Кошка Ночной Луны. Morgenmuffel
10.04.2014 в 20:13
Пишет N.K.V.D.:72 часа в аду. Подвиг замурованных танкистов
Начнем издалека. Представь, что ты застрял в лифте на 72 часа. Казалось бы, экстремально? А теперь представь, что вместо лифта — раскаленный танк, из напитков в твоем распоряжении только техническая вода из радиатора, лицо у тебя разнесло шрапнелью, а еще тебе надо сдерживать наступление немецкого фронта с помощью пулемета Льюиса! Вот это мы называем «экстремально»
ЧИТАТЬ?
Ночь на 22 августа 1917 года около деревушки Пашендаль была сырой и холодной. Две армии, немецкая и союзная, стояли напротив друг друга. Военные действия на этих проклятых богом болотах продолжались уже месяц: союзники под британским командованием прорывались к базам немецких подводных лодок у берегов Северного моря. Когда-то тут были бескрайние аккуратные зеленые поля, осушенные многолетним трудом бельгийских фермеров.
Однако дренажные каналы были давно заброшены, к тому же дождь этим летом шел почти не переставая, так что сухая холмистая местность превратилась в непроходимые топи, в которых бесследно исчезали трупы людей и лошадей. Тысячи человек уже погибли здесь в июле, когда немцы впервые применили иприт.
Десятки тысяч еще погибнут до ноября, когда союзники отступят, так и не сумев взять холмы. Само место казалось отравленным…
Наступление
В британском штабе совещались всю ночь. К утру, за час до рассвета, было назначено большое танковое наступление союзных войск. Танки Mark IV, новейшие тяжелые боевые машины, недавно поступившие в распоряжение армии, впечатляли одним своим видом. Несколько дней назад их привезли на линию фронта. Казалось, эти монстры запросто прорвут немецкую оборону и быстро дойдут до самого моря.
Тем временем те, кому предстояло совершить исторический прорыв, экипажи боевых танков, спокойно спали, завернувшись в одеяла. Война анестезирует нервы, и даже накануне такого ответственного события солдат легко проваливается в целительное небытие, пользуясь редкими минутами затишья. Спал и весельчак капитан Дональд Ричардсон со своим экипажем. Для них этот выезд должен был стать первым.
Танк бывшего бакалейщика Дональда носил гордое имя «Фрай Бентос» — именно так называлась лучшая тушенка на довоенном складе Ричардсона. «Фрай Бентос» был «самец».
В британской классификации это означало, что помимо двух пулеметов Льюиса в его боковых башнях были установлены дополнительные 6-фунтовые (57-миллиметровые) пушки-гаубицы. В общем, по заявлению капитана, это была «самая защищенная консервная банка на свете». И он был совершенно прав.
Характеристики танка MARK IV
Годы выпуска Май 1917 — декабрь 1918
Вес - 28 т
Размеры - 8,05х4,12 м
Количество выпущенных единиц - 1220
Толщина брони - 12мм
Мощность двигателя - 125 л.с.
Скорость на шоссе - 6,4 км/ч
Британский тяжелый танк. Оснащен пулеметами Льюиса. «Самцы» были дополнительно вооружены двумя 6-фунтовыми пушками Гочкиса. На Mark IV впервые применялась фашина — несколько трехметровых балок на цепях, которые перекидывали через рвы, чтобы облегчить прохождение машины. Также Mark IV был оснащен балкой для самовытаскивания. Использовался почти исключительно во время Первой мировой войны. После провала под Пашендалем боевые машины были несколько реабилитированы в битве при Камбре, в которой участвовало 460 танков.
В предрассветных сумерках танки и пехота начали наступление. Боевой задачей танков было уничтожение бывших фермерских домиков за грядой холмов, которые немцы превратили в укрепленные бункеры. Почти сразу стало понятно, что реальность кардинально отличается от оптимистических планов командования. Танки и люди двигались очень медленно, увязая в грязи.
Дождь шел всю ночь, и пашендальские болота предстали во всем своем непроходимом великолепии. Немцы проснулись и начали активно обороняться. «Фрай Бентос» шел первым, вел огонь из всех орудий и казался неуязвимым. И вот уже первая цель — ферма Сомме — была уничтожена! Танк развернулся в сторону фермы Галлиполи.
В азарте боя его экипаж не заметил, что другие машины буксовали далеко позади. В какой-то момент осколки шрапнели влетели в смотровую щель. Ричардсон отшатнулся, задел локтем за рычаг, «Фрай Бентос» рванулся вперед и завалился на правый бок.
