных – доставили туда же по земле и после более серьёзного ремонта также вернули в строй.
В стремлении добиться победы южноафриканцы не останавливались ни перед чем, допуская даже использование оружия массового поражения. Участник тех боёв младший лейтенант Игорь Ждаркин записал в своем дневнике: «29 октября 1987 г. В 14.00 по радио получили страшное известие. В 13.10 противник обстрелял 59-ю бригаду снарядами, начинёнными химическими отравляющими веществами. Многие ангольские солдаты отравились, некоторые потеряли сознание, командир бригады кашляет кровью. Зацепило и наших советников. Ветер как раз дул в их сторону, многие жалуются на сильнейшие головные боли и тошноту.
Это известие нас не на шутку встревожило, ведь у нас нет даже самых завалящих противогазов, не говоря уже об ОЗК». При этом южноафриканские СМИ факт применения боевых отравляющих веществ отрицают.
В середине ноября 1987 года южноафриканские войска почти вплотную подошли к Куито-Куанавале, и начало его осады стало неизбежным. Осознавая это, правительство Кубы приняло решение срочно усилить кубинскую группировку в Анголе. С «Острова свободы» в Африку отправилась 50-я дивизия, оснащённая советскими танками Т-62. Помимо этого, был срочно увеличен контингент кубинских пилотов-истребителей, а из СССР в Анголу поступили новые партии самолётов МиГ-23, оружия, запасных частей и боеприпасов. Благодаря принятым мерам к двадцатым числам ноября продвижение южноафриканских войск и формирований УНИТА остановилось в 10 –15 км от Куито-Куанавале.
Аэродром в Куито-Куанавале, 1970-е годы Однако дальнобойность южноафриканской артиллерии значительно превышала это расстояние, и посёлок подвергался ежедневным обстрелам. Начиная с 15 декабря, по Куито-Куанавале выпускалось в среднем 150 –200 снарядов в день, в результате чего практически все его здания были уничтожены. Советские 122-мм гаубицы Д-30 (максимальная дальность стрельбы – 22 км) и РСЗО БМ-21 (дальность стрельбы – до 20,5 км) подавить дальнобойные мобильные батареи противника не могли, поэтому большая часть штабов, тыловых подразделений и военных советников перекочевала в лес, находившийся в 15 км от посёлка.
Здесь в земле отрыли целые городки, состоявшие из системы траншей, а также жилых, административных и хозяйственных землянок. К неприятностям, доставляемым обстрелами противника, добавились и такие типично африканские опасности, как змеи, норовящие занять постели прежде их хозяев, а также малярийные комары.
Для увеличения площади поражения южноафриканцы использовали бомбы и снаряды, снаряжённые стальными поражающими элементами – шариками или иглами. 27 ноября 1987 года в результате разрыва подобного снаряда, выпущенного из РСЗО «Валькирия» (снаряд начинялся взрывчаткой весом в 60 кг с 8500 металлическими шариками), погиб советник по организационно-мобилизационной работе при командующем военным округом полковник А. И. Горб.
«Ленд Ровер» с установленным на нём безоткатным орудием, захваченный бойцами ФАПЛА 3 октября 1987 года Вспоминает В. А. Митяев, полковник ВДВ в отставке: «Начался арт-налет, мы все в укрытие – в домино играем. Мы сами по очереди дежурили, а караул ангольский. Андрей Иванович должен был заступать на дежурство и инструктировать караул. Он сидел у нашей баньки под навесом, где политзанятия проводили, спортом занимались, снаряды спортивные стояли. Всё это находилось на ограниченной площади – 20×30 м по периметру. Забора вокруг не было. Охрана заступала ночью, днём её не было. Мы все попрятались в убежище и говорим ему: «Пойдём». А он: «Да я вот проинструктирую караул и потом». Вдруг рядом как жахнет снаряд от «Валькирии»! Влетел, пробил крышу нашего навеса. Мы сразу вылезли из укрытия, у нас там ГАЗ-66 стоял. Смотрю под машину и вижу – человек лежит. Я быстро к нему подбежал. Сам полковник Горб абсолютно целый, а один шарик попал ему в горло, в сонную артерию. Мы затащили его в укрытие, врач сразу стал помогать, но он прямо на моих глазах умер. Я ему глаза закрывал».
127-мм реактивная система залпового огня «Валькирия» 20 декабря 1987 года погиб ещё один представитель советского военного контингента в Анголе – водитель-связист группы СВС Южного фронта рядовой Александр Никитенко. Он подорвался на мине, установленной боевиками УНИТА, когда вёз в госпиталь тяжелобольного офицера.
Куито-Куанавале – ангольский Сталинград
К середине декабря боевые действия стихли – в Анголе начался сезон дождей. В этот период времени командование ВС ЮАР начало подготовку к «Операции Хупер» («Дикий лебедь»), в результате которой Куито-Куанавале должен был пасть. Ангольско-кубинско-советское командование тоже не сидело сложа руки. Ангольские и кубинские солдаты создали вокруг посёлка несколько линий обороны, состоявших из траншей и ДЗОТов, выкопали капониры для танков, заминировали дороги и подходы к посёлку.
К отражению массированных атак пехоты подготовили зенитные самоходные установки ЗСУ-23-4 «Шилка», которые оказались очень эффективными при отражении атак «живых волн» боевиков УНИТА.
ЗСУ-23-4 «Шилка» Начиная с января 1988 года, нападавшие осуществили шесть массированных наступлений на посёлок. Южноафриканцы старались беречь своих солдат, используя в качестве «пушечного мяса» союзных им боевиков УНИТА. Однако те показали себя не очень хорошими бойцами, и подразделениям ВС ЮАР удавалось вклиниваться в оборону защитников Куито-Куанавале, лишь используя танки и БТР. Несмотря на это, каждый раз силы союзников (кубинцев и солдат ФАПЛА) отбрасывали врага назад.
