"За стенами этих концлагерей проживались бедные одинокие жизни"
Немножко об офицерских лагерях для военнопленных в Сибири, 1914-1917 гг. Из очерков секретаря американской благотворительной организации, работавшего там в 1917-1918 гг.:

«Когда мы сравним этих пленных офицеров в Сибири, где иногда нет ни горы, ни холма, ни дерева им в утешение — ничего, кроме унылых, засыпанных снегом равнин, — с их товарищами в Англии, стране, в которой в их пользование предоставлены поместья, мы видим пример того, что судьба и удача означают на войне.
За стенами этих концлагерей проживались бедные одинокие жизни. Я знал одного майора, чьим главным занятием в неволе стало собирание сигарных бантов, другие обращали всё свое внимание на коллекционирование марок. Незначительные вещи занимали огромное место в жизни этих людей. Другой майор хранил часы, на которых все еще было установлено австрийское время (он попал в плен три года тому назад), и он сказал мне с радостью, что никогда не переводил их. Всё здесь сделано с наивысшей степенью заботливости, медленно, потому что у военнопленных много времени. Написанные от руки письма выглядят как отпечатанные в типографии. Они расцвечены красными и чёрными чернилами, то тут, то там попадается подчёркнутое слово. Писать такое письмо было облегчением; поэтому для военнопленного было важно потратить на этот процесс максимальное количество времени.

Другие пленные проводили полдня со своей собакой, дрессируя её различным фокусам, так что иногда собаки становились лагерными знаменитостями. А затем общественное мнение в лагере могло расколоться вследствие того, что у военнопленного «А» собака приносила щенят, он дарил их своему другу, и щенята начинали портить маленькие огороды, которые устраивали товарищи этих пленных. Поэтому лагерь мог разделиться на владельцев собак и тех, у кого их не было, и дело могло принять серьезный оборот. Некоторые собаки могли таинственно исчезнуть без следа, и это происшествие становилось главной темой для разговоров на протяжении месяцев.

В других случаях читать дальшесвиньи могли быть вместо собак и приковывать внимание всех. Одна группа военнопленных, питающихся за одним столом, решила разводить свиней, и их примеру вскоре последовали и другие группы военнопленных. Но свиньи принесли в лагерь огромные трудности. Лагерь был очень маленький, и одна группа заключенных использовала в качестве загона для свиней пространство между двумя теннисными кортами, а другая – место рядом с госпиталем. Это вызвало протесты доктора и президента теннисного клуба, поэтому всех свиней собрали в один загон. Всё шло хорошо, пока свиньи были маленькими, но потом возникла проблема, как разделить их туши между австрийской и венгерской группами военнопленных. Кто-то всерьёз предложил раскрасить половину свиней в жёлтый и чёрный (австрийские национальные цвета), а другую половину в красный, белый и зеленый (венгерские национальные цвета), чтобы можно было различать животных. Закончилось всё тем, что начальник лагеря запретил держать в лагере свиней, и следующие несколько недель весь лагерь ел одну свинину.

В другой раз офицеры в одном лагере захотели возвести памятник — мемориал погибшим на войне. Был нарисован эскиз памятника, на каждой из четырех сторон которого планировалось выгравировать одинаковую надпись - посвящение соответственно на немецком, австрийском, турецком и русском языках. Все были довольны, но внезапно некий венгерский еврей предложил, чтобы была сделана надпись и на иврите. По этому поводу было проведено много собраний, но никакого решения так и не нашли, ведь у памятника было всего четыре стороны! Лагерь разделился на две фракции, «за» и «против» евреев. Один венгерский еврей, пытаясь разрешить спор мирным путём, предложил, чтобы надписи на иврите и венгерском языке были выгравированы вместе на одной стороне памятника потому, что большинство венгерских офицеров запаса были евреями. Это предложение вызвало великое изумление, и проблема осталась нерешенной, а памятник – непостроенным.