Дональд быстро успокоил экипаж. «Ребята, штатная ситуация! Нам надо выбраться наружу через верхний люк, отсоединить буксовочную балку, вставить ее под гусеницу — и мы возвращаемся в исходное положение! Кто пойдет?» «Я!» — мгновенно отозвался рядовой Брэйди. Он был самым горячим из новичков. Без лишних разговоров Брэйди открыл люк, вылез наружу, начал откреплять балку, и… был мгновенно убит немецким снайпером. Самое ужасное состояло в том, что Брэйди выпустил из рук балку и она легла поперек бокового люка, заблокировав выход.
В ловушке
Смерть Брэйди быстро отрезвила всех. Ричардсон оценил ситуацию. «Фрай Бентос» оказался в одиночестве, до него так и не дошли ни британская пехота, ни остальные танки. Он застрял, выбираясь из огромной воронки, и лежал в своеобразном окопе, откуда мог стрелять по неприятелю из боковой пушки, оказавшейся теперь наверху. Рядом с этой пушкой был единственный незаблокированный выход наружу. Однако воспользоваться им — значит выбраться на танк, стоящий посреди поля боя и со всех сторон окруженный немцами, ведущими огонь. Тем не менее 12-миллиметровая броня надежно защищала «Фрай» от любых снарядов.
Так началась самая длинная в истории военных действий осада танка. Достоверно известно, что «Фрай Бентос» продолжал вести огонь все утро, пока британская пехота и танки безуспешно пытались штурмовать немецкие позиции . Более того, ему удалось уничтожить все близлежащие немецкие огневые точки!
К двум часам дня, когда выстрелы вокруг несколько поутихли, на экипаж героического танка обрушилась новая напасть: погода в Пашендале явно решила выступить не на их стороне: день боя выдался на редкость ясным и жарким. 18-тонная консервная банка, и без того разогретая двумя «Льюисами» с воздушным охлаждением, раскалилась на солнце. Запасы питьевой воды стремительно сокращались. К этому моменту Хилл и один из пулеметчиков были ранены осколками шрапнели, залетевшими в смотровую щель. Их раны обостряли жажду. Капитан Ричардсон принял решение еще раз попробовать сдвинуть танк и выбраться из грязи.
Повинуясь командиру, «Фрай Бентос» завелся, зарычал, рванулся — и неожиданно резко накренился дальше вправо, вогнав казенник нижней пушки в грудь пулеметчика Бадда и проломив ему ребра. Из экипажа осталось семеро — с одним трупом снаружи и одним внутри раскаленной консервной банки…
Ночь
Близился вечер. Вдруг в танк ударил снаряд, запущенный явно со своих, британских позиций! «Что это за фокусы?» — экипаж с недоумением смотрел на командира. «Я знал, что так будет, ребята, — сказал Ричардсон. — Они видят, что мы прекратили огонь, и думают, что никого не осталось в живых. Теперь они будут пытаться уничтожить танк, чтобы он не попал к немцам. Mark IV — это новейшее оружие нашей армии». Сумерки принесли облегчение хотя бы от жары. Тело Бадда отнесли в угол и прикрыли тряпкой. Раненых перевязали. Семеро танкистов разделили паек — галеты и те самые мясные консервы, роль которых теперь по иронии судьбы и им самим пришлось исполнять.
«Скоро станет темно, — сказал сержант Миссен. — Я считаю, можно попытаться выбраться наружу и добраться до своих, чтобы сообщить им о нашем положении и хотя бы прекратить огонь с той стороны». Капитан Ричардсон одобрил этот план. С наступлением темноты Миссен приоткрыл верхний люк и выскользнул в неизвестность. Он дошел до своих и стал первым спасшимся членом экипажа. К утру свой огонь по танку прекратился.
Тем временем шестеро оставшихся всю ночь отстреливались от немцев. Стрельба помогала согреться: ночью железный танк оказался чертовски холодным местом. Ближе к утру все снова стихло. Изможденные пулеметчики клевали носом, как вдруг верхний люк распахнулся и в предрассветных сумерках обозначился силуэт немца с гранатой! Ричардсон мгновенно вскинулся и выстрелил в него из револьвера, так что враг не успел даже бросить гранату и прямо с ней скатился вниз. Рядом с танком раздался глухой взрыв. Сон с танкистов как рукой сняло. «С добрым утром!» — приветствовал их Ричардсон.