Первая атака посёлка состоялась 13 января 1988 года. После разведки боем, которую провели бойцы УНИТА, на позиции 21-й ангольской бригады на реке Куатир (к северо-востоку от Куито-Куанавале) в атаку двинулась бронетехника армии ЮАР. Наступление началось успешно – после двухчасового боя 21-я и 51-я ангольские бригады были выбиты со своих позиций. Южноафриканцы заявили о 250 убитых ангольцах, семи подбитых и пяти захваченных ангольских танках и другой захваченной и уничтоженной технике.
Однако ни подвижных танков, ни неподвижных огневых точек в виде закопанной бронетехники на этом участке обороны в то время не было, так как свои танки 21-я и 51-я бригады оставили ещё осенью 1987 года на южном берегу реки Ломба. Очевидно, что южноафриканцы и в этот раз остались верны себе в «правдивой» оценке потерь противника.
Сами нападавшие потеряли два БТР «Ратель», когда во время авианалёта нескольких МиГ-21 и МиГ-23 кубинские пилоты уничтожили колонну южноафриканской бронетехники. Также были подбиты семь «олифантов», несколько БТР «Эланд» и буксируемых пушек. Контратака ангольской 21-й бригады, перегруппировавшейся на базе в Тумпо, позволила отбить несколько траншей, занятых бойцами УНИТА. В свете последнего факта поспешное заявление руководителей УНИТА, что им удалось захватить Куито-Куанавале, стало выглядеть, мягко говоря, не совсем правдоподобно.
Подбитый БТР «Эланд» 14 января МиГ-23 под управлением кубинского пилота Франциско А. Доваля сбили «дружественным огнём» ангольцы из переносного зенитно-ракетного комплекса 9К32М «Стрела-2М» (по классификации НАТО – SA-7B Grail). Каким образом кубинцы потом разбирались со своими «меткими» союзниками, история умалчивает.
Очередной успешный налёт на южноафриканские силы кубинские «миги» осуществили 16 января, а 21 января боевики УНИТА сбили МиГ-23 пилота Карлоса Р. Переса.
14 февраля 1988 года начался второй приступ Куито-Куанавале. Южноафриканцы прорвали ангольскую линию обороны в районе расположения 21-й, 23-й и 59-й бригад. Подразделения ФАПЛА отступили к своей базе в Тумпо и закрепились на новых позициях вдоль одноимённой реки. Командование ВС ЮАР заявило о 230 уничтоженных ангольских солдатах, четырёх танках и четырёх БМП, и хотя эти данные не вполне отвечают реальным цифрам, потери ФАПЛА были действительно велики. Основной удар наносился по обороне 59-й бригады – её атаковали 40 танков «Олифант» и 100 (по другим данным – 98) БТР «Ратель» и «Касспир».
Южноафриканские танки в Анголе. Хорошо видны номера на башнях. В этот день произошёл, пожалуй, единственный настоящий танковый бой за всё время Войны за независимость Намибии, в котором танки дрались с танками. Кубинцы собрали все свои бронесилы, способные противостоять атаке противника – четырнадцать Т-54 и один Т-55 (с личным именем «Бартоломью») командира бронегруппы подполковника Чиро Гомеса Бетанкура. Во время передвижения несколько машин застряло в песках, поэтому к полю битвы смогли добраться только семь Т-54 и «Бартоломью».
Сражение протекало ожесточённо, и кубинцы потеряли шесть Т-54. Три из них подбили бойцы УНИТА из гранатомётов РПГ-7, ещё три – южноафриканские «олифанты». Из восьми машин уцелели лишь один Т-54 и повреждённый «Бартоломью», а 14 кубинских танкистов погибло (это стало крупнейшей потерей «Острова свободы» за всё время обороны Куито-Куанавале).
Однако эти потери были не напрасны – наступление остановилось, а южноафриканцы лишились десяти «олифантов» и четырёх «рателей» (известно, что в одном из БТРов от прямого попадания сдетонировал боезапас, и все четыре члена экипажа погибли). Точные потери среди танкистов остальных подбитых машин неизвестны, так как южноафриканцы объявили о девяти раненых, что, мягко говоря, маловероятно. Что же касается техники, то они признали потерю лишь одного взорвавшегося «Рателя», которую невозможно было скрыть, и одного «Олифанта», который, по данным южноафриканских источников, позже был восстановлен.
Южноафриканские генералы распорядились эвакуировать с поля боя всю технику, которую только возможно было транспортировать. Впоследствии это позволяло им со спокойной душой фальсифицировать результаты боёв.
Танк Т-55, сгоревший под Куито-Куанавале. Сражение показало значительное преимущество Т-54/55 перед «олифантами» – они были быстрее тяжёлых и неповоротливых южноафриканских танков. Кубинские экипажи смогли добиться множества попаданий, но подавляющее численное превосходство противника решило исход боя. Тем не менее, отчаянная атака кубинских танкистов привела к тому, что южноафриканцы вновь остановили своё продвижение вперёд, а подразделения УНИТА вынужденно покинули занятые траншеи. 15 февраля бойцы УНИТА сбили очередной кубинский МиГ-23, а его пилот Джон Родригес погиб.
19 февраля южноафриканцы в третий раз пошли на штурм. Атаке подверглись 25-я и 59-я бригады ФАПЛА, но им удалось отбросить противника (в ЮАР опять признали потерю только одного «Рателя» и одного «почти уничтоженного» «Олифанта»). Один южноафриканский «Мираж» пытался поддержать наступление, но сначала его подбила ракета, выпущенная из ПЗРК «Стрела-3», а затем – доконала кубинская ЗСУ-23-4 «Шилка» (пилот Эд Эвери погиб). В ЮАР долгое время считали, что этот самолёт сбила ЗСУ 9К35 «Стрела-10».
