Убийство видного суфийского шейха в Дагестане имеет гораздо более дальние и тяжелые последствия, чем просто теракт против духовного лица. Вся проблема в том, что это произошло в Дагестане и именно в нужный момент.
В противостоянии между традиционным исламом, как его принято называть - а для России это суфийское его направление - и жестким радикальным салафизмом (у нас его обобщенно называют ваххабизмом или единобожием) так или иначе, но возникли довольно устойчивые стереотипы, что одно - это безусловное Добро, а второе - это точно так же безусловное Зло, с которым надлежит беспощадно и невзирая на бороться. На самом деле всё гораздо сложнее.
Традиционный суфизм, естественно - это наше, родное и привычное. Он имеет свои корни, свою историю, он адаптирован к тем условиям, в которых он существует. Его шейхи и их мюриды живут здесь, как жили их предки - да в общем, что говорить - это наше, и уже поэтому оно, безусловно, подлежит защите.
Однако суфизм - далеко не травоядное и миролюбивое направление ислама. Ахмад Кадыров, будучи шейхом тариката Кадирийя, а после него его сын Рамзан, который стал видным деятелем Кадирийи, мало похожи на тихих богобоязненных дервишей. Мало того - в отличие от христианства, которое всегда было призвано обслуживать интересы действующей власти еще со времен императора Константина, ислам изначально был сплавом религии и власти. И разделить их невозможно.
Да, иностранное влияние и интерес ваххабитских монархий в утверждении своей идеологии налицо - но в этом же им помогает и местная региональная власть в исламских регионах России. Коррупция, трайбализм - вот другая сторона медали. Сводить всё к иностранным агентам, разрушающим нашу страну - неправильно. Точно такими же агентами являются воры и коррупционеры, трудолюбиво пилящие свою страну на рабочих местах. И уже поэтому полицейские меры и отстрел "ваххабитов" - это лишь одна часть тяжелой задачи. Которую, безусловно, нужно решать. Вторая часть её - создание нормальной жизни для всех. Счастье для всех даром - и чтобы никто не ушел обиженным. Это, конечно, слишком идеалистично - но это та цель, к которой и нужно стремиться.Именно поэтому шейхи традиционных тарикатов Северного Кавказа - Нашкбадийя, Шазилийя, Кадирийя - делали всё, чтобы государственный аппарат был пронизан их мюридами и последователями. Фактически сегодня на территории Чечни создано государство политического ислама тариката Кадирийя - и те же процессы проходят и в Дагестане. Естественно, что власть - а особенно власть в её восточном и во многом архаизированном варианте - не терпит конкуренции со стороны враждебных направлений, поэтому ожесточение борьбы носит во многом и религиозный подтекст.
И вот здесь возникает дополнительный фактор, который имеет причину, мало относящуюся к религии - но прямо влияющий на расстановку сил в межрелигиозном противостоянии. Точнее, этот фактор возник уже давно - однако его предпочитают либо не замечать, либо старательно ретушируют.
Это - начавшаяся с опозданием на 15-20 лет по сравнению с "материковой" Россией урбанизация региона. В России процессы индустриализации сняли с насиженных мест массы крестьян и переместили их в города в 30-40 годы и после войны. К началу 70 значительная доля новых горожан уже вросла в городскую жизнь - хотя и сохранила ностальгию по жизни "на земле", выращивая золотую по транспортным расходам картошечку - но утешая себя, что своё всегда лучше и дешевле. На Северном Кавказе эти процессы только начались к концу Советской власти - и в новые либеральные времена Кавказ вкатился с процессе разложения родо-племенного традиционного устройства общества - но еще не успел обзавестись доминирующим полноценным вторым поколением горожан.
В итоге на Северном Кавказе новая молодая 20-летняя Россия получила весь букет проблем, связанных с тотальной маргинализацией общественных отношений - молодежь еще не имела традиций городской жизни, но уже пренебрежительно относилась к заветам предков и к поучениям старших. Умершая Советская власть унесла с собой уголовную статью за тунеядство - и десятки тысяч молодых людей всю свою сознательную жизнь не имеют понятия о регулярном мирном труде, о профессиональной карьере - да собственно, и не желают его иметь. Чудовищная безработица в регионе связана не только и далеко не только с отсутствием рабочих мест. Она связана в первую очередь с отсутствием мотивации к труду у значительной части населения.
Кто не работает - тому кушать довольно проблематично. Ибо нечего. Единственный источник легального существования - разного рода вспомоществования, нелегального - криминал. В итоге страну захлестнули молодежные банды выходцев из Северного Кавказа, не желающих работать - но желающих грабить. Не потому, что они такие звери и дикари - а потому, что они ничего иного не умеют, не хотят, а любые сдерживающие этические табу ушли в прошлое вместе с умершим родо-племенным укладом. Главное - умер механизм этого уклада, который лучше любого Уголовного кодекса мотивировал молодежь к созидательному труду. Ну, и напоследок - естественно, не желая трудиться, эта значительная группа населения не имела никаких побудительных мотивов к регулярному образованию. Купленный школьный аттестат стал повсеместным явлением - а во многих случаях даже на это никто не заморачивался.