Осада
Наступающий день снова обещал быть ясным и жарким. Запасы воды подошли к концу. Танкисты вскрыли радиатор и стали пить техническую жидкость.
Однако боеприпасов все еще было достаточно, чтобы вести огонь из пушки и обоих «Льюисов». При этом оказалось, что «Фрай Бентос» занимает ключевую позицию: один танк мог сдерживать целый фланг неприятеля! Танковая атака британцев захлебнулась в болотах, тем не менее пехота и артиллерия продолжали поддерживать несгибаемый «Фрай Бентос» на передовой. Ричардсон понимал, что от их стойкости в этот момент зависит успех всей кампании. Нет, они не собирались сдаваться!
Это был бой на пределе человеческих возможностей. К полудню воздух опять раскалился. Запах шести живых танкистов и одного мертвого не способствовал общей концентрации, и Ричардсон принял решение по очереди придерживать верхний люк в приоткрытом состоянии — это также давало обзор задней части танка.
Следует понимать, что «придерживать» нужно было армированную плиту 1 х 0,6 м! Рядовой Трю во время исполнения миссии атланта получил заряд шрапнели в лицо.
К вечеру ранены были пятеро. Но немцы не могли пройти дьявольскую консервную банку! За день танк отразил две атаки. Ночью удалось сдержать еще одну.
Освобождение
Третье утро застало танкистов все в том же положении. Косой луч солнца через смотровую щель, последние галеты, по глотку технической воды, руки дрожат и кружка стучит о зубы. Они должны были умереть уже давно. Иногда казалось, что уже умерли. И все-таки основная проблема состояла в том, что у них заканчивались боеприпасы.
И тут оказалось… немцы сдались! Сдались первыми!
В тот день не было ни одной прямой атаки на танк, только отдаленные выстрелы! Передовая сместилась в другое место. «Ну что же, ребята, нам пора уходить», – сказал капитан Ричардсон после полудня.
Однако уходить можно было только в темноте, потому что бой все еще продолжался неподалеку. Дождаться ночи почти в полном бездействии, по очереди лишаясь чувств от ран и обезвоживания, задыхаясь, пытаясь дремать и просыпаясь от боли… Это была финишная прямая, и все шестеро сумели пройти ее до конца.
Более того, выбравшись из танка, шатаясь и пригибаясь к земле, экипаж танка выволок и дотащил до своих два «Льюиса», как того требовали предписания. И только сдав их под расписку, капитан Ричардсон с чувством выполненного долга потерял сознание. Отоспавшаяся и подлечившаяся боевая команда «Фрай Бентос» получила высшие награды британской армии и стала самым титулованным танковым экипажем за всю историю Первой мировой войны.
Ну а что же битва при Пашендале? Увы, она закончилась провалом и отступлением союзных войск. Именно тогда британцы разуверились во всесокрушающей силе танков, которые просто-напросто завязли в бельгийской грязи.
Так что подвиг наших героев имел значение только как образецбессмысленной храбрости (Здесь я в корне не согласен с этим выражением), которая делает этот мир таким любопытным местом.
URL записиНачнем издалека. Представь, что ты застрял в лифте на 72 часа. Казалось бы, экстремально? А теперь представь, что вместо лифта — раскаленный танк, из напитков в твоем распоряжении только техническая вода из радиатора, лицо у тебя разнесло шрапнелью, а еще тебе надо сдерживать наступление немецкого фронта с помощью пулемета Льюиса! Вот это мы называем «экстремально»
ЧИТАТЬ?
Ночь на 22 августа 1917 года около деревушки Пашендаль была сырой и холодной. Две армии, немецкая и союзная, стояли напротив друг друга. Военные действия на этих проклятых богом болотах продолжались уже месяц: союзники под британским командованием прорывались к базам немецких подводных лодок у берегов Северного моря. Когда-то тут были бескрайние аккуратные зеленые поля, осушенные многолетним трудом бельгийских фермеров.
Десятки тысяч еще погибнут до ноября, когда союзники отступят, так и не сумев взять холмы. Само место казалось отравленным…
Наступление
В британском штабе совещались всю ночь. К утру, за час до рассвета, было назначено большое танковое наступление союзных войск. Танки Mark IV, новейшие тяжелые боевые машины, недавно поступившие в распоряжение армии, впечатляли одним своим видом. Несколько дней назад их привезли на линию фронта. Казалось, эти монстры запросто прорвут немецкую оборону и быстро дойдут до самого моря.