24 февраля состоялась четвёртая атака. Первоначально удача сопутствовала южноафриканцам (они заявили о 172 погибших ангольских солдатах и семи уничтоженных танках), но позже их войска остановились, не выдержав обстрела тяжёлых 130-мм гаубиц, а также огня вкопанных в землю танков. В ЮАР признали потерю двух БТР и двух «почти уничтоженных» «олифантов», а ещё четыре «олифанта» и один «Ратель» были сильно повреждены (по информации южноафриканских СМИ, их эвакуировали с поля боя и отремонтировали). Как обычно, южноафриканцы признали самые минимальные потери в живой силе – всего троих убитых и десятки раненых.
Пехотинцы армии ЮАР проводят операцию по разминированию дороги. ВВС ЮАР в последний раз попытались захватить превосходство в воздухе, организовывая засады из большого числа «миражей» на одинокие «миги». В трёх отдельных эпизодах атаке подверглись три МиГ-23, но всем им удалось уйти от ракет противника, а после подхода к «мигам» подкреплений «миражи» каждый раз ретировались. Эта последняя значительная акция ВВС ЮАР подтвердила полное превосходство кубинских пилотов в небе над Анголой.
29 февраля началась пятая атака южноафриканских войск. Первоначально нападавшим какое-то время удавалось продвигаться вперёд, но атака снова была отражена. Радиоразведка ФАПЛА перехватила сообщение о том, что только в день начала атаки южноафриканцы потеряли 20 человек убитыми и 59 – ранеными. В ЮАР же в очередной раз «раздули» потери своих противников (до 800 убитых и семи уничтоженных танков).
17 марта погиб пилот Эрнесто Чавес, чей МиГ-23 сбила южноафриканская 20-мм зенитная самоходная установка «Иестреварк» – ЗСУ производства ЮАР, созданная на базе БТР «Буффель», который, в свою очередь, собрали на базе южноафриканского грузового автомобиля повышенной проходимости SAMIL 20 Mk.II Bulldog (лицензионная версия немецкого Magirus Deutz 130M7FAL). Сбитый самолёт Эрнесто Чавеса оказался единственной победой ПВО ЮАР в сражении за Куито-Куанавале.
19 марта во время одиночного разведывательного полёта погиб пилот «Миража» Вилли ван Копенгаген, чей самолёт был сбит ангольскими ПВО.
23 марта 1988 года произошла последняя, наиболее массированная атака южноафриканских сил на Куито-Куанавале, которая закончилась поражением, носящим в ЮАР название «катастрофы под Тумпо». Атакующие части УНИТА несли большие потери, а атаки армии ЮАР были неэффективны. Южноафриканцы признали потерю шести своих танков, один из которых был уничтожен, ещё два – почти уничтожены, а три, подорвавшиеся на минах, захватили ангольско-кубинские войска.
Один из трёх «олифантов», подорвавшихся на минном поле 23 марта 1988 года. Историки часто цитируют фразу Фиделя Кастро об этом бое: «Южноафриканская авиация не смогла действовать из-за плохой погоды, зато в воздухе были юаровские танки». Один из «летавших» танков отправили в СССР для всестороннего изучения.
Боксёрская тактика кубинцев
Пока основные южноафриканские силы увязли под Куито-Куанавале, кубинское командование готовило контрудар, в котором основная ставка делалась на бросок подразделений танков Т-55 и Т-62 (последних в Анголу привезли всего батальон – 32 единицы) в обход группировки противника, сконцентрированной перед посёлком. Фидель Кастро говорил, что его экспедиционный корпус действовал «подобно боксёру, который левой рукой сдерживает противника, а правой бьёт». К февралю-началу марта кубинцы подтянули дополнительные силы к Куито-Куанавале.
Уже 27 мая кубинские МиГ-23 нанесли первый бомбовый удар по южноафриканским позициям около Калуэке, в 11 км севернее рубежа, разделявшего Анголу и Намибию. Через несколько часов после этой атаки южноафриканцы были вынуждены взорвать мост на пограничной реке Кунене – они боялись, что кубинские танки ворвутся по нему на намибийскую территорию. 
Южноафриканская мотопехота на марше Претория запросила мира, и 22 декабря 1988 года в Нью-Йорке было подписано соглашение о синхронном выводе с территории Анголы и Намибии кубинских и южноафриканских войск.
Итоги войны
Оценка общего количества солдат и вооружений, принявших участие в боях при Куито-Куанавале – весьма непростое занятие. Если в ЮАР фальсифицировали цифры, занижая количество своих войск и потерь и завышая потери противника, то по УНИТА какая-либо статистика отсутствует. Также непонятно, насколько можно доверять ангольским и кубинским данным. Кроме того, в боевых частях всех противоборствующих армий происходила постоянная ротация личного состава, поэтому общее число людей, принявших участие в сражении, значительно превышает количество тех, кто одномоментно находился в зоне боевых действий в тот или иной день.
По информации, предоставляемой ангольцами, при осаде посёлка погибло 900 африканцев из ФАПЛА, а также намибийцев и чернокожих южноафриканцев, воевавших на стороне правительства Анголы. Кубинцы потеряли 39 человек. Помимо этого союзники лишились шести танков и четырёх самолётов МиГ-23. Возможно, было уничтожено какое-то количество танков (в основном Т-34-85), использовавшихся защитниками посёлка в качестве неподвижных огневых точек, однако речь никак не может идти о двадцати четырёх машинах, заявленных южноафриканцами.
