28.01.2015 в 19:36

Пишет  N.K.V.D.:

Маленькие успехи большого поражения.

Проблемы французских танковых дивизий в мае 1940 года удивительно схожи с трудностями, с которыми через год столкнутся мехкорпуса РККА: плохо обученные экипажи танков; подразделения на стадии формирования и замены техники; недостаток запасных частей, топлива и снарядов; отсутствие радиосвязи; недостаток транспорта; нехватка пехоты для прикрытия флангов и тылов. Подобные недостатки в организации войск и их снабжении были общей бедой всех армий того времени10 мая 1940 года закончилось мирное противостояние на франко-немецкой границе. Хотя Франция и Англия объявили войну Третьему Рейху еще 3 сентября 1939 года, не было ни одной попытки французских войск или британского экспедиционного корпуса атаковать противника. За этот период, названный в историографии «Странной войной», Третий Рейх успел захватить Польшу, Данию и почти всю Норвегию. В мае 1940 года пришел черед Бельгии, Голландии, Люксембурга и Франции.

Немецкий удар исподтишка
По замыслу Генерального штаба Вермахта основной ударной силой немецких войск должна была стать танковая группа генерал-полковника Эвальда фон Клейста. В отличие от Польской кампании, где немецкое командование оперировало отдельными танковыми соединениями до уровня дивизии, во Франции впервые была опробована тактика танкового клина, основную ударную силу которого составляла танковая группа. Группа Клейста состояла из двух танковых корпусов (под командованием генералов Георга Райнхардта и Хайнца Гудериана) и моторизованного корпуса генерала Густава фон Виттерсгейма. В состав группы входили пять из десяти танковых дивизий, имевшихся у Германии в то время, и три моторизованные дивизии. В общей сложности эти части имели на вооружении 1250 единиц бронетехники (танков и бронетранспортеров).

(Расположение сил Вермахта и союзников на 09.05.1940. Самая южная и самая
длинная штрих-пунктирная линия – путь продвижения танковой группы Клейста)

Основной задачей танковой группы Клейста было прорваться через Люксембург и, совершив 400-километровый марш в направлении Абвиля, достигнуть устья реки Соммы. Это дало бы возможность отсечь голландскую, бельгийскую армии, британский экспедиционный корпус и северную группировку французских войск от основных французских сил, расположенных южнее.


Как де Голль «вскочил в уходящий поезд»
В то же время, французские бронетанковые силы строились по совсем другому принципу. Первоначально, согласно концепции, принятой во французской армии, танки должны были использоваться исключительно как средства поддержки пехоты. Поэтому во французской армии не было ни танковых дивизий, ни танковых корпусов, ни, тем более, танковых армий и групп. Лишь перед самым нападением Германии начался процесс формирования отдельных танковых дивизий. Этот процесс был в разгаре, когда немецкие танки, перевалившие через Арденны, вовсю громили войска союзников.

4-й кирасирской дивизией (далее – 4-я DCR) – кирасирскими у французов назывались бронетанковые подразделения – командовал ветеран Первой мировой войны и известный военный теоретик того времени полковник Шарль де Голль, будущий президент Франции.

(Будущий 18-й президент Франции полковник Шарль де Голль показывает свои танки
15-му президенту Франции Альберу Лебрену, посетившему 5-ю армию 23 октября 1939 года)

Полковник де Голль получил приказ принять командование над 4-й DCR 11 мая 1940 года, на второй день после нападения Германии. На тот момент дивизии как таковой еще не существовало – ее подразделения находились в пути, и из них еще предстояло создать единую боевую часть. По плану командования дивизия должна была выдвинуться к городу Лан на севере Франции, и там помочь 6-й армии (спешно формируемой из подразделений, снятых с восточного участка фронта) организовать оборону по рекам Эн и Элет. Эта линия обороны должна была прикрыть Париж от немецкого наступления с северо-запада.

