Достаточно часто приходится слышать о том, что в современной России нет свободы прессы. Настолько часто, что многими на Западе это воспринимается как аксиома. Но что такое "свобода прессы" и в чем выражается ее отсутствие?

Цензуры как централизованного государственного института в современной России нет. Обязательного единомыслия - тоже. Я могу свободно купить хоть "Советскую Россию", хоть "Завтра", где подача информации, мягко говоря, отличается от ОРТ и НТВ. Про Интернет я вообще молчу - в сетевых СМИ можно в большинстве случаев писать что угодно (за исключением вещей, попадающих под 282-ю статью).

Какой же "свободы прессы" не хватает в России? Может быть, свободы журналиста писать о чем угодно как угодно? Да, ее действительно нет. Да, наиболее массовые СМИ находятся под прямым или косвенным контролем правящего режима. Вопрос заключается в том, существует ли подобная абсолютная свобода где-либо в мире, в том числе и на Западе? Сможем ли мы обнаружить там полную независимость СМИ? Чтобы ответить на этот вопрос, возьмем в качестве примера современную Германию.

Итак, вопрос первый: являются ли германские СМИ независимыми? Ответ отрицательный; действительно независимых (в материальном плане) печатных СМИ не так и много. На медиарынке правят бал крупные концерны, наиболее известные из них - "Аксель Шпрингер" и "Бертельсманн". Интересы собственника при этом оказывают достаточно большое влияние на работу журналистов. К примеру, в годы Холодной войны журналистам концерна "Аксель Шпрингер" было запрещено писать что-либо позитивное о ГДР. Существует информация, что и сегодня при приеме на работу в концерн журналист подписывает обязательство не затрагивать определенные темы.

Интересы собственника не в последнюю очередь определяют то, что называется "редакционной политикой". Это - гласный или негласный свод правил, на основании которых ведется отбор и подача информации. Наличие у изданий редакционной политики воспринимается как норма, но, если подумать, с образом "журналиста, который пишет о чем угодно как угодно", она вяжется слабо. По данным опросов, множество германских журналистов испытывают давление со стороны руководства редакции либо определенным образом модифицируют свои материалы, чтобы не вступить в конфликт с руководством (самоцензура). Только 54% журналистов говорят о том, что чувствуют себя вполне свободно в своей работе, только 25% - что не испытывают давления ни с чьей стороны; 52% считают, что сегодня существует больше угроз свободе прессы, чем 5-10 лет назад.

Помимо собственника, большое влияние на содержание СМИ оказывают и рекламодатели. Знаменитый ответ Герда Буцериуса недовольному рекламодателю - "Редакция и рекламный отдел - разные подразделения" - вошел в историю не в последнюю очередь потому, что являлся скорее исключением, нежели правилом.

Нельзя не упомянуть и о том, что в течение последних десятилетий семимильными шагами продвигается процесс концентрации собственности в области средств массовой информации. Число газетных издательств, к примеру, сократилось с 624 в 1954 году (на территории Западной Германии) до 359 в 2005 (на территории современной ФРГ).

Но, если в каждом отдельно взятом СМИ существуют определенные ограничения, может быть, рынок СМИ в целом весьма многообразен, поскольку издания разной направленности дополняют друг друга? Отчасти так оно и есть, однако нужно учесть один нюанс: по мнению многих исследователей, среди большинства немецких СМИ существует негласный, но очень эффективный консенсус. Он касается запретных тем, а также особенности подачи информации по многим сюжетам. К примеру, образ России у самых разных изданий выходит удивительно похожим, и это - далеко не единичный пример.

Что касается табуированных тем, то можно вспомнить знаменитую телеведущую Еву Херман, которую с треском уволили за то, что она позволила себе сказать несколько добрых слов о семейной политике нацистов. Возможно, правильно сделали - Херман и до этого привлекала внимание своими симпатиями к ультраправым - однако ни о какой "свободе открыто выражать свои взгляды" говорить не приходится.

Наконец, самый интересный вопрос: какие рычаги воздействия на прессу находятся в руках германской политической элиты? На первый взгляд их немного. Конечно, неугодных журналистов можно не приглашать на пресс-конференцию и затруднить доступ к официальной информации, а "хороших" поощрять с помощью эксклюзивных интервью, наград и премий. Но на "масштабный контроль" это как-то не тянет.

Однако нужно учесть две вещи: во-первых функции, контроля над средствами массовой информации успешно берут на себя сами средства массовой информации. Во-вторых, в отличие от России, где действующий режим тесно связан с группой людей, находящихся у власти, в Германии он безличен. Среди политиков ФРГ "незаменимых нет", и любого можно отправить в отставку, не ставя под угрозу систему в целом. Кто конкретно будет завтра канцлером, не имеет большого значения - уровень преемственности весьма высок, а рамки довольно узки. Вот если Вы попытаетесь выступить не против конкретного политика, а против системы в целом - ждите неприятностей: в ФРГ такими делами занимается Ведомство по охране конституции (весьма могущественная спецслужба). И, естественно, ни о какой свободе слова для Вас речь идти уже не будет.

Таким образом, несмотря на существенные различия в положении российских и германских СМИ, противопоставлять их друг другу как "несвободные" и "свободные" соответственно не приходится. Абсолютной, "сферической в вакууме" свободы нет ни там, ни там; в обеих странах существуют серьезные ограничения, в чем-то различные, в чем-то общие.
(с)graf-moltke.livejournal.com/176538.html