Три танка Т-54, захваченных южноафриканцами Южноафриканцы оценивали потери ангольцев и кубинцев в 4 785 человек (уже точность цифры вызывает сомнения – знать потери противника с точностью до человека они наверняка не могли, так как посёлка не взяли). Среди своих потерь южноафриканцы первоначально признавали 31 человека и 3 000 боевиков УНИТА, а позже добавили к числу погибших список из 12 солдат подразделений SWATF (Южноафриканских оккупационных сил в Намибии).
Однако недавние исследования, проведённые правительством ЮАР, позволили составить поименный список из 715 человек, призванных в южноафриканские ВС в период сражения за Куито-Куанавале, не вернувшихся из армии домой, но при этом и не попавших в список погибших в боевых действиях.
Похожая ситуация сложилась и с бронетехникой – южноафриканцы признали потерю только трёх танков (поскольку они достались ангольцам в виде трофеев), а также одиннадцати БТРов и бронемашин. Всю остальную технику они эвакуировали и во всех своих источниках указывали, что значительная её часть была отремонтирована и возвращена в строй. Количество же ремонтонепригодной техники, пошедшей на запчасти и ремкомплекты, никогда в ЮАР не озвучивалось.
БМП «Ратель» 61-го мехбатальона армии ЮАР, захваченный кубинцами 27 июня 1988 года.
На снимке – 1-й заместитель ГВС в Анголе, советники начальника Генштаба ФАПЛА генерал-
лейтенант Валерий Беляев и его переводчик капитан Сергей Антонов. 1988 год. По оценкам ангольцев, их противник потерял 24 танка и 21 БТР и бронемашину (включая признанные южноафриканцами). ВВС ЮАР лишились семи самолётов, а ВС – семи разведывательных беспилотников. Значительные количество дальнобойных 155-мм орудий G-5 и САУ G-6 (24 единицы) также было уничтожено (в основном ударами с воздуха) или же их бросили поспешно отступавшие войска. Потери боевиков УНИТА кубинцы и ангольцы оценивают в 6 000 человек.
По официальным данным, в период с 1975 до 1991 год в Анголе погибли и умерли 54 гражданина СССР, в том числе 45 офицеров, 5 прапорщиков, 2 солдата срочной службы и двое служащих. За этот же период были ранены 10 человек, а один советский военнослужащий (прапорщик Н. Ф. Пестрецов) в августе 1981 года попал в плен и провёл около полутора лет в тюрьмах ЮАР.
Оборона Куито-Куанавале и последовавший за ней танковый рейд кубинских войск поставили точку в войне за свободу Намибии. 21 марта 1990 года в присутствии Генерального секретаря ООН и президента ЮАР была провозглашена её независимость.
URL записиАпофеозом гражданской войны в Анголе и Войны за независимость Намибии стала оборона ангольскими правительственными войсками, кубинскими воинами-интернационалистами и военными советниками из СССР посёлка Куито-Куанавале. С октября 1987 по июнь 1988 года здесь продолжалось крупное сражение с массированным использованием бронетехники, артиллерии и авиации.
Читать дальшеИстория Африки второй половины XX века полна кровавых конфликтов и жестоких войн. Особенно бурно события протекали на юге «Чёрного континента» – здесь в 70-е годы СССР начал оказывать поддержку молодой Ангольской республике, что шло вразрез с интересами ЮАР и Родезии. Это были последние африканские страны, управлявшиеся «белыми» правительствами, и на их территории процветала расовая сегрегация и дискриминация «чёрного» большинства.
«Советы» идут на «Чёрный континент»
Весной 1974 года в Португалии произошла «Революция гвоздик», после чего метрополия предоставила свободу всем своим колониям. 11 ноября 1975 года о своей независимости объявила Ангола. Первым президентом страны стал глава Народного движения за освобождение Анголы (порт. Movimento Popular de Libertação de Angola, далее – МПЛА) Агостиньо Нето. Его партия поддерживала тесный контакт с СССР и придерживалась марксистского курса.
На юге Ангола граничит с Намибией, которая ещё во время Первой мировой войны была оккупирована южноафриканскими войсками. В 60-е годы племенные вожди Намибии создали Народную организацию Юго-Западной Африки, (англ. South-West Africa’s Peoples Organization, далее – СВАПО), главной целью которой ставилось освобождение Намибии из-под гнёта захватчиков. Военное крыло СВАПО – Народно-освободительная армия Намибии (англ. People’s Liberation Army of Namibia, далее – ПЛАН) начало партизанскую войну против белых полицейских, и правительство ЮАР ввело в страну войска.
С обретением Анголой независимости и приходом там к власти партии марксистского толка в Претории осознали, что намибийские месторождения полезных ископаемых оказались под угрозой. Поэтому руководство ЮАР начало оказывать поддержку противникам МПЛА – военным группировкам Национального союза за полную независимость Анголы (порт. União Nacional para a Independência Total de Angola, далее – УНИТА) и Национального фронта освобождения Анголы (порт. Frente Nacional de Libertação de Angola, далее – ФНЛА). В результате в Анголе разразилась затяжная гражданская война, длившаяся долгих двадцать восемь лет – с 1975 по 2002 год. Одновременно с этим на территории Анголы и Намибии шла Война за независимость Намибии (другое название – Южноафриканская пограничная война), которая закончилась только в 1989 году.
Как Ангола «встречала Октябрь»
Апофеозом обоих конфликтов стала оборона правительственными войсками Анголы, кубинскими воинами-интернационалистами и военными советниками из СССР посёлка Квито-Кванавале (советские ветераны этой войны используют другую транскрипцию – Куито-Куанавале). С октября 1987 по июнь 1988 года здесь продолжалось крупнейшее сражение в новейшей истории юга Африки с массированным использованием бронетехники, артиллерии и авиации.