Де Голль поспешил выехать в Лан, где энергично принялся за формирование дивизии. Однако не все зависело от его усилий. Различные подразделения продолжали поступать в дивизию вплоть до 28 мая – времени, когда она уже полторы недели как участвовала в боях. Только к 17 мая в распоряжение де Голля поступили первые три танковых батальона.

(Французский офицер-танкист руководит погрузкой танка Renault R35 на железнодорожную платформу)

На вооружении 46-го батальона имелось 35 тяжелых танков Renault B1bis, и он был усилен отдельной 345-й танковой ротой, укомплектованной танками Renault D2. Этот батальон был зачислен в 6-ю полубригаду дивизии. Два других батальона – 2-й и 24-й из 8-й полубригады были вооружены танками Renault R35 в количестве 90 машин.


«Кирасиры» останавливают танки
Между тем, 1-я и 2-я танковые дивизии корпуса Гудериана рвались на запад. Задачей немецкого танкового клина было, преодолев французскую оборону в районе Седана, одним мощным серповидным ударом отсечь всю северо-восточную группировку союзных франко-англо-бельгийских войск от основных французских сил, расположенных южнее, прижать ее к морю и ликвидировать. Забегая вперед, скажем, что этот немецкий план почти полностью удался. Только части группировки союзников удалось избежать уничтожения, с трудом эвакуировавшись из Дюнкерка.

Немецкие генералы утверждали, что только прямое вмешательство Гитлера не позволило им разгромить союзные войска, отступившие к Дюнкерку. Но пока еще танки Гудериана не дошли до Ла-Манша, и французское командование приказало формирующейся дивизии полковника де Голля немедленно перерезать пути снабжения продвигавшихся на запад немецких танковых войск.

(Схема атак 4-й DCR на Монкорне и Креси-сюр-Сер 17 и 19 мая 1940 года)

Согласно полученному от командования приказу, 17 мая 1940 года в 4:14 де Голль двинул свои скудные силы на северо-восток в направлении деревушки Монкорне. Она имела важное стратегическое значение, так как находилась на перекрестке дорог, ведущих к Реймсу, Лану и Сент-Квентину. Через деревню транзитом проходили грузы, снабжавшие 1-ю танковую дивизию Вермахта, входившую в XIX танковый корпус Гудериана. К полудню немецкие войска были выбиты из восточной части Монкорне с большими для себя потерями. Французы также потеряли часть своих танков, которые были подбиты немецкими танками и 37-мм противотанковыми орудиями Pak 36.

Прибывший к полудню в Лан 4-й егерский батальон тут же был направлен в местечко Шивр, находившееся между Ланом и Монкорне, для его зачистки от пехоты противника и обеспечения тылов танковых батальонов. Немецкие солдаты пропустили через свои позиции французские танки, не вступая с ними в боестолкновение, а теперь проявили себя, перерезав один из путей снабжения сил, атаковавших Монкорне.

(Французский бронеавтомобиль Panhard 178 (AMD 35) и его экипаж)

Туда же, прямо с колес, в ночь с 17 на 18 мая был отправлен и 10-й кирасирский (бронетанковый) разведывательный эскадрон, на вооружении которого было 48 разведывательных бронеавтомобилей AMD35, также известных под обозначением Panhard 178. Эти силы смогли выбить немцев из Шивра.

Но общее наступление французов остановилось. В 18:00 подразделения де Голля были атакованы бомбардировщиками люфтваффе, а немецкая артиллерия била по французским позициям через реку Сер. Французские танки, попытавшиеся переправиться на западный берег Сер, попали под губительный огонь 88-мм зениток и были уничтожены. Не имея при наступлении поддержки от других подразделений французской армии, 4-я DCR была отведена де Голлем обратно в Лан.

Во время этого отступления была потеряна часть танков, израсходовавших весь запас топлива или же застрявших в болоте. Всего за время битвы за Монкорне французы потеряли 23 танка и до 200 человек. Оценки немецких потерь варьируются от 100 до нескольких сотен солдат и 130 пленных (эти данные приводит в своих мемуарах сам де Голль). Кроме того, во время этих боев было сожжено большое количество немецких автомобилей.