Ряд благотворительных организаций, таких как Датский и Шведский Красный Крест, а также международный комитет YMCA, попытались осветить искрой надежды эту беспросветную жизнь, в результате чего бараки Красного Креста и Красного треугольника (Полумесяца? - G.) — это самые популярные места в лагере для военнопленных. В них находятся театральные залы для выступлений и концертов, обувная мастерская, переплетная мастерская, столярный цех, художественная мастерская, кладовые, и т.д., и т.д. Всё выглядит игрушечным, примитивным, но эффективным. И, разумеется, в этих бараках есть библиотека из нескольких тысяч томов, в которой каждый день берут по нескольку сотен книг; помещения для занятий, в которых преподаются как школьные предметы, так и семь или восемь иностранных языков, право, математика, гигиена и многие другие университетские курсы. Всё очень примитивно, помещения для занятий маленькие, трудности, с которыми сталкиваются, велики. Однако ко всему здесь относятся серьезно, и постоянно производятся улучшения. В помещении для церкви установлен небольшой орган, и католики так же, как протестанты и иудеи, проводят там свои религиозные службы. Но подлинной гордостью YMCA является кухня, «американская кухня», как её называют во всех лагерях. Именно в ней многие из тех, кто был в госпиталях и всё ещё слишком слаб, чтобы встать на ноги на русском пайке, будут получать сытный обед в течение нескольких дней. Именно в ней бедняки, те, кто не получает никаких денежных переводов из дома, получат бесплатную еду. Именно в ней те из военнопленных, кто более удачлив и имеет в своем распоряжении несколько копеек, могут потратить их на покупку дополнительной еды. И именно в ней, опять-таки, установлены наиболее совершенные порядки. Все пленные занесены в каталог, и каждый съеденный обед заносится им на индивидуальный счет. Исполнительный комитет ведет контроль за записями, и членам комитета достаточно просто заглянуть в картотеку, когда военнопленный «А» жалуется, что с военнопленным «Б» обращаются лучше.
В некоторых лагерях есть катки, на которых играют в хоккей, а теннис, футбол, бейсбол и пинг-понг практикуются повсеместно.

Мясо должно быть закуплено, материалы для пошива обуви и одежды – заказаны; в оркестр, театр и школу должны быть поставлены ноты, музыкальные инструменты, книги и бумага; бухгалтерские счета должны быть утверждены, должны быть проведены конференции с участием Генерального штаба, с участием начальников лагерей и комитетов самоуправления военнопленных — и всё это в каждом из пяти или шести лагерей, которые прикреплены к одному секретарю
YMCA. Это хлопотная жизнь, жизнь секретаря YMCA. День за днём он проводит в поезде потому, что один лагерь для военнопленных находится на расстоянии сотен миль от другого, но высокая оценка его работы, которую дают везде, где он побывал, компенсирует ему те многочисленные бессонные ночи и тягостные дни, которые он проводит в российских почтовых поездах. Он чувствует, что даже после всего пережитого, он не является тем человеком, которого должен благодарить военнопленный. Он – всего лишь инструмент, посредством которого пленным доставляются товары, деньги и помощь. За его спиной стоит большая организация, стоят тысячи жертвователей, которые поддерживают эту организацию. Именно их должны благодарить военнопленные.

Столяр, обувщик, художник — все они имеют возможность заниматься своим трудом. Многие другие получают шанс выучить иностранный язык или дополнить свое образование чем-то ещё. Маленькая театральная труппа ставит самые современные пьесы. Музыкант обеспечен своим любимым музыкальным инструментом и нотами. Спортсмен получает мяч, чтобы играть, а студент – книгу, чтобы читать. Добиться того, чтобы пленные были постоянно чем-то заняты, ведь занятость спасет их рассудок от помрачения, не даст их мозгам «заржаветь» — вот самая важная задача.
Можете ли Вы по достоинству оценить то, что сделала YMCA? Осознаёте ли Вы, что она спасла рассудок сотен пленных?»

(c) Йохан В. Принс. Жизнь в сибирских лагерях для военнопленных [Prins, Johan W. Life in Siberian prison camps // Scribner's magazine. Vol. 64. № 6 (Dec. 1918). P. 695 – 705.]

Автор публикуемого очерка – голландец Йохан В. Принс. О нём доподлинно известно только то, что высшее образование он получил на родине – в престижном Лейденском университете, затем продолжил свое обучение в США, где удостоился степеней бакалавра права и магистра гуманитарных наук. Как секретарь YMCA ((The Young Men's Christian Association, далее — YMCA) Принс прибыл в Россию в 1917 г., оказавшись, вероятно, одним из тех нейтральных волонтёров союза, которые должны были заменить американцев. В декабре 1917 г. Принс принял решение уехать из охваченной огнем большевистской революции Москвы в Сибирь. Его очерк о жизни военнопленных в лагерях Сибири отчасти основан на личных наблюдениях, полученных зимой 1917 – 18 гг., тогда как события 1915– 16 гг. автор воспроизводил со слов своих коллег.

Цит. по: Военнопленные Первой мировой войны на Востоке России: взгляд Йохана Принса.//Диалог со временем: Альманах интеллектуальной истории. 2014. Выпуск 47. С.349-350.