Очередная эскалация конфликта началась 14 августа 1987 года с проведения правительственными войсками Анголы боевой операции «Встречаем Октябрь», направленной против боевиков УНИТА, укрепившихся в юго-восточных провинциях страны и поддерживаемых армией ЮАР. Предполагалось уничтожить основной аэродром снабжения УНИТА в посёлке Мавинге, отрезать их подразделения от границы (чтобы предупредить возможность оказания помощи со стороны ВС ЮАР), а затем разгромить.
Операция была разработана военными советниками из СССР и не предусматривала использование кубинского военного контингента, который ещё в 1975 году прибыл в Анголу для оказания помощи в защите страны от интервенции южноафриканцев. Наступление ФАПЛА (эта аббревиатура общепринята для армии Анголы) в южном направлении началось в районе посёлка Куито-Куанавале силами 25-й бригады, к тому времени уже развёрнутой к востоку от реки Куито, а также бригад №№16, 21, 47, 59, 66, 8, и 13, которые также привлекались для участия в операции. Общая численность наступавшей группировки составляла примерно 10 000 человек и 150 танков.
В состав каждой ангольской пехотной бригады входила рота танков, состоявшая из семи машин Т-54/Т-55. Кроме того, моторизованные бригады имели на вооружении боевые машины пехоты. В наступлении участвовал первый в истории Анголы отдельный танковый батальон, состоявший из двадцати двух танков – три роты по семь машин плюс один командирский танк.
Т-55 преодолевает сложный участок дороги
В среднем, ангольцы преодолевали 4 км ежедневно, делая остановки по 16 часов. В колоннах присутствовали военные советники из СССР, координировавшие действия ангольцев.
Для превращения нескольких тысяч африканцев в боевую единицу обычно хватало следующих советских специалистов:
- советника командира бригады;
- советника начальника политотдела бригады;
- советника начальника штаба бригады;
- советника начальника артиллерии бригады;
- одного или двоих советников командиров батальонов бригады;
- переводчика;
- специалиста-техника бригады.
Первоначально ангольским войскам противостояли 8 000 бойцов УНИТА, с которыми подразделения ФАПЛА вполне успешно справлялись. Большая часть подразделений по обе стороны фронта состояла из слабо мотивированных крестьян, мечтавших поскорее оказаться дома. И хотя эти люди относительно успешно воевали друг с другом, при виде вооружённых белых они испытывали настоящий страх. Зная о боевых качествах коренных африканцев, руководство ЮАР перебросило к Мавинге 4 000 солдат регулярной армии, бронетехнику и артиллерию (в дальнейшем этот военный контингент увеличивался). Данная операция южноафриканских сил носила кодовое название «Модулар».
Ангольские войска постепенно оттесняли боевиков УНИТА на юг, продвигаясь к реке Ломба, а те, в свою очередь, пытались прервать снабжение колонн противника, организовывая в их тылу засады, минируя дороги и наводя на наступавших южноафриканскую авиацию. 3 сентября произошло первое боестолкновение ангольцев с южноафриканскими силами – из зенитно-ракетного комплекса (далее – ЗРК) «Ромб» (экспортный вариант советского ЗРК «Оса» 9К33, по классификации НАТО – SA-8 Gecko) был сбит самолёт-разведчик ВВС ЮАР, при этом погибли два пилота.
Ангольская ЗРК «Оса» 9К33 с боевым расчётом на броне
Стороны потеряли пять Т-55 и три «Рателя» соответственно, при этом у южноафриканцев погибли восемь и были ранены четыре человека. Экипажи «Рателей» применили тактику «закруживания» неповоротливых танков, используя свою высокую скорость и проходимость. Но чтобы подбить Т-55, им требовалось попасть в него несколько раз из своих 90-мм орудий, в то время как одного 100-мм снаряда танковой пушки было достаточно, чтобы уничтожить БТР.
«Ратели» 61-й танковой группы (в армии ЮАР эти тяжеловооружённые БТР считаются танками)
Пилоты «Острова свободы» против южноафриканских «гринго»
В сентябре 1987 года в небе над южной частью Анголы вспыхнула настоящая воздушная война. Южноафриканцы пытались вернуть себе господство в воздухе, чтобы обеспечить последующее наступление, однако кубинские пилоты нанесли им поражение в нескольких воздушных боях.
Сначала истребитель МиГ-23 сбил бомбардировщик Atlas Impala Mk 2 (южноафриканскую версию итальянского учебного самолёта Aermacchi MB.326М), а потом пилот Эдуардо Гонзалес Сарриа сбил Dassault Mirage F1. Бравые пилоты ВВС ЮАР жаждали реванша, но 10 сентября в двух воздушных боях кубинцам удалось избежать потерь, несмотря на ракеты, выпущенные по их самолётам.
Impala Mk 2 южноафриканских ВВС.
Два ангольских вертолёта, вылетевшие на помощь, из-за начавшегося обстрела приземлиться не смогли (точнее, побоялись пилоты), и, несмотря на все старания полевых медиков, ночью 26 сентября раненый умер.
27 сентября была проведена целая операция по эвакуации тела Олега Снитко, переросшая в воздушный бой. На рассвете два вертолёта (один из них пилотировал советский экипаж, второй – ангольский) под прикрытием пары МиГ-23 вылетели в точку, указанную советниками 21-й бригады. Пока вертолёты грузились, «миги» с кубинскими пилотами вступили в противоборство с парой «миражей». Дж. С. С. Годин на МиГ-23 повредил «Мираж» после того как увернулся от пущенной в него ракеты, а Альберто Лей Ривас подбил второй.