Вторая попытка «кирасиров»
Между тем немецкие войска продвигались дальше на запад вдоль реки Сер, и де Голль решил атаковать другой транспортный узел на пути снабжения немецких танковых дивизий – местечко Креси-сюр-Сер. 18 мая бронетанковые силы дивизии концентрировались севернее Лана. В это время в дивизию поступили новые подразделения – 3-й кирасирский полк, состоявший из двух эскадронов танков Somua S35 и 322-й артиллерийский полк в составе двух дивизионов 75-мм орудий.

(Немецкие солдаты и офицеры рассматривают французский легкий танк Renault R35, стоящий рядом с дорогой и полем.)

Проблемы французских танковых дивизий в мае 1940 года удивительно схожи с трудностями, с которыми через год столкнутся мехкорпуса РККА: плохо обученные экипажи танков; подразделения на стадии формирования и замены техники; недостаток запасных частей, топлива и снарядов; отсутствие радиосвязи; недостаток транспорта; нехватка пехоты для прикрытия флангов и тылов.

Подобные недостатки в организации войск и их снабжении – отнюдь не только советская проблема, а общая беда всех армий того времени, в том числе, и немецкой. Но если немецкие военные (после опыта перемещения больших масс техники во время аншлюса Австрии, оккупации Чехии, боевых действий в Польше, Дании и Норвегии) сумели отладить взаимодействие своих подразделений, то французы этого сделать не успели.

Но, несмотря на все проблемы, де Голль назначил наступление на 19 мая. На рассвете французские танки двинулись к Креси, быстро достигли реки Сер, но не смогли форсировать ее без пехоты и активной поддержки авиации и артиллерии. Между тем немецкие подразделения форсировали реку в районе деревни Монкорне, которую 4-я DCR оставила ранее, и в районе городка Марль. Немецкая мотопехота при поддержке танков, САУ и минометов атаковала дивизию де Голля во фланг. В то же время авиация постоянно бомбила французские боевые порядки.

(Французский легкий пехотный танк Char D2 №2055 «Алма», уничтоженный 19 мая 1940 года
в деревне Креси-сюр-Сер. Машина из состава 1-го взвода 345-й отдельной танковой роты.)

Накал боев достиг своего апогея. Танкисты де Голля, сами того не зная, чуть не разгромили штаб танкового корпуса генерал Гудериана.
Вот что вспоминал об этом сам Гудериан в своей книге «Воспоминания солдата»: «Угроза с фланга была незначительной; еще 16 мая мы знали о наличии французской бронетанковой дивизии, новом соединении генерала де Голля, которое, как уже упоминалось, впервые вступило в бой под Монкорне.
Де Голль подтвердил наши данные через несколько дней. 18 мая несколько танков из его дивизии подошли на 2 км к моему передовому командному пункту в Ольнонском лесу, охраняемому лишь несколькими 20-мм зенитными пушками. Я пережил пару часов в томительной неизвестности, пока эти грозные гости не повернули обратно».

(Гудериан в штабном броневике. На переднем плане видна шифровальная машина. Май 1940 года.)

Во второй половине дня де Голль получил приказ прекратить наступление и отходить в западном направлении. Французское командование планировало нанести встречные удары с севера и юга в районе Амьена и Арраса, чтобы отрезать танковые и моторизованные дивизии Вермахта, шедшие к Ла-Маншу и оторвавшиеся от своих основных сил.
Фактически, 4-я DCR была единственным резервом французских войск на этом участке фронта, но она не успевала сосредоточиться в необходимом районе ко времени нанесения удара, поэтому в наступлении принял участие только один ее танковый батальон. 21 мая британцы с севера и французские подразделения с юга попытались рассечь немецкий танковый клин, однако им это не удалось. В тот же день танки Вермахта вышли к Ла-Маншу, и первый этап немецкой операции «Удар серпом» был завершен.