Танк бывшего бакалейщика Дональда носил гордое имя «Фрай Бентос» — именно так называлась лучшая тушенка на довоенном складе Ричардсона. «Фрай Бентос» был «самец».
В британской классификации это означало, что помимо двух пулеметов Льюиса в его боковых башнях были установлены дополнительные 6-фунтовые (57-миллиметровые) пушки-гаубицы. В общем, по заявлению капитана, это была «самая защищенная консервная банка на свете». И он был совершенно прав.
Характеристики танка MARK IV
Годы выпуска Май 1917 — декабрь 1918
Вес - 28 т
Размеры - 8,05х4,12 м
Количество выпущенных единиц - 1220
Толщина брони - 12мм
Мощность двигателя - 125 л.с.
Скорость на шоссе - 6,4 км/ч
Британский тяжелый танк. Оснащен пулеметами Льюиса. «Самцы» были дополнительно вооружены двумя 6-фунтовыми пушками Гочкиса. На Mark IV впервые применялась фашина — несколько трехметровых балок на цепях, которые перекидывали через рвы, чтобы облегчить прохождение машины. Также Mark IV был оснащен балкой для самовытаскивания. Использовался почти исключительно во время Первой мировой войны. После провала под Пашендалем боевые машины были несколько реабилитированы в битве при Камбре, в которой участвовало 460 танков.
В предрассветных сумерках танки и пехота начали наступление. Боевой задачей танков было уничтожение бывших фермерских домиков за грядой холмов, которые немцы превратили в укрепленные бункеры. Почти сразу стало понятно, что реальность кардинально отличается от оптимистических планов командования. Танки и люди двигались очень медленно, увязая в грязи.
Дождь шел всю ночь, и пашендальские болота предстали во всем своем непроходимом великолепии. Немцы проснулись и начали активно обороняться. «Фрай Бентос» шел первым, вел огонь из всех орудий и казался неуязвимым. И вот уже первая цель — ферма Сомме — была уничтожена! Танк развернулся в сторону фермы Галлиполи.
В азарте боя его экипаж не заметил, что другие машины буксовали далеко позади. В какой-то момент осколки шрапнели влетели в смотровую щель. Ричардсон отшатнулся, задел локтем за рычаг, «Фрай Бентос» рванулся вперед и завалился на правый бок.
Дональд быстро успокоил экипаж. «Ребята, штатная ситуация! Нам надо выбраться наружу через верхний люк, отсоединить буксовочную балку, вставить ее под гусеницу — и мы возвращаемся в исходное положение! Кто пойдет?» «Я!» — мгновенно отозвался рядовой Брэйди. Он был самым горячим из новичков. Без лишних разговоров Брэйди открыл люк, вылез наружу, начал откреплять балку, и… был мгновенно убит немецким снайпером. Самое ужасное состояло в том, что Брэйди выпустил из рук балку и она легла поперек бокового люка, заблокировав выход.
В ловушке
Смерть Брэйди быстро отрезвила всех. Ричардсон оценил ситуацию. «Фрай Бентос» оказался в одиночестве, до него так и не дошли ни британская пехота, ни остальные танки. Он застрял, выбираясь из огромной воронки, и лежал в своеобразном окопе, откуда мог стрелять по неприятелю из боковой пушки, оказавшейся теперь наверху. Рядом с этой пушкой был единственный незаблокированный выход наружу. Однако воспользоваться им — значит выбраться на танк, стоящий посреди поля боя и со всех сторон окруженный немцами, ведущими огонь. Тем не менее 12-миллиметровая броня надежно защищала «Фрай» от любых снарядов.
Так началась самая длинная в истории военных действий осада танка. Достоверно известно, что «Фрай Бентос» продолжал вести огонь все утро, пока британская пехота и танки безуспешно пытались штурмовать немецкие позиции . Более того, ему удалось уничтожить все близлежащие немецкие огневые точки!
К двум часам дня, когда выстрелы вокруг несколько поутихли, на экипаж героического танка обрушилась новая напасть: погода в Пашендале явно решила выступить не на их стороне: день боя выдался на редкость ясным и жарким. 18-тонная консервная банка, и без того разогретая двумя «Льюисами» с воздушным охлаждением, раскалилась на солнце. Запасы питьевой воды стремительно сокращались. К этому моменту Хилл и один из пулеметчиков были ранены осколками шрапнели, залетевшими в смотровую щель. Их раны обостряли жажду. Капитан Ричардсон принял решение еще раз попробовать сдвинуть танк и выбраться из грязи.