Федеральная власть, сделав ставку на заливание проблем региона деньгами, несколько решила проблему - подкармливая маргинальную молодежь (которая уже подросла и обзавелась вторым поколением таких же маргиналов), и частично задерживая её в регионе. Но здесь умирающий родо-племенной уклад вновь создал еще один барьер тяжелых проблем.
Распределение средств, ставшее единственной кормушкой, вынудило сильные кланы, которые раньше находили компромисс с менее многочисленными, знатными и обеспеченными, монополизировать власть и систему управления. Сложившаяся система, позволявшая всем живущим на территории кланам иметь своих представителей во власти, начала точно так же разрушаться - сильные и богатые становились сильнее и богаче, слабые слабели и прозябали в нищете.
Неизбежным следствием из этого букета стало расслоение и социальная напряженность в кажой отдельно взятой республике. В каждой из них возникали свои противостояния - но в целом ситуация попросту рухнула. Заливание проблем федеральными деньгами в таких условиях проблему уже не решает - при отсутствии справедливого механизма распределения дополнительные деньги лишь усиливают расслоение и напряженность.
Всё это, конечно, слишком обобщенно и грубо - но в целом картина примерно такова.
На этом фоне обездоленные, малообразованные и выброшенные за борт неизбежно стали целью идеологии салафийи. Салафийя по сути своей - это религия нищих. Равенство в нищете - если предельно огрубить её исходный посыл. Возникшая на Аравийском полуострове, там она выглядела предельно естественной - социальное расслоение в песках практически отсутствовало. Шейхи и эмиры у бедуинов мало чем отличались от своих подданных, шляясь по пескам в таких же драных галабеях и перебиваясь от случая к случаю. Отец-основатель Саудовской Аравии король Абдельазиз продал в 20-е годы право на использование нефтеносных участков за 4 тысячи долларов (стоимость 5 фордиков Тин Лиззи) - и был счастлив удачно проведенной сделкой. Еще дед знатного ваххабита эмира Хамада ат-Тани грабил караваны и проходящие неосторожно мимо берегов Катара суда, имея лишь преимущество при дележе добычи.
Однако исторические экскурсы были бы интересными и познавательными, если бы история древних дней не появилась на нашей земле. Салафизм - это в переводе на понятные нам образы - ультралевацкое радикальное течение в исламском оформлении. Отнять, поделить и вернуться в славные времена диктатуры пролетариата - вот, собственно, идеология ультралевака Удальцова. Совершенно неудивительно, что он нашел родные души в татарских салафитах, которые говорят ровно о том же - но в переводе на понятные мусульманам образы.
В Дагестане влияние салафийи в условиях радикального расслоения общества и его маргинализации стало крайне значимым - и никаких компромиссов с традиционным суфизмом быть не могло. Власть, пронизанная мюридами шейха Саида афанди, свирепо расправляется с "ваххабитами", вся вина которых - желание получить свою долю справедливости. При этом власть крайне мало делает для ликвидации главной причины разделения общества - его социального расслоения. Власть предпочитает просто бороться с "ваххабитами", сама создавая и множа их численность.
Это, кстати, весьма характерно и для Поволжья. Захватившие власть бывшие первые секретари ведут себя ровно также - и ситуация в Поволжье остается в относительно приемлемом состоянии только за счет того, что процессы распада традиционного уклада уже во многом завершились к моменту прихода светлого либерального будущего. Однако дикий капитализм, вновь создавая имущественное и социальное расслоение, продуцирует питательную почву для проникновения салафийи на территорию Поволжья.
Да, иностранное влияние и интерес ваххабитских монархий в утверждении своей идеологии налицо - но в этом же им помогает и местная региональная власть в исламских регионах России. Коррупция, трайбализм - вот другая сторона медали. Сводить всё к иностранным агентам, разрушающим нашу страну - неправильно. Точно такими же агентами являются воры и коррупционеры, трудолюбиво пилящие свою страну на рабочих местах. И уже поэтому полицейские меры и отстрел "ваххабитов" - это лишь одна часть тяжелой задачи. Которую, безусловно, нужно решать. Вторая часть её - создание нормальной жизни для всех. Счастье для всех даром - и чтобы никто не ушел обиженным. Это, конечно, слишком идеалистично - но это та цель, к которой и нужно стремиться.
Пока власть будет строить своё собственное персональное счастье за высоким забором и бронированными стеклами - до тех пор будут убивать шейхов и прятаться по лесам, лелея мечту о мести.(с)
el-murid.livejournal.com/724930.html