Кубинский пилот самолёта МиГ-23 Алберто Лей Ривас после очередной воздушной
победы над южноафриканским «Миражом». Аэродром Куито-Куанавале, 1987 год
Вертолёт Aérospatiale SA 330 Puma южноафриканских ВВС
Неудачи на пути к «Октябрю»
В это время армия ЮАР начала подтягивать к театру боевых действий более тяжёлое вооружение – танки Olifant Mk.1A (модернизированные на южноафриканских предприятиях британские машины Centurion). В ЮАР на них установили 105-мм пушки L7A1 (вместо 83-мм), лазерные дальномеры, баллистические вычислители, 81-мм дымовые гранатомёты, а также новейшие приборы наблюдения и наведения.
Английские двигатели «Метеор» заменили американскими дизелями AVDS-1750, установили гидромеханическую трансмиссию, увеличили ёмкость баков (в результате всех этих усовершенствований масса машин возросла с 51 до 56 тонн). При развёртывании подразделений «олифантов» два из них подорвались на минах, однако никто из танкистов не пострадал благодаря хорошему бронированию днища этих машин.
Колонна тяжёлых танков «Олифант» ВС ЮАР вступает в Анголу, 1988 год.
Водителю всё же удалось увести машину на другой берег Ломбы – она ушла предпоследней и уцелела чудом (спустя несколько минут на позицию, где ранее располагались советские специалисты, ворвался головной бронетранспортёр АМL-90 войск ЮАР).
Пока наседавшего противника сдерживали бойцы отдельного танкового батальона, по повреждённому мосту на северный берег Ломбы перебирались бросившие свою технику ангольцы и «спешенные» советники. Танковый батальон ФАПЛА полностью погиб – по информации южноафриканских СМИ, пленные танкисты были переданы «унитовцам», и через несколько дней лидер УНИТА Жонаш Мальейру Савимби лично принял участие в их казни.
Боевики УНИТА
Южноафриканцы называют другие цифры потерь противника: 250 единиц уничтоженной, повреждённой и захваченной техники (3 ЗРК «Ромб», 2 ЗРК «Стрела-1», 18 танков, 3 инженерные машины, 16 БТР, 5 бронированных автомобилей, шесть 122-мм орудий, оборудование трёх лёгких батарей ПВО и 120 транспортных средств снабжения).
Точные потери самих южноафриканцев и бойцов УНИТА известны только им самим и явно не соответствуют опубликованным данным – 18 человек убитыми и 12 ранеными, 2 танка «Олифант», 4 БТР «Ратель» и один разведывательный самолёт. УНИТА потеряла 270 человек убитыми и значительное количество ранеными.
На переднем плане БТР (по другим классификациям – БМП) «Ратель» армии ЮАР
Посёлок в осаде
4 октября перешедшие реку Ломба южноафриканские войска продолжили теснить ангольские бригады на север и северо-запад. Чтобы затруднить снабжение военной группировки ФАПЛА, закрепившейся на северном берегу реки, в середине октября южноафриканцы подтянули к посёлку Куито-Куанавале (основной базе снабжения ангольской армии в этом регионе) дальнобойную артиллерию: буксируемые 155-мм пушки G-5 и унифицированные с ними 155-мм САУ G6 Rhino («Носорог»), 127-мм реактивные системы залпового огня (далее – РСЗО) Valkiri Mk 1.22. Артиллерия начала обстрел аэродрома, военных баз и самого посёлка.
Буксируемая 155-мм пушка G-5 и 155-мм САУ G-6 «Рино» армии ЮАР ведут огонь
В стремлении добиться победы южноафриканцы не останавливались ни перед чем, допуская даже использование оружия массового поражения. Участник тех боёв младший лейтенант Игорь Ждаркин записал в своем дневнике: «29 октября 1987 г. В 14.00 по радио получили страшное известие. В 13.10 противник обстрелял 59-ю бригаду снарядами, начинёнными химическими отравляющими веществами. Многие ангольские солдаты отравились, некоторые потеряли сознание, командир бригады кашляет кровью. Зацепило и наших советников. Ветер как раз дул в их сторону, многие жалуются на сильнейшие головные боли и тошноту.
Это известие нас не на шутку встревожило, ведь у нас нет даже самых завалящих противогазов, не говоря уже об ОЗК». При этом южноафриканские СМИ факт применения боевых отравляющих веществ отрицают.
В середине ноября 1987 года южноафриканские войска почти вплотную подошли к Куито-Куанавале, и начало его осады стало неизбежным. Осознавая это, правительство Кубы приняло решение срочно усилить кубинскую группировку в Анголе. С «Острова свободы» в Африку отправилась 50-я дивизия, оснащённая советскими танками Т-62. Помимо этого, был срочно увеличен контингент кубинских пилотов-истребителей, а из СССР в Анголу поступили новые партии самолётов МиГ-23, оружия, запасных частей и боеприпасов. Благодаря принятым мерам к двадцатым числам ноября продвижение южноафриканских войск и формирований УНИТА остановилось в 10 –15 км от Куито-Куанавале.
Аэродром в Куито-Куанавале, 1970-е годы
Здесь в земле отрыли целые городки, состоявшие из системы траншей, а также жилых, административных и хозяйственных землянок. К неприятностям, доставляемым обстрелами противника, добавились и такие типично африканские опасности, как змеи, норовящие занять постели прежде их хозяев, а также малярийные комары.
Для увеличения площади поражения южноафриканцы использовали бомбы и снаряды, снаряжённые стальными поражающими элементами – шариками или иглами. 27 ноября 1987 года в результате разрыва подобного снаряда, выпущенного из РСЗО «Валькирия» (снаряд начинялся взрывчаткой весом в 60 кг с 8500 металлическими шариками), погиб советник по организационно-мобилизационной работе при командующем военным округом полковник А. И. Горб.