Повинуясь командиру, «Фрай Бентос» завелся, зарычал, рванулся — и неожиданно резко накренился дальше вправо, вогнав казенник нижней пушки в грудь пулеметчика Бадда и проломив ему ребра. Из экипажа осталось семеро — с одним трупом снаружи и одним внутри раскаленной консервной банки…
Ночь
Близился вечер. Вдруг в танк ударил снаряд, запущенный явно со своих, британских позиций! «Что это за фокусы?» — экипаж с недоумением смотрел на командира. «Я знал, что так будет, ребята, — сказал Ричардсон. — Они видят, что мы прекратили огонь, и думают, что никого не осталось в живых. Теперь они будут пытаться уничтожить танк, чтобы он не попал к немцам. Mark IV — это новейшее оружие нашей армии». Сумерки принесли облегчение хотя бы от жары. Тело Бадда отнесли в угол и прикрыли тряпкой. Раненых перевязали. Семеро танкистов разделили паек — галеты и те самые мясные консервы, роль которых теперь по иронии судьбы и им самим пришлось исполнять.
Тем временем шестеро оставшихся всю ночь отстреливались от немцев. Стрельба помогала согреться: ночью железный танк оказался чертовски холодным местом. Ближе к утру все снова стихло. Изможденные пулеметчики клевали носом, как вдруг верхний люк распахнулся и в предрассветных сумерках обозначился силуэт немца с гранатой! Ричардсон мгновенно вскинулся и выстрелил в него из револьвера, так что враг не успел даже бросить гранату и прямо с ней скатился вниз. Рядом с танком раздался глухой взрыв. Сон с танкистов как рукой сняло. «С добрым утром!» — приветствовал их Ричардсон.
Осада
Наступающий день снова обещал быть ясным и жарким. Запасы воды подошли к концу. Танкисты вскрыли радиатор и стали пить техническую жидкость.
Однако боеприпасов все еще было достаточно, чтобы вести огонь из пушки и обоих «Льюисов». При этом оказалось, что «Фрай Бентос» занимает ключевую позицию: один танк мог сдерживать целый фланг неприятеля! Танковая атака британцев захлебнулась в болотах, тем не менее пехота и артиллерия продолжали поддерживать несгибаемый «Фрай Бентос» на передовой. Ричардсон понимал, что от их стойкости в этот момент зависит успех всей кампании. Нет, они не собирались сдаваться!
Следует понимать, что «придерживать» нужно было армированную плиту 1 х 0,6 м! Рядовой Трю во время исполнения миссии атланта получил заряд шрапнели в лицо.
К вечеру ранены были пятеро. Но немцы не могли пройти дьявольскую консервную банку! За день танк отразил две атаки. Ночью удалось сдержать еще одну.
Освобождение
Третье утро застало танкистов все в том же положении. Косой луч солнца через смотровую щель, последние галеты, по глотку технической воды, руки дрожат и кружка стучит о зубы. Они должны были умереть уже давно. Иногда казалось, что уже умерли. И все-таки основная проблема состояла в том, что у них заканчивались боеприпасы.
И тут оказалось… немцы сдались! Сдались первыми!
Однако уходить можно было только в темноте, потому что бой все еще продолжался неподалеку. Дождаться ночи почти в полном бездействии, по очереди лишаясь чувств от ран и обезвоживания, задыхаясь, пытаясь дремать и просыпаясь от боли… Это была финишная прямая, и все шестеро сумели пройти ее до конца.
Более того, выбравшись из танка, шатаясь и пригибаясь к земле, экипаж танка выволок и дотащил до своих два «Льюиса», как того требовали предписания. И только сдав их под расписку, капитан Ричардсон с чувством выполненного долга потерял сознание. Отоспавшаяся и подлечившаяся боевая команда «Фрай Бентос» получила высшие награды британской армии и стала самым титулованным танковым экипажем за всю историю Первой мировой войны.
Ну а что же битва при Пашендале? Увы, она закончилась провалом и отступлением союзных войск. Именно тогда британцы разуверились во всесокрушающей силе танков, которые просто-напросто завязли в бельгийской грязи.
Так что подвиг наших героев имел значение только как образец
(с.) Влад Смирнов