17.06.2012 в 15:29
Пишет Svengaly:Я не болельщик и к футболу довольно равнодушна, но *вырезано цензурой*.
Разочарованию недели посвящается.
Дело о пяти апельсиновых зёрнышках
читать дальше
— Мистер Холмс, сначала они прислали мне пять апельсиновых зёрнышек. Потом — пять апельсинов. Я думал, что это шутка, но вчера почтальон доставил мне пять дынь! Это не к добру, мистер Холмс. Меня охватили тяжёлые предчувствия. — Клиент тревожно осмотрел комнату, встретил мой взгляд, вздрогнул и отвёл глаза.
— Число «пять» вам ни о чём не говорит?
Клиент задрожал. Я не удержался от мрачной улыбки.
— О, мистер Холмс! Нет, ни о чём.
— Вы обращались в полицию?
— Да. Инспектор выслушал мой рассказ с улыбкой. Я убеждён, что он тоже… в общем, полиция мне не поможет.
— Вероятно, он счёл посылку шуткой. Апельсины, дыни — возможно, ваши друзья решили вас разыграть?
— Не произносите этого слова! — закричал клиент. — Я не выношу этого слова!
— Вы имеете в виду слово «игра»?
Клиент с воплем вскочил, рванул на себе волосы и выбежал в ночь.
Холмс пожал плечами и принялся набивать трубку.
— Почему вы отказались ему помочь? — спросил я.
Холмс пристально посмотрел на меня.
— Уотсон, за время нашей беседы вы не произнесли ни слова. Вы даже не хотели смотреть на мистера Опеншо, словно он вызывал в вас живейшее отвращение. И я уверен, что сейчас расслышал в вашем голосе злорадство. Вы знакомы с нашим клиентом?
— Я его знаю.
— Что же он сделал, чтобы вызвать недобрые чувства в незлобивом сердце моего друга?
— Вы помните футбольный матч, состоявшийся между командами Англии и Франции неделю назад?
— Я не поклонник этого вида спорта, но кофейное пятно на стене будет служить вечным напоминанием о проигрыше нашей команды.
— Я немного вышел из себя, — пробормотал я. — Но, Холмс, — этот человек пять раз имел возможность забить гол и пять раз промахнулся! Пять раз, Холмс! Боже, дай мне силы! — Я ткнул кочергой в камин. Кочерга согнулась дугой.
— Теперь символика послания становится очевидной. — Холмс взял кочергу и одним быстрым движением распрямил её. — Полагаете, мистеру Опеншо угрожает опасность?
— Если бы он не ушёл, определённо угрожала бы, — признался я.
— Стало быть, он нуждается в помощи?
— Я бы прописал ему скипидарную клизму, — процедил я, — это бы придало ему необходимую для футболиста живость движений.
— В таком случае, — заключил Холмс, — предоставим этого человека его собственной участи. Я не болельщик, но за державу мне обидно. — Он поднял палец и прислушался. — Кажется, таинственные недоброжелатели настигли нашего клиента. Надеюсь, они проявят такую же меткость, какую проявил он.
Я надеялся совсем на другое, поэтому промолчал.
Холмс взял свою скрипку, но её звуки не были столь сладки, сколь глухие удары и крики, раздававшиеся в ночи.
URL записиРазочарованию недели посвящается.
Дело о пяти апельсиновых зёрнышках
читать дальше
Бывают ночи, когда во мне просыпается тигр.
Полковник Моран
Полковник Моран
— Мистер Холмс, сначала они прислали мне пять апельсиновых зёрнышек. Потом — пять апельсинов. Я думал, что это шутка, но вчера почтальон доставил мне пять дынь! Это не к добру, мистер Холмс. Меня охватили тяжёлые предчувствия. — Клиент тревожно осмотрел комнату, встретил мой взгляд, вздрогнул и отвёл глаза.
— Число «пять» вам ни о чём не говорит?
Клиент задрожал. Я не удержался от мрачной улыбки.
— О, мистер Холмс! Нет, ни о чём.
— Вы обращались в полицию?
— Да. Инспектор выслушал мой рассказ с улыбкой. Я убеждён, что он тоже… в общем, полиция мне не поможет.
— Вероятно, он счёл посылку шуткой. Апельсины, дыни — возможно, ваши друзья решили вас разыграть?
— Не произносите этого слова! — закричал клиент. — Я не выношу этого слова!
— Вы имеете в виду слово «игра»?
Клиент с воплем вскочил, рванул на себе волосы и выбежал в ночь.
Холмс пожал плечами и принялся набивать трубку.
— Почему вы отказались ему помочь? — спросил я.
Холмс пристально посмотрел на меня.
— Уотсон, за время нашей беседы вы не произнесли ни слова. Вы даже не хотели смотреть на мистера Опеншо, словно он вызывал в вас живейшее отвращение. И я уверен, что сейчас расслышал в вашем голосе злорадство. Вы знакомы с нашим клиентом?
— Я его знаю.
— Что же он сделал, чтобы вызвать недобрые чувства в незлобивом сердце моего друга?
— Вы помните футбольный матч, состоявшийся между командами Англии и Франции неделю назад?
— Я не поклонник этого вида спорта, но кофейное пятно на стене будет служить вечным напоминанием о проигрыше нашей команды.
— Я немного вышел из себя, — пробормотал я. — Но, Холмс, — этот человек пять раз имел возможность забить гол и пять раз промахнулся! Пять раз, Холмс! Боже, дай мне силы! — Я ткнул кочергой в камин. Кочерга согнулась дугой.
— Теперь символика послания становится очевидной. — Холмс взял кочергу и одним быстрым движением распрямил её. — Полагаете, мистеру Опеншо угрожает опасность?
— Если бы он не ушёл, определённо угрожала бы, — признался я.
— Стало быть, он нуждается в помощи?
— Я бы прописал ему скипидарную клизму, — процедил я, — это бы придало ему необходимую для футболиста живость движений.
— В таком случае, — заключил Холмс, — предоставим этого человека его собственной участи. Я не болельщик, но за державу мне обидно. — Он поднял палец и прислушался. — Кажется, таинственные недоброжелатели настигли нашего клиента. Надеюсь, они проявят такую же меткость, какую проявил он.
Я надеялся совсем на другое, поэтому промолчал.
Холмс взял свою скрипку, но её звуки не были столь сладки, сколь глухие удары и крики, раздававшиеся в ночи.