Пирровы победы
В это время 4-я DCR продвигалась в направлении Ла-Манша. После неудачных контрударов в районе Амьена и Арраса французское командование надеялось ударом вдоль пролива прорвать немецкие порядки и деблокировать союзные войска, прижатые к морю в районе Дюнкерка. Находясь на марше, дивизия получала пополнения: 47-й батальон тяжелых танков Renault B1bis, 19-й батальон средних танков Renault D2. Последний у дивизии тут же отобрали, и именно он участвовал в неудачной попытке прорыва в районе Амьена.

(Французский танк Char B1-bis №391 «Краон», брошенный на марше в районе Шивр-Валя из-за неисправности
ходовой части. Машина из состава 3-го взвода 3-й роты 46-го танкового батальона 4-й танковой дивизии)

C дивизией продолжала марш лишь отдельная 345-я рота этого батальона, уже успевшая принять участие в контрударах 17 и 19 мая, в которых она потеряла 9 танков. Также в состав дивизии были включены 7-й моторизованный драгунский полк, дивизион 105-мм орудий, батарея зенитных орудий, 5 батарей 47-мм противотанковых пушек, 22-й пехотный полк колониальных войск и артиллерия 2-й кавалерийской дивизии.

24 мая полковник Шарль де Голль был произведен в бригадные генералы за контрудары, проведенные в районе Лана.

27 мая в 18:00 4-я DCR силой 140 исправных танков и шести пехотных батальонов пошла в атаку. Началась битва под Абвилем, в которой помимо дивизии де Голля участвовали подразделения 2-й DCR и 1-я бронетанковая дивизия британских войск. Общая численность танков союзников достигала 500 единиц, пехоты – четырех дивизий.

С наступлением ночи был практически ликвидирован немецкий плацдарм на южном берегу Соммы. Подразделения Вермахта отступили на север за реку, оставив большое количество техники и снаряжения. На южном берегу они удержали только господствующую над округой высоту Мон-Кобер и небольшую часть прилегающей территории.

(Немецкие солдаты и офицеры рассматривают подбитый французский средний танк
Somua S-35. Регистрационный номер танка – 10635, тактический номер – 33.)

Поздним вечером де Голль ужинал со своими офицерами в поспешно оставленном немцами замке Юпи. На столе вместо скатерти было расстелено немецкое знамя со свастикой. Но это был не более чем красивый жест. Все ужинавшие прекрасно понимали, что ситуация на фронте катастрофическая – Голландия и Бельгия капитулировали, в Дюнкерке началась эвакуация прижатых к морю английских и французских войск, которые потеряли все свое тяжелое вооружение. На остальных же участках фронта положение было если не катастрофическим, то очень тяжелым.

28 и 29 мая 4-я DCR продолжала атаковать немецкий плацдарм, но Мон-Кобер ей взять так и не удалось – французы закрепились лишь на склонах горы. За три дня тяжелых боев 4-я DCR оттеснила противника на 14 километров – под контролем немцев осталась четвертая часть прежней площади Абвильского плацдарма. Однако эта победа была куплена дорогой ценой – в строю 4-й DCR оставалось только 34 исправных танка. 30 мая ей на смену пришла только что прибывшая во Францию 51-я шотландская дивизия во главе с генералом Форчуном, дивизия де Голля отводилась в тыл для отдыха и пополнения.

(Ситуация на Абвильском плацдарме по состоянию на 29.05.1940.)

В ночь с 5 на 6 июня де Голль был назначен заместителем министра обороны, и началась его головокружительная политическая карьера. Без своего первого командующего 4-я DCR была включена в состав Парижской армии (это произошло 10 июня), а 12 июня она вошла в состав 10-го армейского корпуса. С 12 по 19 июня 4-я DCR участвовала в арьергардных боях на Луаре, а 26 июня 1940 года капитулировала вместе со всей французской армией. На этом печальном событии история дивизии закончилась.

(с.) Алексей Стаценко

URL записи

@темы: Кросспост, Интересное