«Ленд Ровер» с установленным на нём безоткатным орудием, захваченный бойцами ФАПЛА 3 октября 1987 года
127-мм реактивная система залпового огня «Валькирия»
Куито-Куанавале – ангольский Сталинград
К середине декабря боевые действия стихли – в Анголе начался сезон дождей. В этот период времени командование ВС ЮАР начало подготовку к «Операции Хупер» («Дикий лебедь»), в результате которой Куито-Куанавале должен был пасть. Ангольско-кубинско-советское командование тоже не сидело сложа руки. Ангольские и кубинские солдаты создали вокруг посёлка несколько линий обороны, состоявших из траншей и ДЗОТов, выкопали капониры для танков, заминировали дороги и подходы к посёлку.
К отражению массированных атак пехоты подготовили зенитные самоходные установки ЗСУ-23-4 «Шилка», которые оказались очень эффективными при отражении атак «живых волн» боевиков УНИТА.
ЗСУ-23-4 «Шилка»
Первая атака посёлка состоялась 13 января 1988 года. После разведки боем, которую провели бойцы УНИТА, на позиции 21-й ангольской бригады на реке Куатир (к северо-востоку от Куито-Куанавале) в атаку двинулась бронетехника армии ЮАР. Наступление началось успешно – после двухчасового боя 21-я и 51-я ангольские бригады были выбиты со своих позиций. Южноафриканцы заявили о 250 убитых ангольцах, семи подбитых и пяти захваченных ангольских танках и другой захваченной и уничтоженной технике.
Однако ни подвижных танков, ни неподвижных огневых точек в виде закопанной бронетехники на этом участке обороны в то время не было, так как свои танки 21-я и 51-я бригады оставили ещё осенью 1987 года на южном берегу реки Ломба. Очевидно, что южноафриканцы и в этот раз остались верны себе в «правдивой» оценке потерь противника.
Сами нападавшие потеряли два БТР «Ратель», когда во время авианалёта нескольких МиГ-21 и МиГ-23 кубинские пилоты уничтожили колонну южноафриканской бронетехники. Также были подбиты семь «олифантов», несколько БТР «Эланд» и буксируемых пушек. Контратака ангольской 21-й бригады, перегруппировавшейся на базе в Тумпо, позволила отбить несколько траншей, занятых бойцами УНИТА. В свете последнего факта поспешное заявление руководителей УНИТА, что им удалось захватить Куито-Куанавале, стало выглядеть, мягко говоря, не совсем правдоподобно.
Подбитый БТР «Эланд»
Очередной успешный налёт на южноафриканские силы кубинские «миги» осуществили 16 января, а 21 января боевики УНИТА сбили МиГ-23 пилота Карлоса Р. Переса.
14 февраля 1988 года начался второй приступ Куито-Куанавале. Южноафриканцы прорвали ангольскую линию обороны в районе расположения 21-й, 23-й и 59-й бригад. Подразделения ФАПЛА отступили к своей базе в Тумпо и закрепились на новых позициях вдоль одноимённой реки. Командование ВС ЮАР заявило о 230 уничтоженных ангольских солдатах, четырёх танках и четырёх БМП, и хотя эти данные не вполне отвечают реальным цифрам, потери ФАПЛА были действительно велики. Основной удар наносился по обороне 59-й бригады – её атаковали 40 танков «Олифант» и 100 (по другим данным – 98) БТР «Ратель» и «Касспир».
Южноафриканские танки в Анголе. Хорошо видны номера на башнях.
Сражение протекало ожесточённо, и кубинцы потеряли шесть Т-54. Три из них подбили бойцы УНИТА из гранатомётов РПГ-7, ещё три – южноафриканские «олифанты». Из восьми машин уцелели лишь один Т-54 и повреждённый «Бартоломью», а 14 кубинских танкистов погибло (это стало крупнейшей потерей «Острова свободы» за всё время обороны Куито-Куанавале).
Однако эти потери были не напрасны – наступление остановилось, а южноафриканцы лишились десяти «олифантов» и четырёх «рателей» (известно, что в одном из БТРов от прямого попадания сдетонировал боезапас, и все четыре члена экипажа погибли). Точные потери среди танкистов остальных подбитых машин неизвестны, так как южноафриканцы объявили о девяти раненых, что, мягко говоря, маловероятно. Что же касается техники, то они признали потерю лишь одного взорвавшегося «Рателя», которую невозможно было скрыть, и одного «Олифанта», который, по данным южноафриканских источников, позже был восстановлен.
Южноафриканские генералы распорядились эвакуировать с поля боя всю технику, которую только возможно было транспортировать. Впоследствии это позволяло им со спокойной душой фальсифицировать результаты боёв.
Танк Т-55, сгоревший под Куито-Куанавале.
19 февраля южноафриканцы в третий раз пошли на штурм. Атаке подверглись 25-я и 59-я бригады ФАПЛА, но им удалось отбросить противника (в ЮАР опять признали потерю только одного «Рателя» и одного «почти уничтоженного» «Олифанта»). Один южноафриканский «Мираж» пытался поддержать наступление, но сначала его подбила ракета, выпущенная из ПЗРК «Стрела-3», а затем – доконала кубинская ЗСУ-23-4 «Шилка» (пилот Эд Эвери погиб). В ЮАР долгое время считали, что этот самолёт сбила ЗСУ 9К35 «Стрела-10».
24 февраля состоялась четвёртая атака. Первоначально удача сопутствовала южноафриканцам (они заявили о 172 погибших ангольских солдатах и семи уничтоженных танках), но позже их войска остановились, не выдержав обстрела тяжёлых 130-мм гаубиц, а также огня вкопанных в землю танков. В ЮАР признали потерю двух БТР и двух «почти уничтоженных» «олифантов», а ещё четыре «олифанта» и один «Ратель» были сильно повреждены (по информации южноафриканских СМИ, их эвакуировали с поля боя и отремонтировали). Как обычно, южноафриканцы признали самые минимальные потери в живой силе – всего троих убитых и десятки раненых.
