В чем главная ложь сентиментального аргумента про "слезинку ребенка"? Ну типа, ни одна революция не стоит того, чтобы из-за неё отчаянно плакал ребёнок, никакая цель не оправдывает таких средств и т.п.? Реакционная ложь этого аргумента в том, что его сторонник предполагает отсутствие этой самой невыносимой слезинки в нынешнем положении. Сентиментальный реакционер всегда готов сказать "ваша борьба не стоит пролитой слезинки", но сказать "существование нынешней системы не стоит проливаемой слезинки" для него абсолютно невозможно. Он отказывается от оправдания бунта против системы, стоящей детских слёз. Когда его ставишь в этот тупик, он начинает комично взвешивать, как в задаче для младших школьников, поставив перед собой два ведра, в каком из них окажется по его мнению больше слезинок, в том, на котором написано "нынешняя система" или в том, на котором написано "ваша революция". И у него во втором ведре всегда оказывается больше, хотя бы потому, что первое ведро существует реально, а второе только предполагается и потому пугает и страшит его. Для солидности эта сентиментальность обычно приписывается Достоевскому, хотя его Карамазовы спорят несколько о другом. О возможности отрицать Бога на основании существования детских слёз.