Пехотинцы армии ЮАР проводят операцию по разминированию дороги.
29 февраля началась пятая атака южноафриканских войск. Первоначально нападавшим какое-то время удавалось продвигаться вперёд, но атака снова была отражена. Радиоразведка ФАПЛА перехватила сообщение о том, что только в день начала атаки южноафриканцы потеряли 20 человек убитыми и 59 – ранеными. В ЮАР же в очередной раз «раздули» потери своих противников (до 800 убитых и семи уничтоженных танков).
17 марта погиб пилот Эрнесто Чавес, чей МиГ-23 сбила южноафриканская 20-мм зенитная самоходная установка «Иестреварк» – ЗСУ производства ЮАР, созданная на базе БТР «Буффель», который, в свою очередь, собрали на базе южноафриканского грузового автомобиля повышенной проходимости SAMIL 20 Mk.II Bulldog (лицензионная версия немецкого Magirus Deutz 130M7FAL). Сбитый самолёт Эрнесто Чавеса оказался единственной победой ПВО ЮАР в сражении за Куито-Куанавале.
19 марта во время одиночного разведывательного полёта погиб пилот «Миража» Вилли ван Копенгаген, чей самолёт был сбит ангольскими ПВО.
23 марта 1988 года произошла последняя, наиболее массированная атака южноафриканских сил на Куито-Куанавале, которая закончилась поражением, носящим в ЮАР название «катастрофы под Тумпо». Атакующие части УНИТА несли большие потери, а атаки армии ЮАР были неэффективны. Южноафриканцы признали потерю шести своих танков, один из которых был уничтожен, ещё два – почти уничтожены, а три, подорвавшиеся на минах, захватили ангольско-кубинские войска.
Один из трёх «олифантов», подорвавшихся на минном поле 23 марта 1988 года.
Боксёрская тактика кубинцев
Пока основные южноафриканские силы увязли под Куито-Куанавале, кубинское командование готовило контрудар, в котором основная ставка делалась на бросок подразделений танков Т-55 и Т-62 (последних в Анголу привезли всего батальон – 32 единицы) в обход группировки противника, сконцентрированной перед посёлком. Фидель Кастро говорил, что его экспедиционный корпус действовал «подобно боксёру, который левой рукой сдерживает противника, а правой бьёт». К февралю-началу марта кубинцы подтянули дополнительные силы к Куито-Куанавале.
Уже 27 мая кубинские МиГ-23 нанесли первый бомбовый удар по южноафриканским позициям около Калуэке, в 11 км севернее рубежа, разделявшего Анголу и Намибию. Через несколько часов после этой атаки южноафриканцы были вынуждены взорвать мост на пограничной реке Кунене – они боялись, что кубинские танки ворвутся по нему на намибийскую территорию.
Южноафриканская мотопехота на марше
Итоги войны
Оценка общего количества солдат и вооружений, принявших участие в боях при Куито-Куанавале – весьма непростое занятие. Если в ЮАР фальсифицировали цифры, занижая количество своих войск и потерь и завышая потери противника, то по УНИТА какая-либо статистика отсутствует. Также непонятно, насколько можно доверять ангольским и кубинским данным. Кроме того, в боевых частях всех противоборствующих армий происходила постоянная ротация личного состава, поэтому общее число людей, принявших участие в сражении, значительно превышает количество тех, кто одномоментно находился в зоне боевых действий в тот или иной день.
По информации, предоставляемой ангольцами, при осаде посёлка погибло 900 африканцев из ФАПЛА, а также намибийцев и чернокожих южноафриканцев, воевавших на стороне правительства Анголы. Кубинцы потеряли 39 человек. Помимо этого союзники лишились шести танков и четырёх самолётов МиГ-23. Возможно, было уничтожено какое-то количество танков (в основном Т-34-85), использовавшихся защитниками посёлка в качестве неподвижных огневых точек, однако речь никак не может идти о двадцати четырёх машинах, заявленных южноафриканцами.
Три танка Т-54, захваченных южноафриканцами
Однако недавние исследования, проведённые правительством ЮАР, позволили составить поименный список из 715 человек, призванных в южноафриканские ВС в период сражения за Куито-Куанавале, не вернувшихся из армии домой, но при этом и не попавших в список погибших в боевых действиях.
Похожая ситуация сложилась и с бронетехникой – южноафриканцы признали потерю только трёх танков (поскольку они достались ангольцам в виде трофеев), а также одиннадцати БТРов и бронемашин. Всю остальную технику они эвакуировали и во всех своих источниках указывали, что значительная её часть была отремонтирована и возвращена в строй. Количество же ремонтонепригодной техники, пошедшей на запчасти и ремкомплекты, никогда в ЮАР не озвучивалось.
БМП «Ратель» 61-го мехбатальона армии ЮАР, захваченный кубинцами 27 июня 1988 года.
На снимке – 1-й заместитель ГВС в Анголе, советники начальника Генштаба ФАПЛА генерал-
лейтенант Валерий Беляев и его переводчик капитан Сергей Антонов. 1988 год.
По официальным данным, в период с 1975 до 1991 год в Анголе погибли и умерли 54 гражданина СССР, в том числе 45 офицеров, 5 прапорщиков, 2 солдата срочной службы и двое служащих. За этот же период были ранены 10 человек, а один советский военнослужащий (прапорщик Н. Ф. Пестрецов) в августе 1981 года попал в плен и провёл около полутора лет в тюрьмах ЮАР.
Оборона Куито-Куанавале и последовавший за ней танковый рейд кубинских войск поставили точку в войне за свободу Намибии. 21 марта 1990 года в присутствии Генерального секретаря ООН и президента ЮАР была провозглашена её независимость.
(С.) Алексей Стаценко
@темы: Кросспост, Интересное